Чтение онлайн

С тяжелым вздохом я тянусь за передачкой и вытряхиваю содержимое на кровать. Коробку с изображением мультяшного быка я вижу сразу и, закрыв лицо руками, пытаюсь не разрыдаться. И все равно плачу, как пацан, испытывая колоссальное облегчение. Утерев слезы рукавом, я открываю подарок. Внутри пазл, скетчбук, набор карандашей и какой-то мешочек из ткани. Развязываю на нем шнурок и достаю…черный кружевной лифак. Рассмеявшись, я открываю маленький конверт, который выпадает следом, и читаю записку.

«Кошки такое носят. Не дарю, просто отдаю на хранение. Вернешь при встрече, мой бычара. Люблю».

«Несколько» обещанных мне дней плавно превращаются ровно в семь, зато при выписке и мой психиатр, и вездесущий Дмитрий Андреевич остаются спокойны за меня. Последний вообще лично отдает мне мои вещи и доводит до дверей клиники. Я нерешительно останавливаюсь на пороге, зажав в руке свой неработающий телефон. За все время я попросил его только один раз. Там же, в консультантской подключил к зарядке, еле дождался включения, потому что каждую секунду боялся передумать, и написал Ладе только одно сообщение о самом главном. После выдернул шнур и отдал смартфон обратно.

— Ну что, готов? — спрашивает Дмитрий Андреевич, сжимая мое плечо.

— Да.

— Не обижайся, но я буду тебя контролировать.

Хмыкаю:

— Разве это не задача консультанта?

— Задача консультанта — это поддержка, мотивация, социальная адаптация. Он твой проводник. А я тебе по жопе надаю, если не будешь выполнять рекомендации.

— Понял, — улыбаюсь. — Надеюсь, доставать ремень вам не придется. Я правда настроен на выздоровление.

Дмитрий Андреевич поправляет меня мягко:

— Его не будет.

— Да…все еще путаюсь в формулировках.

Мужчина за плечо притягивает меня к себе и крепко обнимает. Заверяет:

— Все будет хорошо. Если ты сам этого захочешь.

Отстранившись, я отвожу глаза и старюсь проглотить болезненный ком в горле.

— Я хочу, — отвечаю.

— Тогда ждем тебя через два дня в центре.

Мы прощаемся за руку, и я выхожу на улицу. Зябко поежившись, натягиваю на голову капюшон толстовки и лезу в карман за сигаретами. Все это время смотрю за бэхой на парковке у клиники. Пятерка Г30, красотка невероятная. Классная тачка, но тяжеловата, конечно, особо на такой не погоняешь. А когда с водительского места вдруг выбирается Мирон Андропов, у меня натуральным образом отваливается челюсть. Огонек зажигалки замирает, так и не приблизившись к сигарете. Когда становится слишком горячо, я шиплю и встряхиваю рукой.

Растерянно оборачиваюсь на приоткрытую дверь, откуда торчит голова Дмитрия Андреевича.

Я уточняю:

— Он что здесь делает?

— Его не было в твоем расстрельном списке, — пожимает плечами

— Да потому что я его на хрен не знаю толком!

— Эй, Стрелков! — кричит тем временем парень. — Беги обниматься!

Закатываю глаза и выдаю мучительный стон.

Говорю:

— Господи, я лучше пешком дойду…

Психотерапевт смеется. Подбадривает:

— Давай, Мот, не сопротивляйся. Когда тебе помогают, это не стыдно. Научись принимать.

Я раздраженно цокаю и снова прикуриваю, на этот раз успешно. Идиот Андропов орет:

— Матвей, я тебя люблю, конечно, но с сигаретой в машину не пущу!

— Я безумно расстроен, — буркаю, затягиваясь, — придется ехать на метро.

— Не, мы тебя проветрим. А лучше выброси бяку.

Делаю пару затяжек и выкидываю окурок. Под внимательным взглядом Дмитрия Андреевича, который чувствую спиной, иду к бэхе. Усаживаюсь на пассажирское, а спортивную сумку с вещами кидаю назад.

Говорю:

— Если хочешь меня выбесить, имей в виду, я на препаратах.

— То есть не втащишь? — скалится Мирон.

— То есть нет.

— Жаль.

Я тяжело вздыхаю и отворачиваюсь к окну. Пожевав губу, пока Андропов выезжает с парковки, решаю все-таки уточнить:

— Илона прислала?

— Это коллективное решение. Твой…наставник сказал, что у клиники не должен появляться никто из списка, а остальное его не волнует.

— Хитро.

— Расслабься, братан. Представь, что я таксист. Только не забудь поставить пять звезд, — и, кинув на меня быстрый взгляд, улыбается.

Ни за что в этом не признаюсь, но, кажется, я рад видеть этого парня. Я не хотел, чтобы меня кто-то встречал, но видеть знакомое лицо чертовски приятно. Наверное, Дмитрий Андреевич это предугадал.

— Твоя машина? — спрашиваю.

— Не, батина.

Я удовлетворенно киваю. Мирону она не подходит, у него другая натура, не такая тяжеловесная. С сожалением вспоминаю свою бэху. Понятия не имею, в каком она сейчас состоянии, но что гораздо важнее — не знаю, смогу ли когда-нибудь сесть за руль. Мой психиатр насчет дальнейших перспектив ответил уклончиво, но сейчас водить мне сто процентов нельзя. От этой мысли становится неожиданно больно.

Задумавшись, пялюсь на свои сцепленные ладони. Без колес, но на колесах. Интересно перевернулась моя жизнь.

— Тебя домой отвезти? — интересуется вдруг Мирон.

— Да, а куда еще?

— Ну-у-у, — тянет он, глядя на дорогу, — не знаю. Может, к девушке. Это я так, навскидку, просто варианты перебираю.

Я отрицательно качаю головой:

— Нет, я…даже не знаю, где она сейчас.

— У подруги, — выдает тут же Андропов.

— Ты-то откуда такой осведомленный, — огрызаюсь вяло.

— Просто передаю информацию.

— Ты не только таксист, но еще и почтальон?

— Я многофункциональный.

Сунув руки в карманы куртки, смотрю на сугробы, мелькающие за окном. Пока я отдыхал в ребе, было несколько сильных снегопадов. Через прозрачные решетки видел, как этот город переодевается в белое, притворяясь невинным. Мне же слишком хорошо понятно, какой потрепанный наряд скрывается под этой красивой шубкой.

В машине играет какая-то песня, но я не особенно вникаю в смысл, но как будто издалека до меня все равно долетают строчки «Стакан наполовину полон? Или пустой? Полон? Полупустой?». (NIKER — povest’)

— Ладно, — произношу тихо. — Отвези к Ладе. Я заряжу телефон?

— Без проблем.

Но кабель я не подключаю до самого дома Веты. Только когда останавливаемся у нужного подъезда, я включаю смартфон и, не читая никаких сообщений, сразу звоню Егоровой. От протяжных гудков леденеет все нутро, а сердце тяжело долбит в ребра.

— Алло? — раздается наконец из динамика ее нежный голос. — Мот?

— Спустишься? — выдавливаю хрипло.

— Сейчас! — выпаливает взволнованно. — Я у Ветки, ты же знаешь, да?