Путь в неизвестность
Шрифт:
Ага, он начал волноваться, глаза словно засверкали серой сталью.
— В общем, едва не угробив себя, ты действительно ухитрилась создать… нечто.
— А почему именно от души? — робко спросила я, стараясь не шевелиться.
— Потому что, как я тебе уже говорил, чувствовать свою силу ты еще не научилась. Можешь только ощущать и видеть все вокруг. Первое что можешь ощутить — себя саму, а ты перепутала это с силой и… Дура, что тут еще добавить!
— Мог предупредить!
— Да я же не знал, что ты кинешься очертя голову, куда не надо! — Возмущенно завопил он. Нечто на моей шее зашевелилось.
— Давай смотри, что наделала — добавил эльф, уже спокойней. И огонек в его глазах погас. А я действительно… не самая умная девушка. И начудила, сама не знаю, что, и теперь боюсь проверить, что именно.
Создание показалось само. Будучи разбужено истерикой эльфа (тоже, надо сказать, редкое в природе явление), оно решило полюбопытствовать, что там такое, и не успела я моргнуть, как оказалось у меня на коленях, мордочкой в сторону упомянутого. Динар тут же посмотрел на него в ответ. Я уставилась на… это.
ЭТО — не было похоже ни на какое известное мне животное. Сплошной белый мех, длинное тельце ласки, половину которого, похоже, составлял хвост. Коротенькие лапки неуверенно перебрали на месте. Существо постаралось максимально встать на задние конечности и столбиком вытянуться, глядя на эльфа. Еще и навострило в его сторону узкие острые ушки с темными кончиками.
Тот подобрал челюсть и немного отодвинулся, что мне не понравилось.
Почуяв не то, существо так же моментально развернулось, махнув хвостом, и уже смотрело на меня, сгорбившись на коленях комочком. Раскосые изумрудные глазищи с черным круглым зрачком и ма-ахонький черный носик. Любопытные ушки и едва заметные лапки, тоже темные.
— Ой, какая лапочка! — Восхитилась я.
Лапочка обрадовано мурлыкнула и широко улыбнулась «маме», продемонстрировав ряд белых клыков от уха до уха. Проверять их остроту что-то не захотелось.
Мою улыбку перекосило. Впрочем, как и все лицо. Мамма…
— И что это за существо? — Ровно, и вместе с тем угрожающе поинтересовался подошедший эльф, через мое плечо разглядывая пушистое чудовище. Меня переклинило, и я не могла ответить.
— Знал бы, так с тобой не шутил. — Сообщили мне, протягивая руку к зубастику. Тот настороженно прижал уши и зашипел, выскаливаясь еще больше. Эльф пожалел руку. Даже опять отодвинулся, а то еще как прыгнет, как в нос вцепится…
Я осторожно и ме-э-эдленно, чтобы упаси бог, не спровоцировать мини-монстру, подняла ее, посадила на траву и в темпе вальса поползла в сторону.
Чудовище растерянно хлопнуло глазами, заметив мое тактическое отступление, пискнуло и шустрой белкой попрыгало следом. По-мо-гите!
Я наткнулась спиной на еще одно деревце и в ужасе вытаращилась на приближающийся кошмарик. Тот остановился, моргнул, зажмурился, прижал уши к голове и… заплакал! Тонкий, щенячий вой оказался плачем! Роли поменялись и монстром, да еще и скотиной вдобавок, почувствовала себя уже я.
— Это часть тебя. Оживила — отвечаешь. — Динар подошел и осторожно взял пушистика на руки. Вой оборвался, и зверушка вытаращилась на нечто громадное перед своей мордочкой, словно соображая, кусануть или безопасней будет не нарываться?
— Держи — и это сунули в руки мне.
Это — обиженно на меня посмотрело.
— Пушистик, ну прости-и! — Тут же засюсюкала я. Пушистик фыркнул и показал мне хвост, задрав нос. Ну, блин. Еще бойкот оно мне тут устраивает. Я робко пощекотала меховое пузико и зверек, подумав, довольно замурчал.
Я приободрилась. Какие мы пушистые, какие мя-ягонькие… потянулась почесать за ушками, нащупав их в густой шерсти, но он перевернулся на спину и, вытянувшись на руках, растопырил маленькие лапки — мол, не увиливай! Ну, пузико так пузико. С умилением почесав его еще раз, я наконец-то заслужила прощение. Оно перевернулось на лапки, встало столбиком и потянулось к моему подбородку.
Исследовав и обнюхав меня, пока я ощупывала лапки — с ма-ахонькими пальцами и острыми коготками — оно осталось довольно увиденным, и шустро юркнуло мне под рубашку, меховым кольцом свернувшись вокруг шеи. Потопталось, укладываясь поудобнее, пригрелось и засопело.
Я задумчиво погладила чудо-юдо и обратила внимание на эльфа. Тот, не теряя времени, уже закончил собирать наши вещи и прицепил сумки к седлу, а то уже было на спине коня.
— Что мне с ним делать?
— Имя придумать. Иди сюда, мы и так потеряли много времени.
Я попыталась дозваться до фантазии, но она где-то спряталась, и показываться не спешила. Ну и ладно, потом придумаю. Вон эльф уже на коне сидит, подождать не мог…
***
Ксайф.
Ночевала я в лесу, с трудом при свете импровизированного факела (на руке) отыскав приличное место. Нитки дорог, как редкими бусинами, были унизаны подобными точками-остановками, оставалось только найти их. Неофициальная мера пути — дневной переход, как раз и равнялась примерному расстоянию между подобными «бусинами».
На рассвете меня разбудил мокрый от росы и прилипший к щеке плащ, служивший мне одеялом. Тело ломило после ночи на твердой земле, нос замерз, волосы обвесились росой. Да-а, свободная жизнь мне уже нравится… Хорошо хоть в моих силах было себя высушить.
Жмурясь и протирая слипающиеся глаза, я очистила кострище от мусора и соорудила подобие костерка, чтобы поджарить хлеб, обнаруженный в похищенной сумке. К сожалению, особо важные вещи умные люди берут с собой, так что ничего кроме минимального комплекта путешественника мне не досталось. Еды мужик тоже не припас, повезло хоть, что хлеб нашелся. Голодный желудок в растущем организме требовал мяса, или хотя бы сыра, но я советовала ему заткнуться и не привередничать.
Наверное, его ворчливые возмущения были слышны аж на тракте, что без труда позволяло определить точное местонахождение «бусины», спрятавшейся в оплётке зарослей.
Я только нанизала на прутик будущие сухарики, как затрещали ближние кусты. Обдали утренним душем потревожившего их бедолагу и продолжили угрожающе раскачиваться за его спиной и крупом коня. Незнакомец вел его в поводу, а голову прикрывал рукавом. Поэтому не сразу меня увидел.
— Добрый день! — Расплылся он в ухмылке ловеласа. Незваный гость казался не старше тридцати лет, с щегольской бородкой и медальоном гильдии на груди, выставленным напоказ поверх плаща, во избежание недоразумений. Из под видавшего виды бурого плаща выглядывала куртка с клепками и кучей карманов, а штаны были заправлены в качественные сапоги с отворотами.