Чтение онлайн

А мне теперь хоть не возвращайся. Как я смогу смотреть в глаза мужчине, которому, стыдно сказать, предложила себя? Чем я отличалась от женщин, что торговали своим телом? Пусть мне не нужны были деньги, лишь свобода, это не оправдывало меня.

О, духи пустыни, что же я натворила? Как низко пала! Как мне теперь жить?

Я шла все дальше, не оглядываясь назад. Первое время слышала голос Повелителя, но не отзывалась. Даже применила заклинание, став на время невидимой для него. Размазывала по лицу злые слезы. От краски щипало глаза. Я вытирала их покрывалом, с которым танцевала. Полупрозрачная ткань, покрытая черными разводами, казалась мне чище, чем моя собственная честь. Я не винила Зафара. Он поступил благородно, не воспользовавшись ситуацией. В том, что случилось, виновата я одна.

Холодный ветер отрезвил меня. Довольно. Сколько ни пытайся сбежать, все равно придется вернуться. Одной в пустыне не выжить. Может, и не стоит? Я всегда осуждала мать за слабость, нежелание бороться с обстоятельствами, за то, что она предпочла умереть, лишь бы избавиться от ненавистной жизни. Вряд ли она хотела ребенка, рожденного от нелюбимого мужчины. Теперь понимала ее. Что бы я ни делала, какие бы планы ни строила, не могла изменить судьбу. Я устала. Пора признать, что я проиграла в этой битве, и смириться. Никто меня не ждал в Аль-Тарике, меньше всех Повелитель. Значит, и возвращаться мне незачем.

Стоило только подумать о Зафаре, как в памяти всплыла сцена нашего знакомства. Тогда я еще была дочерью наместника и могла выбирать, что мне делать, как жить. Моя свобода всегда была ограничена, и все же я не чувствовала себя бесправным созданием, оторванной веткой, которой играл злой ветер.

Глубоко вздохнув, я попыталась сосредоточиться на собственных ощущениях и отогнать воспоминания о том, как Зафар учил меня ездить на верблюде, как катал на странном песчаном щите, как смотрел на меня этой ночью, переплетя наши пальцы. Пожалел ли он меня или проявил слабость, не столь важно. Не стоило надеяться на его помощь. Нельзя и дальше жить иллюзиями.

Я так старалась не думать о Повелителе, что перестала обращать внимание на мир вокруг. Лишь почувствовав очередной порыв ветра, очнулась. Дрожала от холода, и плащ не спасал. Одну туфлю я потеряла, вторую выбросила. Вслед за ней улетело покрывало.

Дюны бесконечным караваном тянулись сразу во все стороны. Ни за одной я не видела оазис. Повернула назад, шла по своим следам, тем, что еще виднелись на песке. Пыталась придерживаться одного направления, но вскоре поняла, что заблудилась. Может быть, нашла дорогу в Аль-Тарик, но видела не дальше вытянутой руки. Песчинки, поднятые ветром, словно полог шатра, отрезали меня от остального мира. Я, как слепой котенок, металась из стороны в сторону и не могла понять, куда мне идти, где искать спасения. Еще немного, и снова начнется буря. Рядом не будет Хижа, чтобы переждать непогоду, прижавшись к теплому боку. Двигаться не имело смысла: только силы терять, – но и укрыться было негде.

Страх оказаться погребенной заживо пересилил доводы рассудка. Я не могла заставить себя остановиться, падала, поднималась и снова шла. Шла, должно быть, по кругу. Я уже видела эту дюну, или ее сестру-близняшку, настолько похожими они мне виделись.

Смерть более не казалась мне избавлением. Она пугала до дрожи в коленях и заставляла двигаться вопреки всему, чему меня учили с детства.

В какой-то момент я снова упала. Вытянула руки, попыталась встать, но силы оставили меня. Я рухнула набок и покатилась вниз. Больше не существовало ни земли, ни неба, только песок, что царапал кожу, забивался в рот и уши.

Достигнув дна, так и осталась лежать. Словно в насмешку снова слышала голос Повелителя, но не могла позвать на помощь. Возможно, это тоже была иллюзия, последняя попытка удержаться в сознании. Я не знала. Тьма поглотила меня.

***

Я очнулась какое-то время спустя в полной темноте. Слышала приглушенный шум ветра, порой переходящий в свист. Он, словно незваный гость, бился в двери, но не мог проникнуть внутрь.

Вместе с сознанием вернулась боль. Видимо, падение не прошло даром. Кожу саднило. Сбитые ладони и стопы горели огнем. В горле першило. Веки налились тяжестью. Приходилось прилагать усилия, чтобы открыть глаза. О том, чтобы сдвинуться с места, не могло быть и речи. Я сидела, прижавшись к чему-то или кому-то теплому и твердому. Это точно не Хиж. Верблюд был мягче и пах совершенно иначе, шерстью, а не нагретым на солнце песком и кипарисом. Видимо, снова разыгралось воображение.

Стоило только пошевелиться, как некто подо мной тоже пришел в движение. Я бы испугалась, но сил не осталось даже на то, чтобы закричать. Удалось лишь прохрипеть что-то невнятное.

– Я дам тебе воды, – прошептала тень голосом Повелителя. – Не пей, сначала прополощи рот.

Моих губ коснулось влажное, прохладное горлышко сосуда. Я сделала глоток. С трудом удержалась от того, чтобы не проглотить жидкость. Выплюнула. Ниже в глазах Зафара уже не упаду.

Он придерживал емкость с теплой, но такой желанной водой, пока я пила. Молчал, но мгновенно присек попытку встать.

– Ты еще слишком слаба, – произнес Повелитель. – Подожди.

Голова и правда кружилась, но лучше пережить это неудобство, чем и дальше сидеть на коленях Зафара.

– Я и так показала себя не с лучшей стороны, – сказала, надеясь, что продолжать не нужно. От стыда снова загорелись щеки.

Он молчал. Должен был понимать, что подобная близость между посторонними мужчиной и женщиной недопустима. Сам оттолкнул меня этой ночью, а теперь спас. Я перестала понимать его. Впрочем, и прежде не могла разгадать мотивы его поступков.

– Как ты нашел меня?

– Ты хотела спросить, как сумел найти, несмотря на твои уловки? – В его голосе я слышала улыбку. – Именно благодаря магии, так же как и в первый раз во дворце. Если бы ты не коснулась меня в тот день…

– Ты знал? – переспросила, хотя и так было ясно, что он раскрыл тайну, которая могла стоить мне жизни. Впрочем, за нее я не дала бы и медной монеты. Уперлась ладонями в грудь Повелителя и снова попыталась встать. Вместо того, чтобы отпустить, он обнял меня и прижал к себе.

– Я понимаю, что вряд ли ты хотела меня снова увидеть, – произнес, щекоча дыханием волосы. – Придется потерпеть, пока не закончится буря.

– Ты же терпишь меня, – ответила ему. Вопреки голосу рассудка, забыв о гордости, положила ему голову на грудь. – Спас, а мог бы и не вспомнить. Веселился со всеми или страдал от невозможности быть рядом с любимой женщиной.

Мой разум точно помутился, если я сказала это вслух. Не мне судить Повелителя. Пусть думает о ком хочет.

– Поэтому я здесь, – ответил Зафар, – рядом с женщиной, которая вряд ли простит меня…

– Не нужно жалеть меня. Я знала, на что шла, или догадывалась.

– Ты можешь хоть раз выслушать меня, не перебивая? – не выдержал Повелитель. Приподнял пальцами подбородок, заставляя смотреть на него.

Я не могла видеть его глаза, как и он мои. Было слишком темно. И все же я чувствовала его обжигающий взгляд, словно между нами существовала некая связь, незримая нить, что позволяла ощущать то, что было недоступно глазам.

Глупости! Я снова что-то придумала, чтобы сбежать от реальности. Боялась услышать то, что скажет Повелитель, пряталась от правды. Я только казалась взрослой, но по-прежнему нуждалась в защите, как ребенок.