Чтение онлайн

Я уже почти выдохнула с облегчением, когда он продолжил:

— Увольнять я вас не собираюсь.

Сердце ударилось о рёбра и отскочило обратно.

Слава богу.

Но, как оказалось, радовалась я рано.

— Однако с сегодняшнего дня вы переходите в прямое подчинение мне.

У меня даже губы приоткрылись.

— Что?

— С сегодняшнего дня вы — моя личная помощница.

Я смотрела на него, не понимая ни слова.

— Простите?

— Мне нужен человек, который умеет быстро соображать, держать в голове несколько задач и не теряет лицо в стрессовых ситуациях.

— Я работаю в проектном отделе.

— Работали.

— У меня нет навыков личной помощницы.

— Научитесь.

— Почему именно я?

На этот раз пауза была чуть длиннее.

Совсем чуть-чуть.

Но я её почувствовала.

— Потому что у вас хорошая реакция, — ответил он наконец. — И потому что я предпочитаю держать потенциально опасных людей ближе к себе.

Ах вот оно что.

— То есть это наказание.

— Назовите как хотите.

— Я не согласна.

— Это не просьба.

Меня будто подбросило на стуле.

— Вы не можете вот так просто...

— Уже могу.

— Это произвол.

— Это управление.

— Я не хочу с вами работать.

И вот тут его взгляд впервые стал по-настоящему жёстким.

— Поверьте, Белова, восторга по этому поводу я тоже не испытываю.

— Тогда зачем это вам?

Он поднялся.

Обошёл стол.

Остановился у окна.

А потом обернулся и посмотрел так прямо, что у меня внутри всё неприятно сжалось.

— Потому что вы умнее, чем пытаетесь казаться. Потому что не лебезите. Потому что спорите в лицо, а не шепчетесь по углам. И потому что мне нужен человек, на которого можно скинуть ад.

Я нервно усмехнулась.

— Какая честь.

— Не обольщайтесь. Честь тут ни при чём.

— А что при чём?

— Работа.

Мы замолчали.

Он стоял у окна.

Я сидела напротив.

И в этой тишине почему-то было что-то слишком личное, хотя, казалось бы, разговор шёл только о моей новой должности и его произволе.

Я выпрямилась.

— А если я откажусь?

Он медленно подошёл ближе.

Без спешки.

Спокойно.

Подавляюще.

Остановился у стола, опёрся ладонью о край.

— Не откажетесь.

— Это почему ещё?

— Потому что, несмотря на весь ваш темперамент, вы любите свою работу. А ещё слишком любопытны, чтобы сбежать от того, что вас злит.

Я открыла рот, чтобы возмутиться.

И закрыла.

Потому что он попал.

Точно.

Неприятно.

По-живому.

Я действительно не умела сбегать.

Особенно от вызовов.

Особенно от людей, которые бесили до дрожи.

— Когда мне приступать? — процедила я.

— Завтра. В девять ноль-ноль. Инна передаст вам регламент.

Я встала.

— Прекрасно.

— Не сомневаюсь, что вы справитесь.

— А я сомневаюсь, что переживу это.

Уголок его рта дрогнул.

Не улыбка.

Не совсем.

Скорее тень чего-то опасного.

— Придётся.

Я уже дошла до двери, когда он произнёс:

— И, Полина Олеговна...

Я обернулась.

— Да?

Он смотрел внимательно.

Слишком внимательно.

— В следующий раз, если собираетесь исчезать с корпоратива до утра, хотя бы предупреждайте коллег, что живы. В воскресенье половина офиса обсуждала, похитили вас или вы просто решили начать новую жизнь.

Меня обожгло стыдом.

Значит, обсуждали.

Значит, видели.

Значит...

— Это не повторится, — выдавила я.

— Надеюсь.

Я вышла из кабинета, закрыла за собой дверь и только тогда позволила себе медленно выдохнуть.

Меня не уволили.

Меня сделали личной помощницей босса.

И хуже этого было только одно:

теперь мне предстояло искать мужчину той ночи буквально внутри компании, сидя у двери человека, который и без того сводил меня с ума своей холодной, тяжёлой, невозможной властью.

А если он заметит, что я кого-то ищу, начнётся ад.

Хотя, возможно, он уже начался.

Мой первый день в приёмной Воронцова начался с опоздания курьера, сломанной кофемашины и желания симулировать собственную смерть.

Инна, прежняя помощница, передавала мне дела с сочувствием хирурга, отдающего новичку живое сердце с инструкцией: не урони.

— Самое главное, — сказала она, кладя передо мной толстую папку, — не задавай ему бессмысленных вопросов.

— Например?

— «Почему?», «Зачем?» и, не дай бог, «Можно попозже?».

— Он что, демон?

— Нет. Хуже. Он человек, который привык, что всё работает.

Я мрачно кивнула.

— А если не работает?

Инна усмехнулась.

— Тогда начинается день, как сегодня.

В этот момент дверь кабинета открылась.

Воронцов вышел уже в пиджаке, с телефоном у уха и выражением лица, от которого у меня сразу захотелось спрятать всё ценное, включая нервную систему.

— Инна, отчёты по тендеру где?

— На вашей почте.

— Белова, почему график встречи с подрядчиками ещё не у меня?

Я моргнула.

— Потому что я тут с восьми пятидесяти семи и ещё не научилась делиться на троих.

Он посмотрел на меня поверх телефона.

— Учитесь быстрее.

И ушёл обратно в кабинет.

Я медленно вдохнула.

Медленно выдохнула.

— Я его убью, — сообщила я Инне.

— Не советую, — доброжелательно сказала она. — У него плотный график.

К обеду я уже знала, как устроен его день, чем пахнет его кабинет и сколько раз в час можно мысленно проклясть начальника, чтобы не получить язву.

Он работал так, будто время было его личным рабом.

Встречи.

Созвоны.

Правки.

Поручения.

Документы.