Чтение онлайн

Как же он изменился и одновременно остался прежним. Пшеничного цвета волосы, не такие яркие, как у сестры, чуть отрасли, но совсем не портили общего впечатления. Что бы ни говорила Мина, его светлая кожа приобрела золотистый оттенок, чуть загорев под индийским солнцем. Он возмужал, приобрел уверенность и стать. Служба в армии явно пошла на пользу, появилась военная выправка, а красный с золотом мундир был очень к лицу.

В детстве они жили по соседству и втроем были неразлучны, хотя, признаться, Мине было иногда скучно в обществе двух, слишком благоразумных и серьезных товарищей. Она всегда была заводилой, подбивая на всяческие проказы, а Джек как единственный мальчик, к тому же старший, стойко переносил наказания отца, беря всю вину на себя, когда очередная шалость шла не по плану.

В детстве она была влюблена в него, со временем это чувство угасло, превратившись в привязанность, какую испытываешь к старшему брату, сейчас же, глядя на красивого, молодого человека, которого она не видела столько времени, чувствовала, что готова влюбиться вновь. На мгновение что-то внутри отозвалось сожалением, Джек был безнадежно влюблен в Рейчел. Временами Эмили казалось, что это одна из причин, почему он покинул Англию. Тем более, несмотря на быстрый взгляд, которым он окинул ее, она разглядела разочарование. Хорошее воспитание и, возможно, присутствие матери не позволили ему вышвырнуть ее из кареты, но кто знает, что было бы, окажись они вдвоем.

– Долго вы пробудете в Лондоне? – набравшись смелости, обратилась она к Джеку, надеясь, что беседой сможет развеять неприятное впечатление.

– Пока не знаю, - он пожал плечами, - Это зависит от того, когда Мине надоест в городе, и она уговорит родителей вернуться в деревню, - он шутливо обернулся к сестре, - Вся жизнь в доме вертится вокруг нашей принцессы.

– И правильно! Эм сегодня сравнила меня с солнцем, вокруг солнца крутятся планеты, вот поэтому и вы крутитесь вокруг меня, - она заливисто засмеялась.

– Не знал, что ты увлекаешься астрономией! – поддел брат сестру.

– Пф, ну не такая же я безмозглая дурочка, как вам, мальчикам, хотелось бы считать, – она показала ему язык.

– Мина! – одернула ее мать.

– Да, мам? – с невинным видом поинтересовалась девушка.

– Не говори так с братом.

– Он не обижается, ведь так, Джеки? – она чувствительно пихнула брата локтем в бок и озорно улыбнулась.

Уже стемнело, когда они доехали до особняка.

Улица была запружена экипажами так, словно был разгар сезона, а не унылый, тоскливый ноябрь. Эмили подивилась количеству приглашенных, решив, что полковник, должно быть, позвал чуть ли не весь город, и одновременно пожалев, что свидетелями ее позора будет так много людей. С сожалением запоздало она подумала, что невольно бросает тень и на сопровождающее ее семейство Мины. Что подумает о них общество, увидев в компании вызывающе одетой девицы? Может быть, спрятаться в оранжерее или библиотеке – не такая уж и позорная мысль, коли это позволит ей не пятнать имя Глостеров? Выходя из кареты, она заметила, что Джек припадает на ногу при ходьбе.

– Его ранили в Индии, - зашептала Мина, увидев ее встревоженный взгляд, и добавила в свойственной только ей жизнерадостной манере. – Так что танцевать с тобой он точно не сможет.

– Мина, я вовсе не то…

– Леди Глостер! Полковник Иден и мисс Иден! Мисс Уоррен! – перебил ее распорядитель, представив хозяевам.

Полковник Монро с супругой были приятной парой. Они сердечно приветствовали гостей вместе с двумя старшими дочками, слегка задержав недоуменный взгляд на Эмили, говоривший красноречивее слов.

По мнению общества, со стороны миссис Монро было рискованно ожидать ребенка, разменяв пятый десяток, но, глядя на счастливые лица супругов, Эми поняла, что риск был оправдан. Сам младенец, как и три младшие дочери, по-видимому, остался в детской под неусыпным контролем нянек.

– Мина, Эм! – Эмили оглянулась в сторону и увидела спешащих к ним через полупустой зал Юджинию и Рейчел.

Они тепло обнялись.

– Как я рада видеть вас, девочки. Мина ты сегодня…

– Похожа на солнце? – девушка сияла от удовольствия, - Я знаю. Эм мне уже сказала. Я боялась, мисс Грей не успеет закончить его к сегодняшнему вечеру, - она покрутилась перед подругами, давая оценить наряд в свете сотен свечей, - Мама считает, что это чересчур, но я влюбилась в эту ткань сразу же, как увидела.

– Эм, ты выглядишь очень …ярко, - выдавила Рейчел.

– Спасибо, Рей, - вымученно ответила девушка. От стыда ей хотелось забиться в какой-нибудь угол, но она пересилила себя. Похоже, слово «яркий» она возненавидит в скором будущем. – Очень красивые платья, девочки. Теперь я не могу решить, чье нравится мне больше: твое, Мины или все-таки Джин.

Рейчел был очень к лицу кроваво-красный цвет, напоминающий оттенком военный мундир Джека. На любой другой девушке наряд смотрелся бы вульгарно, к тому же цвет был не в моде, но она выглядела очень эффектно. Эмили не сомневалась, что в ближайшем будущем немало девиц упросят родителей пошить им платье подобного оттенка, но, пожалуй, мало, кому оно подойдет.

Юджиния была бледнее обычного, косынка изумрудного оттенка, совершенно неуместная для вечернего туалета, туго обматывала шею, хотя ей бы полагалось спадать мягкими складками. Золотисто-оранжевое платье было роскошно и могло бы поспорить в великолепии с платьем Мины, но на очень высокой Джин смотрелось громоздким, а ее саму делало какой-то неуклюжей. Совсем уж чужеродно выглядели слишком длинные белые перчатки, явно предназначенные для другого наряда.

Эмили отвела взгляд. Уж точно не ей критиковать наряд подруги. Сегодня она сама выставлена на посмешище, как ярмарочный уродец.

Ей показалось, что едва она вошла, как взгляды всех гостей обратились на нее. На нее смотрели, словно ощупывая, ее оценивали и тихонько смеялись. Можно было не сомневаться над тем, какое впечатление она произвела. Но даже собственные беды не смогли усыпить вспыхнувшие подозрения. Девушка снова пристально разглядывала невольно поежившуюся под ее взглядом Джин, подмечая малейшие детали, чтоб подтвердить или опровергнуть свои догадки.

В детстве Юджиния часто приезжала к Мине. Их матери были близкими подругами, а потому дети были почти неразлучны, подолгу проводя время то в одном, то в другом поместье. Эми помнила ее как чудесную бойкую девочку. Если ее обижали, она не бежала со слезами жаловаться родителям, няне или позднее гувернантке, а бросалась с кулаками на обидчика. Доставалось даже старшему брату – Говарду, который был лет на пятнадцать старше. Будучи от природы высокой, сильной и крепкой, она не уступала мальчишкам и с воинственностью защищала себя или же вступалась за того, кто не мог дать отпор обидчикам.

Она рано научилась ездить верхом и держалась в седле с грацией прирожденной наездницы. А еще она здорово кидалась камнями, не боялась хватать крапиву голыми руками и лазала по деревьям выше всех детей, взбираясь на самую верхушку пока тоненькие веточки не начинали гнуться под ее весом.

Леди Парелл приходила в ужас от выходок дочери, сетуя на то, что Господь подарил ей двух мальчишек и ни одной девочки. Юджиния лишь посмеивалась и при каждой удобной возможности пыталась удрать на конюшню и пуститься вскачь на Вулкане - великолепном с подпалинами вороном, подаренном отцом – или сбежать со скучных занятий, чтобы поиграть с деревенскими детьми.

Когда Джин исполнилось тринадцать, умерли родители. В то лето она впервые не приехала к Мине. В следующий раз они встретились только через год в Лондоне, и Эми сразу же бросились в глаза разительные перемены, произошедшие с подругой. Крепкая, жизнерадостная девочка превратилась в неуклюжую девушку с вечно грустными глазами. Старший брат неотлучно находился при ней, опекая от малейших волнений. Все вокруг восхищались им: шутка ли, взрослый мужчина вместо того, чтоб заниматься всеми теми вещами, которые приличествуют джентльмену его положения, так трогательно заботится о младшей сестре. И только Эми не доверяла ему.