Неустанное преследование
Шрифт:
Джаго сказал: «Будьте осторожны, сэр». И он исчез.
Сквозь дым пронеслось ещё больше вспышек. На этот раз со стороны якорной стоянки. Адам поморщился, когда железо ударило по нижней части корпуса. Не опасно. Он старался не двигаться и не вытирать лицо. Даже малейшее изменение в поведении могло быть воспринято как сомнение или потеря уверенности.
Фрегат, стоявший на якоре носом и кормой, снова открыл огонь, но выстрелы были беспорядочными, возможно, расчёты орудий были сбиты с толку распространяющимся дымовым барьером. Адам перешёл на борт и посмотрел на бриг. Он держался на месте. Было слишком легко приблизиться друг к другу, хотя бы ради ложного чувства безопасности.
Он услышал, как Кристи сказал: «Это тот самый корабль, сэр! На этот раз никаких флагов янки, пусть его покарает Бог!»
Адам почувствовал кого-то рядом. Это был Нейпир, его взгляд был полон неповиновения, словно он ожидал худшего.
Но Адам сказал лишь: «Оставайся со мной, Дэвид. Спускайся, если я скажу». Он увидел, как юноша кивнул, а затем прикусил губу, перенося вес на больную ногу.
«Хирург сказал…»
Адам схватил его за плечо. «Я могу представить, что он сказал, так же, как он сказал мне, я не сомневаюсь!»
Несколько матросов на квартердеке девятифунтовых орудий переглядывались и подталкивали друг друга. Капитан проводил время со своим слугой, словно они всё ещё были в Плимуте. Не могло быть всё так плохо.
Гэлбрейт был здесь. Он выглядел очень собранным, времени на ошибки больше не оставалось.
«Готов, сэр. Беру Риста своим заместителем — он хороший парень. Уильямс уже подготовил план. Я уже знаю, на что он способен!»
Адам не отвел взгляд, когда рваный бортовой залп прогремел и эхом разнесся по якорной стоянке.
Беллэрс воскликнул: «Халцион попал, сэр!»
Адам отбросил это и сосредоточился на Гэлбрейте. Хорошем офицере, привыкшем рисковать. Который собирался снова поставить свою жизнь на карту. Который хотел получить собственное командование и наблюдал, как фор-стеньга «Алкиона» шатается и падает в воду рядом с ним. Словно он видел, как его собственный корабль находится под огнём.
«Я приду, как только ты спустишься с лодок. Если всё сложится не так, то отправляйся к флоту сам. Как сочтёшь нужным, Ли. Я уже знаю, что ты можешь сделать!»
Гэлбрейт прикоснулся к шляпе и легко сбежал по трапу, выкрикивая приказы. Он остановился лишь раз, чтобы взглянуть на «Халцион», когда её снова обрушил мощный бортовой залп. Затем он тоже исчез.
Адам увидел, как Партридж обернулся и помахал рукой; лодки отчалили, и они уже шли как сумасшедшие к якорной стоянке.
Он измерял расстояние, словно изучал гигантскую карту.
Варло останется на носу, чтобы направлять орудия, когда наступит «Непревзойденный». Внутренний голос не отпускал. Если ветер не помешает. Его также могут призвать командовать, если случится худшее и квартердек превратится в кровавую бойню. Он огляделся: Беллэрс с ютом, капитан Люксмор с сержантом Блоксхэмом и его морскими пехотинцами. Он уже отправил своего лейтенанта Кокрейна прикрывать и защищать экипажи карронады на баке. Он увидел мичмана Дейтона, пристально смотрящего на него поверх сигнального ящика, и его неожиданную улыбку, когда Адам небрежно помахал ему рукой. Небрежно? Это было похоже на воскрешение мертвых.
«Оставайтесь на шканцах!»
Кристи ждал, слегка сгорбившись, словно предчувствуя шальной выстрел. Рядом с ним стоял мальчик Эде, которого пощадили за покушение на убийство, и он оказался неподходящим спутником на пороге битвы. Кристи заявил, что ни одно его навигационное оборудование никогда не попадало в такие надёжные руки. Это была настоящая похвала.
Он считал секунды, отбрасывая в сторону все, кроме сужающегося треугольника дымчатой воды.
Ещё один быстрый взгляд вверх: мачтовый шкентель поднимался и опускался, как и прежде. Но ровно. Ветер держался.
Его рука нащупала сложенную записку, которую он засунул в карман брюк.
Ловенна. На древнекорнуоллском языке это означало «радость».
Он сглотнул, но во рту пересохло. Так и будет.
«Приготовьтесь! Опустите штурвал!»
Ему приходилось кричать, перекрывая шум ветра и холстов, и непрерывный грохот далёкого боя. И из-за своего сердца, которое, несомненно, должны были слышать окружающие.
«Руль к ветру, сэр!»
Они начали поворачиваться, разворачивая укосину поперек стоящих на якоре судов, как будто двигались они сами, а не «Unrivalled».
«Без гвоздей и листов!»
Адам смотрел поверх голов бегущих людей, в то время как корабль продолжал подчиняться рулю, пока не оказался направленным прямо против ветра.
«Выключить батарею левого борта». Он обнажил шпагу и успел представить себе, как «Непревзойдённый» подставляет свой противоположный борт стоящему на якоре фрегату. Они, должно быть, ожидали немедленного вызова и были готовы.
"Закончиться!"
Он схватил мальчика за плечо и понял, что причиняет ему сильную боль.
Он видел, как орудия накренились в сторону, их дула поднялись под напором ветра и колес, словно они пытались вынюхать своего старого врага.
Меч висела над его головой. Всё остальное было забыто. Даже скрежет железа, врезавшегося в корпус, ничего не значил.
Ни одного голоса он не узнал.
«Как повезет, ребята! Огонь!»
Лейтенант Ли Гэлбрейт приподнялся со своего места на корме гички, когда очередной рваный залп пронёсся по воде. Он увидел вспышки, отразившиеся в глазах гребца-загребного, но заставил себя не обернуться. Это казалось гораздо более смертоносным, более личным, несмотря на непрекращающийся грохот тяжёлого оружия, который, насколько он мог судить, не прекращался с первых выстрелов.
Он видел, как брам-стеньги «Непревзойденного» натянулись и снова наполнились, когда судно полностью легло на противоположный галс, слышал визг блоков и представлял себе выкрики команд и топот ног, когда люди напрягали все силы тел и душ на брасы и фалы.
Затем раздались залпы бортовых орудий «Непревзойденного» и более резкий лай девятифунтовых орудий брига «Сорока», когда он неторопливо плыл среди стоящих на якоре судов.
Здесь, на концерте, все было по-другому: словно ты был зрителем или жертвой, без обычной скрытности и хитрости нападения с лодки.
Он чувствовал тяжёлый пистолет у себя на боку, с уже отпущенным в ножнах креплением. Слабые на фоне грохота битвы, линейные корабли шли вровень с батареями Дея. Дым над городом был гуще, чем когда-либо, сквозь него поднимались пожары, орудийные расчёты, вероятно, наполовину ослепли и настолько оглушены, что даже не могли бояться.
Он сказал: «Сбавь скорость, рулевой. Мы потеряем шлюпку, если не будем осторожны!» Ему показалось, что он услышал хрюканье Джаго, и он увидел быстрый обмен репликами между ним и загребным. Шлюпка была на траверзе, тяжелее и медленнее из-за взрывчатки Уильямса и нескольких дополнительных людей, которые компенсировали сопротивление и внезапную смерть.