Красный священник
Шрифт:
«Можешь и дальше так считать, если тебе угодно. Впрочем, теперь мое полное имя — Уилл Церес», — с абсолютной, подкупающей беспечностью отозвался карапуз.
Немного поразмыслив, сыщик осторожно закинул очередную удочку:
'Что посоветуете, если я вознамерюсь прижать к стенке владельца «0–08»?
В досье на сам артефакт я не нуждаюсь, мне бы лишь пару дельных наставлений'.
Пухлый малыш несколько секунд немигающе пялился на гостя, а затем внезапно распахнул крошечный рот и зашелся в истошном, надрывном реве:
«Уа-а-а!»
Уголки губ Клейна предательски дрогнули. Заметив, что задремавшая было горничная вот-вот проснется от этого гвалта, юноша поспешно отступил на пару шагов назад и, прихватив обеих марионеток, бесследно растворился в воздухе.
…………
Акватория архипелага Ротсид. На борту «Будущего», бросившего якорь в тайной гавани байамских повстанцев.
«Адмирал Звезд» Катлея, как раз проводившая ритуал, воочию узрела, как из сотканных пламенем свечей призрачных врат плавно вылетела капля серебристой крови.
Девушке хватило лишь мимолетного, скользящего взгляда, чтобы судорожно зажмуриться, даже несмотря на то, что ее переносицу надежно защищала массивная оправа очков.
В это самое мгновение ей почудилось, будто в разуме один за другим завертелись непостижимые, дышащие первобытной мистикой колеса. Сплетаясь воедино, они выковали образ исполинского серебряного змея, чья пасть намертво вцепилась в собственный хвост.
Это видение заставило её мысли застрять в замкнутом цикле: пиратка умудрилась двенадцать раз кряду вознести хвалу господину «Шуту», прежде чем наваждение спало и рассудок вернулся в норму.
«Вне всяких сомнений, это кровь мифического существа из домена „Судьбы“. И статус её обладателя на голову превосходит заурядных ангелов…» — с бьющим через край восторгом завершив таинство, Катлея сноровисто извлекла загодя припасенный флакон и бережно запечатала в нем драгоценную каплю.
Будучи уже наслышанной от «Королевы Мистики» о некоторых секретах Пути «Монстра» и выведав от господина «Шута» о самом «Ангеле Судьбы» Уроборосе, пиратская владычица молниеносно выстроила в голове парочку догадок о том, кому могла принадлежать эта кровь:
'Вполне вероятно, что это тот самый лидер Школы Жизни. Или же какой-нибудь иной ангел первой Последовательности… Как бы там ни было, господин «Шут» способен напрямую дергать за ниточки как минимум двух ангелов в материальной реальности! А если приплюсовать сюда еще и того загадочного «древнего злого духа», то, пускай арсенал запечатанных артефактов у нас пока хромает, по чистой боевой мощи паства господина Шута уже смело может тягаться с ортодоксальными Церквями. Ни Заре Стихий, ни Ордену Аскетов Моисея до таких заоблачных высот как до луны…
Воистину, не зря Его величают пробуждающимся древним божеством'.
Проникнувшись еще более глубоким, первобытным благоговением, Катлея медленно выдохнула и переключилась на собственные, насущные дела.
Сбор остальных ингредиентов продвигался без сучка без задоринки. Если фортуна не отвернется, то всего через месяц с небольшим она сможет бросить вызов четвертой Последовательности, наконец-то обретя ту самую искру божественности!
…………
Небеса давили непроницаемой, свинцовой чернотой. Лишь изредка их с треском вспарывали серебристо-белые молнии, на краткий миг выхватывая из мрака выжженную, безжизненную пустошь и высохшее, извилистое русло реки.
А там, в самом сердце равнины, где пересохший поток закладывал крутую петлю, высились громоздящиеся друг на друга черные контуры зданий. Этот мрачный, многоярусный силуэт безошибочно выдавал очертания мертвого, покинутого города.
Преодолев изнурительный, многодневный марш-бросок, разведывательный отряд Города Серебра под предводительством самого Вождя Совета Шести, «Охотника на Демонов» Колина Илиада, наконец-то добрался до своей цели — руин полиса Нос.
Экспедиция выдалась донельзя малочисленной. Помимо Колина, в нее вошли лишь четверо следопытов: старейшина Совета Шести, «Пастырь» Ловия, двое «Стражей» пятой Последовательности — Риг и Гунаруэн, а также «Нотариус» шестого ранга Деррик Берг. И всё же по чистой боевой мощи этот ударный кулак ничуть не уступал, а то и на голову превосходил любой стандартный патрульный отряд.
Если верить доводам самого Колина Илиада, город Нос буквально кишмя кишел смертоносными тварями, а те самые «перевертыши» и вовсе славились виртуозным коварством, обожая бить в спину и играть на доверии. В таком пекле компактная, но до зубов вооруженная элита имела куда больше шансов на выживание, нежели раздутая толпа.
Бросив тяжелый взгляд на раскинувшиеся впереди руины, укрытые блеклой дымкой, которую не могли пронзить даже вспышки молний, «Охотник на Демонов» неспешно выхватил оба заброшенных за спину клинка. Сохраняя ледяное, железобетонное хладнокровие, Вождь педантично втер в лезвие одного меча серебристо-серую мазь, а второе щедро окропил золотистым зельем.
С размаху вогнав оба клинка прямо в каменистый грунт перед собой, он сноровисто выудил из потайных кармашков на поясе три крошечных металлических флакона. Сухо выдернув пробки, старец залпом, один за другим, осушил все эликсиры.
Синхронно с предводителем Риг и Гунаруэн тоже приступили к предбоевой подготовке. А вот Деррик Берг, намертво сжимая в одной руке молот и широко распахнув вторую ладонь, с благоговейной, суровой торжественностью затянул на языке гигантов:
— Бог гласит: да возымеет силу!
Абсолютно бесшумно Колин Илиад и остальные следопыты физически ощутили, как только что проглоченные зелья, сотворенный свет зари и нанесенные на сталь мази внезапно, многократно взвинтили свою сокрушительную мощь.
Следом от паренька разошлась теплая, умиротворяющая пульсация, наглухо укрыв весь отряд сияющим ореолом и влив в их жилы свежую порцию храбрости и первобытной силы.
Дождавшись, пока Деррик пустит в ход «Священный обет», дабы изрядно подстегнуть собственную ловкость, Колин искоса мазнул взглядом по Ловии. Старейшина-«Пастырь», держа в руке фонарь из звериной шкуры, взирала на происходящее с ледяным равнодушием. Вождь указал клинком на темнеющие метрах в десяти окраины Носа и обратился к еще немного вымахавшему в росте Деррику:
— Высвободи свой талант и залей эти улицы светом.
Выдержав короткую паузу, он обвел команду тяжелым взором и сухо добавил:
— Стоит нам лишь переступить черту города, никто не смеет отходить ни на шаг. Держимся вместе, что бы ни стряслось.
— За эти дни я уже в красках расписал вам, какие именно твари из первозданной бездны свили здесь гнезда. Вы должны кристально ясно осознавать: малейшая брешь в строю — и «перевертыши» неминуемо разыграют эту карту против нас.
Гунаруэн — статная воительница с весьма миловидными чертами лица, вымахавшая под два метра сорок пять сантиметров — задумчиво сдвинула брови: