Чтение онлайн

Шшшш!

Ливень с каждой секундой набирал ярость. Капли хлестали всё гуще и быстрее, пока небеса не разверзлись настоящим, апокалиптическим потопом.

Безжалостные потоки воды вмиг загасили целые снопы бледного призрачного пламени. Сливаясь в бурные ручьи, они устремились вниз, смывая всё на своем пути и несясь прямиком к самой нижней точке мертвого полиса — в недра бездонного, подземного кратера.

В такой всепоглощающей сырости «Огненные скачки» Клейна оказались наглухо заблокированы. Впрочем, как и таланты самого Хищника из мира духов!

Однако для «Тирана» этот шторм стал благодатью. Духовность юноши, оседлав свинцовые тучи, беспрепятственно расползлась во все стороны, превратив его в самое настоящее божество, с заоблачных высот взирающее на бренную землю.

Каждое облако, каждая капля дождя обернулись для Клейна всевидящими глазами. Подвластная ему стихия позволила играючи, без малейших усилий вычислить Хищника из мира духов прямо в эпицентре разбушевавшейся непогоды.

Тот самый «невидимка», облаченный в полупрозрачный белый балахон, сейчас трусливо жался за обломком исполинской, мертвенно-бледной колонны. Тварь так и не покинула внешний периметр, не отважившись сунуться в самое сердце руин.

Ба-бах!

Оглушительный, разрывающий барабанные перепонки громовой раскат сотряс округу. Мириады молний хищно сплелись в ослепительный серебристо-белый луч, который пулей вырвался из туч, устремившись прямо на Хищника.

Опираясь на свою запредельную, звериную интуицию, «невидимка» опередил удар на какую-то жалкую долю секунды, юрким червем зарывшись глубоко в землю.

Один, два, три… Толстые, всесокрушающие столбы серебристого света градом обрушились на этот пятачок. От их первобытной ярости плавилась почва и крошился камень, оставляя после себя лишь глубокие, выжженные дочерна кратеры.

Хищник из мира духов судорожно вынырнул совершенно с другой стороны. Не теряя ни мгновения, тварь бросилась наутек к следующему укрытию, виляя то вправо, то влево и виртуозно петляя, словно извивающаяся змея.

Увы, куда бы бестия ни метнулась, карающие серебристые лучи неизменно дышали ей в затылок. Молнии били на опережение, выстраивая глухую стену из разрядов и безжалостно обрывая любые потуги монстра вырваться за пределы бушующего ливня.

Грохох! Ба-бах! Бум!

Взирающее с высоты свинцовых туч «божество», подобно истинному «Тирану», властно взмахивало своим серебристо-белым жезлом. Карающие удары обрушивались на мишень раз за разом, и несколько раз смерть проходила в считанных миллиметрах от цели.

Клейн чувствовал, как внутри закипает нетерпение. Юноша отчаянно жаждал покончить с этой затянувшейся охотой здесь и сейчас. Напрочь отбросив экономию, он начал выжимать из «Скипетра Морского бога» все соки, заставляя молнии хлестать землю с пугающей, маниакальной частотой.

Внезапно на него навалилась свинцовая, удушающая усталость.

Это чувство словно окатило его ледяной водой, сорвав пелену с глаз. Сыщик кристально ясно осознал: что-то не сходится!

'Хищник из мира духов с самого начала имел все шансы отступить в более глубокие ярусы Кальдерона. Так с какой стати он до сих пор отирается на периметре?

Тварь ведь соткана из духовной материи, физической плоти у нее нет. Ей ничего не стоит зарыться глубоко под землю, надежно укрывшись от разящих молний и всевидящего ока «Тирана». Какого дьявола она то и дело высовывается наружу, выписывая круги под обстрелом?

Эта бестия попросту берет меня на измор! Она прощупала мои «нити духовного тела», оценила манеру кукловодства и безошибочно вычислила, что до полубожественного ранга мне еще шагать и шагать. Тварь намеренно выжигает мою духовность дотла!' — Клейна прошиб холодный пот запоздалого ужаса. Сплетя воедино эти выводы с тем первоначальным, коварным капканом, он наконец воочию убедился: Хищник из мира духов наделен не просто звериной хитростью, но и пугающим, дьявольским интеллектом!

Вдобавок в памяти ослепительной вспышкой воскресла еще одна фатальная деталь:

«А не привлекли ли мои недавние „Штормы молний“ вкупе с этим ураганным потопом пристальные, леденящие взоры тех чудовищных сущностей, что таятся в самом сердце Кальдерона?»

«Я вновь поддался слепому безрассудству, напрочь упустив из виду критические мелочи…» — пока эта мысль билась в голове, Клейн резким, волевым усилием осадил мощь «Скипетра Морского бога».

Ревущий ливень мгновенно иссяк. Свинцовые тучи стремительно растаяли, возвращая небесам над руинами их привычный, безмятежный вид.

Следом Клейн дернул за ниточки, велев марионетке Энзо с зажатой в руке тростью «Слово Моря» вернуться к нему. Болванчик вкупе с «Адмиралом Ада» Людвиллом встали по обе стороны от хозяина, взяв его в надежную, живую «коробочку».

Затем этот диковинный отряд из одного кукловода и пары кукол неспешным, размеренным шагом двинулся обратно к выходу, всем своим видом демонстрируя намерение унести ноги из Кальдерона, покуда духовные резервы не иссякли окончательно.

На протяжении всего пути Клейн ни на секунду не отключал зрение «нитей духовного тела», маниакально сканируя округу, дабы не позволить Хищнику из мира духов вновь подобраться со спины.

Во время схватки сыщик успел приметить одну весьма диковинную особенность: призрачные путы этой бестии вели себя крайне нестандартно. Часть из них, как и положено, прорастала из самой плоти, уходя в бесконечную даль. Зато другая часть тянулась откуда-то извне. Сплетаясь в толстые, густые жгуты, они безжалостно вонзались прямо в недра полупрозрачного белого балахона.

Юноша небезосновательно подозревал, что именно так выглядит изнанка контроля Хищника над своими разделенными душами — процесс, в корне отличающийся от изящного искусства «Марионеточника».

Блуждая взглядом по руинам, он внезапно выхватил вопиющую аномалию: из недр одного полуразрушенного строения хищно выползали иллюзорные, черные как смоль нити. И некоторые из них сплетались в те самые толстые жгуты, чьи истоки уходили куда-то в недосягаемую даль!

Не раздумывая ни мгновения, Клейн чуть вскинул «Скипетр Морского бога», силой мысли соткав из пустоты оглушительный громовой раскат.

Ба-бах!

Под аккомпанемент этого парализующего, сотрясающего саму душу грохота, «Адмирал Ада» Людвилл молниеносно выбросил вперед левую руку.

Добрая половина тела пирата вмиг налилась призрачной иллюзорностью. Его предплечье и кисть, напрочь попирая законы анатомии, вытянулись на невероятную длину, хищными когтями устремившись прямо к развороченному зданию.

Прямо на лету ладонь корсара покрылась мертвенной бледностью. На коже проступило жуткое, гротескное лицо, распахнувшее пасть. Из зева пулей выстрелил длинный, раздвоенный язык, сплошь усеянный омерзительным белым пухом.

Этот язык, вытянувшись на добрый десяток метров и без труда прошив каменную кладку, намертво вонзился в тот самый клубок «нитей духовного тела». Хищным рывком он выволок на свет божий искаженную, размытую тень чужой души!