Чтение онлайн

Ему определенно нравилось ставить меня в неловкое положение.

– Будешь продолжать в том же духе, и я прекращу с тобой общаться. Вроде всё хорошо, а потом бац, и начинается какая-то пурга.

– Расскажешь, чего тебе там привиделось?

– Я точно знаю, что это было на самом деле. Не хотите, можете не верить.

– Они не верят? Даже твой Якушин?

– Почему это мой?

– Что я не вижу, как ты на него смотришь?

– Кончай выдумывать. Никак я не смотрю. Он просто старше, и я к нему прислушиваюсь.

– Особенно внимательно ты прислушивалась к нему у фонтана. Это было очень трогательно.

– Иди нафиг.

– Так, что? Расскажешь, чего боишься? Я же тебе рассказывал про зарезанного мальчика.

– Ага, и про девушку в белом платье на красной машине.

– Думаешь, что тут водится привидение?

Я ответила не сразу, потому что такое было очень сложно объяснить.

– Обычно они приходят ко мне по ночам из темноты и кажутся лишь призрачными образами чего-то жуткого и необъяснимого, теперь же, это случилось средь бела дня и было до ужаса правдоподобно.

Амелин понимающе кивнул.

– Раньше я тоже боялся темноты. Нам соседи снизу регулярно перерезали провода из-за того, что Мила после клуба приводила гостей, и они шумели по ночам. Мы иногда по два месяца без света жили. И поначалу я тоже паниковал, потому что приходилось всю ночь сидеть в темноте одному, но потом привык и научился с ней дружить.

– Почему это ты сидел ночами один?
– живо заинтересовалась я.

– Потому что я живу с сестрой. У неё работа такая. Она танцовщица, - новый приступ кашля свалил его на подушку, несколько книг слетели с кровати и рассыпались, а когда я их подняла, он уже снова сидел, как ни в чем не бывало.

– Это ужасно оставаться ночами одному, - понимающе сказала я.- У меня тоже один раз такое было.

– И что?

– Ничего. Просто, - про это говорить не хотелось.

– Понимаешь, темнота - как боль, её просто нужно принять. И потом она станет частью тебя самой, - произнес он многозначительно.

– Глупость какая-то. Зачем мне это принимать, если это ненормально? Если я от этого физически болею?

– А ты просто расслабься и не думай о плохом. Темнота обостряет чувства, обоняние и слух. И ты становишься сильной, только по-другому.

– Ерунда. У меня сердце в эти моменты останавливается, и я задыхаюсь.

– Это как будто так глубоко ныряешь внутрь себя, что мысли отходят на второй план, и остаются только ощущения. Даже приятно. Мы все приходим из темноты и уходим в неё. Темнота, одиночество и боль - это суть нашего пребывания в этом мире.

– Опять твои заупокойные разговоры? Меня от них тошнит.

– От себя не спрячешься, Тоня, - заявил он поучительно, как тогда у него дома, когда мы приходили с Герасимовым.
– Или терпи и пересиль себя, или живи всё время в страхе и бегай от призраков.

– Слушай, не нужно мне тут ля-ля про терпение. Я видела твои руки. Ты сам замороченный и слабый. И вообще, суицидники не имеют права поучать кого-либо.

На мгновение помрачнев, Амелин снова натянул сияющую улыбку.

– Я просто хочу сказать, что сильнее смерти ничего нет, а темнота не убивает.

Я пришла обсудить случившееся, а он постоянно уводил в сторону и затевал разговор не о том.

– Мне надоело с тобой разговаривать, - я встала.

– Так, что там за той дверью?

– Тёмный и страшный подвал. Ничего интересного. Если хочешь, могу даже отдать тебе этот ключ.

– О!
– вдруг обрадовался он.
– Клин клином, Тоня. Давай сходим ночью туда?

– Ещё чего.

– Значит, всё-таки ты слабачка. Что и требовалось доказать, - по лукавому выражению лица я видела, что Амелин пытается взять меня "на слабо", и он не ошибся, со мной это всегда работало.

В конце концов, мне же не одной туда идти. А если ещё и свет включить, то будет совсем нормально.

– Ничего не увидим, значит, там нет никаких призраков, и тебе показалось, - сказал он, - а если увидим, то я докажу всем, что тебе можно верить.

– Хорошо, - сдалась я.
– Только пока никому не говори про это.

==========

Глава 20 ==========

А через час, за обедом произошел загадочный случай.

Мы сидели все на кухне, тесно набившись вокруг стола, и уже начали пить чай, когда Герасимов неожиданно замычал и подскочил, так, что сидевшая слева от него Настя с визгом слетела с табуретки. Грубо отпихнув не поместившегося за стол Петрова, он бросился к раковине и выплюнул то, что держал во рту. Затем включил воду и принялся пить прямо из-под крана.

– Что случилось?
– Якушин встал и подошел к нему.

Я помогла подняться Насте.

– Что за дрянь?
– прорычал Герасимов.
– Это чья-то шутка или как? Марков, я же тебе голову оторву. Ты достал уже, тупой баран. Или это ты, Сёмина?

– Ты сам достал, - негодующе воскликнула Настя, стряхивая с шотландских брючек мокрое пятно.

– Сёмина мне всё ухо провизжала, - пожаловался Марков.

– Объясни хоть в чем дело, - не переставал тормошить Герасимова Якушин.