Черный пес Элчестера
Шрифт:
Они устроили привал в тени скалы, пообедав вяленым мясом, заботливо положенным Михелем в котомку Мили. Разделили остатки воды. Бедный Уголек довольствовался сухой травой...
– Если мы не найдем к вечеру колодца или пресловутого тайного озера, пошли подальше этого огнедышащего гада, - заметил Фрэнсис, отправляя пустую фляжку в седельную сумку.
– Пекло, как в аду! Коня жалко...
– Не ворчите, милорд.
– Твой змей мог бы предупредить, чтобы мы хоть водой запаслись...
– Нам ничто не помешает вернуться, сделать запасы, и уж потом снова пойти разыскивать колодец.
– Ты точно ненормальная!
– буркнул себе под нос Фрэнсис.
– А вы - зануда!
– парировала Милица.
– Зачем тебе эта книга? Ты думаешь, что разберешься в записях великого мага?
– Попытаюсь, - пожала плечами ведьма.
– А мне объяснишь? Или ты передумала учить меня?
– пряча под улыбкой волнение, осведомился рыцарь.
Девушка снова пожала плечами.
– Посмотрим...
– только и ответила она.
Граф не оставлял своих попыток завязать разговор.
– А что там могут быть за охранники, как ты думаешь?
Мили в очередной раз пожала плечами. Фрэнсис готов был зарычать, но вместо этого продолжил рассуждать вслух:
– Охранники должны быть способны оставаться на своем посту столько, сколько потребуется, даже если потребуется не одно столетие. Они не должны привлекать к себе внимание людей, не должны на них охотиться... Но при этом должны представлять для человека опасность, иначе грош была бы им цена... Судя по всему, они не нуждаются в пище и питье... Что же поддерживает их силу? Магия их властелина? Но он погиб... А они все еще несут свою службу... Следовательно, их поддерживает не колдовство. И, надо полагать, они не слишком умны, раз не покинули пещеру с гибелью своего повелителя...
– Возможно, они просто не могут это сделать, - возразила волшебница.
– Но ты прав... Дай-ка мне сумку с травами!
Фрэнсис, ни слова не говоря, протянул Милисенте ее котомку, боясь даже вздохом выдать свою радость: любимая в задумчивости вновь обратилась к нему на "ты"!
Милица между тем ворошила свои запасы, перекладывая коренья, цветы и разные баночки. То, что она, наконец, извлекла, заставило сердце графа замереть: ненюфары.
Те самые.
С миром мертвых эти заклятья связаны... Нечестиво это...
Что же их ждет впереди?
– Ну вот и настало время вас испробовать...
– пробормотала ведьма.
Она отложила в сторону четыре цветка, остальные убрав обратно. Отломила засохшие венчики, и в руках ее остались длинные стебли...
– Фрэнки, пожалуйста, принеси мне какой-нибудь плоский камень, - попросила волшебница.
Фрэнки с радостью исполнил ее просьбу и опустился на колени рядом со своей милой.
– Ты будешь колдовать? Я не помешаю?
– Смотри, - кивнула Мили.
– Только я сама очень смутно представляю, что же буду делать. Это как с тем оборотнем, помнишь?
Волосы блестящей волной скользнули по ее плечам, закрыв лицо, когда девушка нагнулась над камнем, положив на него стебли, будто на стол. И нетерпеливо откинула пряди назад.
– Какая ты красивая...
– прошептал юноша, и неизбывная тоска притаилась в его голосе. Милица невольно взглянула на молодого человека.
– Дай мне камень поменьше, - помолчав, сказала она.
Фрэнсис вложил в ее ладонь небольшую гальку, валявшуюся у самых ног волшебницы.
И робко сплел свои пальцы с ее.
Милисента неловко высвободила руку.
– Спасибо, милорд. Но ваши нежности - лишнее. Вам вернули ваше кольцо?
– Кстати, о кольце!
– Фрэнсис снял перстень с пальца.
– Возьми его обратно.
Девушка грустно покачала головой.
– Не надо. Разбитого не сложишь, милорд. Лучше верните мое колечко...
Фрэнсис невольно положил руку на грудь, где под одеждой висел ее подарок.
– Нет... Не проси...
– Хорошо, - кивнула волшебница.
– Пусть оно останется у вас, на память.
Он вложил свой рубиновый перстень в ее ладонь, и сам согнул пальцы девушки.
– Тогда забери, - твердо велел он.
– И никогда не швыряйся фамильными ценностями рода Элчестер! Это не к лицу невесте лорда Элчестерского.
Милица чуть улыбнулась и безмолвно надела кольцо на палец, а потом склонилась над сухими стеблями ненюфаров. Покрепче стиснув в ладони камень, она растирала их в пыль, а лорд, взяв другую гальку, помогал волшебнице.
И вот - на гладкой плите лишь темный сухой порошок. Всыпав его в какое-то загадочное вязкое вещество, колдунья принялась лепить крохотные шарики, нараспев повторяя странные непонятные слова. Быть может, это и была та речь воды и ветра? В них звучал шорох камыша на болоте, утробные стоны трясины, падение капель дождя в топь...
Зловещим был этот наговор.
Семь горошин получилось у ведьмы, и аккуратно ссыпала она их в мешочек на поясе.
– Думаю, теперь мы можем идти искать колодец. И надо бы поторопиться: скоро вечер.
Девушка упруго поднялась на ноги и, чуть помедлив, обернулась к Фрэнсису.
– Милорд... Если я ошиблась, и в пещере нас ожидают другие охранники...не те, против кого я колдовала...
– она умолкла.
– Да?
– спросил юноша, кладя руку на гарду меча.
– Зачем вам так рисковать? Это мой путь! Если я ошиблась, мои чары не подействуют, а вы...вы... Не ходи со мной, Фрэнки!
– Мили, давай не будем обсуждать все глупости, которые приходят тебе в голову, хорошо?
– только и ответил граф, подходя к любимой и усаживая ее на коня. Сам вскочил в седло - и они выехали в раскаленное пекло долины.
– Глупости?
– возмутилась Милица.
– Именно. Разве в здравом уме можно предположить, что я отправлю тебя навстречу опасности, а сам побегу спасать свою жизнь?
Девушка замолчала, отвернувшись от спутника. Фрэнсис ласково потерся щекой о ее макушку.
– Не злись... Пожалуйста. Я так рад, что ты обо мне беспокоишься... Но пойми: я тоже. Тоже тревожусь за тебя...
Мили обернулась и подняла глаза на любимого. И у Фрэнсиса, как всегда, дух захватило от этой темно-синей полночной глубины.
– Ты не понимаешь, что можешь погибнуть?
– прошептала она.
– Ты думаешь, я не понимал это, когда мчался за тобой к дракону?
– Сумасшедший... Ты просто сумасшедший. Я - ведьма, я могу себя защитить, а ты... Ты обычный человек...