Чтение онлайн

Надежно спрятав хрустящие купюры, он поймал экипаж и покатил в район Баклундского моста, прямиком к бару «Храбрец».

Следуя за прихрамывающим Каспасом, юноша вновь оказался в карточной комнате. Марич сидел на прежнем месте, и вокруг него всё так же зияла пустота — ни единого живого мертвеца в свите.

Отбросив шальную мысль запечатать духовностью медный свисток мистера Азика, Клейн с размаху шлепнул сотню фунтов на зеленое сукно и, глядя в мертвенно-бледное лицо Марича, заявил:

— Я согласен на сделку.

— Вот сотня авансом. Дальше буду отстегивать по триста фунтов за каждые сутки охраны.

— И работа начинается прямо сейчас!

Марич скользнул взглядом куда-то поверх плеча юноши, посмотрев ему за спину, и едва заметно кивнул:

— Добро. Она берется за дело.

Чего? Клейн ошарашенно обернулся, но наткнулся лишь на глухую створку двери да пустоту.

Бесшумно активировав духовное зрение, он вновь просканировал комнату, но так ничего и не обнаружил.

Марич невозмутимо сгреб банкноты в карман и всё тем же отстраненным тоном бросил:

— Можешь идти. Она уже взяла тебя под охрану, просто предпочитает действовать скрытно.

«Не раскинь я карты заранее, стопроцентно бы решил, что вы обычные шарлатаны…» — Клейн обвел комнату недоверчивым взглядом и, стиснув зубы, разыграл уход с крайней неохотой.

Всю дорогу до дома сыщик то и дело активировал духовное зрение, то гасил его, безостановочно сканируя улицу за окном кареты, но так и не сумел выхватить ни единого следа своей новоиспеченной телохранительницы.

Благополучно добравшись до дома номер пятнадцать по улице Минск, Клейн наглухо запер входную дверь. Зайдя в умывальную, он открутил вентиль крана и принялся мыть руки.

Как только журчание воды стихло, юноша стряхнул капли с пальцев и досуха вытер ладони пушистым полотенцем. Подняв голову, он устремил взор в зеркало, машинально оценивая свой внешний вид.

И в этот самый миг гладкая амальгама внезапно пошла зыбкой рябью, а его собственное отражение растаяло, уступив место фигуре незнакомки, облаченной в длинное черное платье дворцового кроя.

Волосы девушки отливали бледным золотом, а глаза светились бездонной лазурью. И пусть черты ее лица поражали поистине неземным изяществом, кожу покрывала нездоровая, мертвенная бледность.

Голову незнакомки венчала миниатюрная черная мягкая шляпка. Изящно приподняв подол своего мрачного наряда, она грациозно склонилась в почтительном реверансе, приветствуя хозяина дома.

«Это еще что…» — Клейн даже не подумал скрывать нахлынувшего изумления. Напротив, он нарочито попятился назад, пока не вжался спиной в прохладную стену.

Впрочем, разум уже подсказал ему ответ: скорее всего, эта призрачная леди и есть та самая охранница, чьи услуги обошлись ему в тысячу золотых фунтов.

Видение в зазеркалье стремительно померкло, растаяв без следа. Клейн вновь увидел собственное напряженное лицо, и мир вокруг вернулся в свою привычную, безмятежную норму.

В зеркале кристально ясно отражался сам юноша, однако от той дамы в черном дворцовом платье не осталось и следа, словно ее здесь никогда и не было.

Клейн бесшумно активировал духовное зрение, но так ничего и не обнаружил.

«Неужто я нанял в телохранители призрака? Да нет, это даже для призрака чересчур жутко… В конце концов, духи во плоти вполне поддаются духовному зрению…» — Клейн в задумчивости нащупал в кармане медный свисток мистера Азика. Артефакт всё так же источал леденящий, могильный холод, не подавая никаких признаков аномалий.

«Свисток на нее никак не повлиял… Стало быть, она не из породы нежити… Впрочем, ручаться за это нельзя. Когда эту дуделку похоронили вместе со мной, ни один из соседних мертвецов не восстал из могилы… Может, потому что все они покоились на кладбище, предварительно пройдя через обряды упокоения от пасторов и епископов? И когда же эта чертовщина вообще срабатывает, а когда остается инертной?.. Как только разберусь с этим послом, если, конечно, останусь в живых, непременно наведаюсь на погост и устрою проверку боем, чтобы раз и навсегда уяснить все радиусы и ограничения. А то таскаю с собой какую-то бомбу замедленного действия…» — умыв лицо холодной водой, Клейн развернулся и покинул умывальную.

Едва он успел прихватить в гостиной газету, намереваясь скоротать время за чтением в спальне или диванной зоне, как входной колокольчик внезапно зазвенел.

Под эту звонкую трель Клейн мгновенно подобрался. Облачившись в куртку, карманы которой были под завязку набиты всевозможными оккультными материалами, он с предельной осторожностью зашагал к двери.

Юноша прекрасно помнил: в ближайшие дни над ним нависнет смертельная угроза!

Замерев у порога и выждав пару мгновений, Клейн позволил своему мысленному взору, обостренному талантами «Клоуна», кристально ясно воссоздать картину снаружи.

В небесах сквозь рваные тучи тускло просвечивала багровая луна, а элегантные газовые фонари бросали желтоватые блики на влажную брусчатку. Прямо у двери стоял подросток в ветхом пальто, и в его ярко-алых глазах глубокая серьезность причудливо мешалась с толикой растерянности.

«Иэн Райт? Какого дьявола он здесь забыл? Разве не эту самую сцену я недавно узрел во время гадания во сне? Неужто это и есть предвестник надвигающейся беды?» — Клейн распахнул створку и настороженно отступил на пару шагов назад.

— Детектив Мориарти, — Иэн стянул свой потертый коричневый котелок и слегка поклонился. — Я пришел извиниться. Простите, что втянул вас в столь опасную передрягу.

Клейн слегка нахмурил брови:

— Тебе бы сейчас в полицию бежать, а не ко мне.

Мальчишка воровато огляделся по сторонам и, слегка втянув голову в плечи, ответил:

— Я только что вышел из МИ-9.

«А? Выходит, этот особый армейский отдел зовется именно так?» — Клейн отступил в сторону, жестом приглашая гостя в гостиную:

— Пожалуй, нам и впрямь есть о чем потолковать.

«Я просто обязан выяснить, из-за какой чертовщины я вообще оказался в столь плачевном, загнанном в угол положении…» — с тяжелым вздохом мысленно констатировал сыщик.

Иэн не стал церемониться. Проследовав за хозяином, он опустился на то же самое место, где сидел во время своего первого визита.

Подросток уже было раскрыл рот, но Клейн внезапно его опередил:

— Если то, что ты собираешься выложить, ввергнет меня в еще большую пучину смертельных рисков — лучше помалкивай.