Проза

– А почему ничего не продают и дверь не открывают? – спросил Тимур. Сотрудники рассмеялись, веселее всех хохотала Галина Александровна. – Потому что товар еще не вынесли из подсобки, – ответила она, вытирая выступившие слезы. – А почему его не выносят? – это уже Артем. – Потому что сначала нужно…

Но я никогда не видел ничего иного. Вид разрушенного города казался привычным – нормальным. Он не удивлял и не поражал. Но, только вне лагеря впервые увидел людей, обездоленных войной. По улицам катались на тележках инвалиды без ног. Часто встречались люди на костылях, или без рук. Это было непривычным…

Стояли мы тогда на Карельском фронте. Природа там против нашей гораздо серьезнее. Там снег пушной идет — вот какие шапки летят. Дорогу заметает сразу — трактора, и те буксуют. Там камни навалены — каждый с нашу избу, и дорога делает около тех камней зигзаги. А сосны — ровные, как свечи, — из одного хлыста…

«Здравствуйте, а я вам бабушкиных пирожков с творогом принесла.» Резко обернувшись, к так неожиданно появившейся посетительнице, Петро потерял равновесие. Лестница, шатаясь из стороны в сторону, отделилась от стены и стала медленно заваливаться назад . Пытаясь удержаться …

Он остановил стюардессу и предложил: – Хочешь вина? – Давай. Я чувствовал себя совсем неважно, мне хотелось расслабиться. – Здесь теперь дают «Сан Валентин» [4] . Не бог весть что, но пить можно. Знаешь, что я хотел тебя спросить. Вот что мне стало интересно. Я проехал по России, Алекс, и видел…

Одергиваюсь. Уж слишком крепко я вцепилась в стенку гроба, рискуя сломать запястье. Но прежде чем я отпущу ее, я прошепчу своему мужу кое-что в лицо: — Пускай тебя сожрут черви, Себастиан... будь ты проклят за мою сломанную жизнь, — ладонью я прикрываю рот и отворачиваюсь. Никто не увидит моих слез!…

– Ну… не знаю… не знаю. У нас такие офицеры как вы приезжают, только отмечаются здесь и уезжают по добру по здорову. Не всё так просто у нас, как вы думаете. А впрочем, решайте с военкомом, думаю, что он вам ситуацию красиво обрисует. Дежурная закончила записывать в журнал данные, черканула в командировочном…

Однажды он мне сообщил, что пришли ответы пункции и есть подозрение на лимфогранулематоз. Это трудновыговариваемое слово меня совсем не расстроило, и я всем знакомым потешно сообщала об этом необычном для меня диагнозе. На следующий день доцент удалил мой значительно увеличившийся лимфоузел, и мне ничего…

Дальше иду пешком. Посольства, государственные учреждения Германской Демократической Республики, университет Гумбольдта. Возле его темных древних стен — огромная толпа. Гомон полемизирующих, взмахи рук. Митинг, демонстрация, необыкновенное уличное происшествие? Нет, диспут. Свободный обмен мнениями…

– Хм, – наконец отозвался психиатр и подался вперед, – значит, ты пишешь рассказы. – Да. Недавно издал первую книгу. – Невероятно! – улыбнулся беззубый рот. – За свои годы работы я видел многое, но начинающего писателя вижу впервые. Ко мне даже дьявол приходил, в этот самый кабинет, и пытался склонить…

Вернёмся к композиции. Казалось бы, предания не связаны с событиями начала третьего тысячелетия. Однако они несут тройную фабульную нагрузку: во-первых, повествуют не просто об истории России романовского периода, а об истории отечественного парламентаризма; во-вторых, раскрывают те семейные связи и…

Заокеанская иллюзия подчиняла себе юный мозг не хуже умелой пропаганды Демократической Кампучии, заставляя его жаждать не свершений, а семяизвержений. Впрочем, в этом возрасте если кто и мечтает о Нобелевской премии, то исключительно в компании пышногрудой едва одетой принцессы. Подвиги ему не снились,…

Томскую епархию направить его служить в наше родное село Лебедянское. Но не успел. На место папы прислали другого священника, а дяде Иакову предложили поехать в Томск. С тех пор, каждый раз, бывая в областном центре, я знала, где меня всегда ждут, где будут рады обогреть и приютить. И вот в июне 37-го,…

Полина вздрогнула, едва не поперхнувшись, и посмотрела-таки на соседа. Холеный мужчина, на вид около сорока, глядел на неё с деловито-задумчивым любопытством. Приятное, что называется, интеллигентное лицо с высокими залысинами, русые волосы зачёсаны назад, бледные сухие губы чёткого рисунка. Наружность…

– Ну, что же тут такого важного… Пятьсот, на пополам, по двести пятьдесят должно быть? А рейсов сколько в месяц, в среднем? 40? Вот, 40 умножаю я на двести пятьдесят… Всего-то 10 тысяч? Что ж и этому я буду рад. – Ну что же, барин, решено! Примерно 10 в месяц мне, как вам уж за одно. Ещё примерно…

– Не успел подготовиться, герр майор, морально: всё ж таки дело ответственное! – Тебя, капитан, заждались! Поляна по случаю присвоения внеочередного звания накрыта, генерал шибко серчает, – сменил гнев на милость Чугаркин. И ровно через пять минут доставил Бодуненца до края «поляны». Генерал («Старик»),…

В девяностые годы прошлого века, а точнее – в тысяча девятьсот девяносто четвёртом, Андрей Михайлович Цапкин, по его словам, заработал свои первые большие деньги. Он и до этого не был бедным человеком, но только благодаря капиталам семьи Цапкиных. До тридцати лет Андрей Михайлович и не думал, что ему…

– Расскажите о себе, – последовал стандартный вопрос. О себе? Ну что ж, я был обычным советским ребенком со способностями чуть выше среднего, необщительным характером и любовью к книгам. За книгами я просиживал все свободное время и впитывал из них все то, что должен был впитывать правильный советский…

– Но я плохо говорю, – смутился Моцарт. – Ну, хочешь, попробую: «Падам! Падам! Ил ариве е кура дерьи муа!» Ой, у тебя гранатовый сок носом пошел… Ева приложила к лицу вышитый маками кружевной платок. – Я лучше по-немецки, мне так привычнее. «Дойчланд! Дойчланд! Дас ист ихре фюрер!» – закричал Моцарт,…

Наконец, последний член экспедиции – Мария Соловьева. Впрочем, она уже не единожды участвовала в таких поездках. Ее приглашали, можно сказать, на постоянной основе. Петр даже не звал Машу, а просто информировал, куда на этот раз двинется их отряд под его неизменным предводительством. Маша была как талисман,…