Проза

– Привет, док. – Что случилось? – спросила я, стаскивая перчатки и опуская маску. Лицо Клоделя посуровело, глаза угрюмо блеснули в ярком свете ламп. – Доктор Ламанш будет здесь с минуты на минуту, – ответил детектив. – Он все объяснит. Его лоб уже покрылся капельками пота, рот сжался в тонкую…

– Ну и о чём ты там молчать не будешь? – А мне бы опорожниться. – Ну как тебе это тело в таком состоянии будет искать туалет? – Не знаю. Это ваши проблемы. Я могу и без туалета Я просто предупредил. Мы тут с желудком посовещались… – Ой!!! Только не надо!!! «Они посовещались»! Все только грозят.…

Брезгливо, но осторожно, как будто вылез из болота, полного пиявок, Степан отлепил от себя один за другим все проводки на присосках. Подождав, пока кровообращение придет в норму, он встал в зыбком ложе и разодрал бумагу на проволочном каркасе люстры. Покореженный шар полетел на пол и откатился к шкафу.…

В 1890–1891 годах Сенкевич путешествовал по Африке (Египет, Занзибар). Итогом этого путешествия были не только два убитых им на охоте гиппопотама и заболевание малярией, но и «Письма из Африки» (1891–1892) и приключенческая повесть «В пустыне и пуще» (1911). В ней действуют польский мальчик Стась и восьмилетняя…

Я хотел высказать эти трезвые мысли Сачкову и не смог, пораженный блестящей внешностью друга. Вообразите колокольню в зеленой войлочной шляпе, лихо загнутой сбоку, в двубортной щегольской куртке, вельветовых брюках и широком поясе с никелированными крючками для дичи. Прибавьте сюда не запятнанный…

Через секунду леди открыла глаза и увидела девочку, и девочка бросилась к ней и, поднявшись на цыпочки, чтобы спрятать лицо у нее на груди, прильнула к матери с каким-то страстным отчаянием, отнюдь не свойственным ее возрасту. – Ах, Боже мой! – с раздражением сказал мистер Домби, вставая. – Право же,…

и душевной любовью. Приношу сердечно-уголовную благодарность за идею сочинения сей книги Илье Левину-Питерскому. Последнее слово подсудимого Гужанова Граждане судьи, от защитника я решительно отказался потому, что если человек дошел до того, что уже и сам себя…

– Я редко на метро, – оправдался Алексей.             Почему-то не думал, что она просто выйдет и направится к эскалатору. Догнал ее. – Куда вы теперь? Домой? – Домой, – кивнула она. – Давайте подвезу вас. Или кофе выпьем. – Все-таки не…

- Добро! Молодцом, штурман! - повеселел Ярмак. Темное небо прояснилось, и выглянула луна. Корабли качало, под их килями лежала темная вода, и где-то, может [6] быть совсем рядом, на тонких минрепах, качались рогатые мины. Был риск? Да, был, но на берегу ждали, и мы должны были помочь нашим людям любой…

Эта идея пришла Ржановскому. Я ему сказал: — Все, Владимир Дмитриевич. Биология моя не работает, — стучу я себя по лбу. — Я — бездарь. — Загордился. Все сам, сам. Поразить меня хочешь. Вот и зашел в тупик. А из тупика один выход — назад. Вернись к исходному пункту, откуда у тебя зародилась идея,…

Я пишу эти строки и вижу в окно Джулию, палисадник, аккуратную, выложенную мелкой розовой плиткой дорожку меж клумбами. У ног Джулии трется кот Фил, ласковый и ленивый толстяк; второй кот, Дин, воришка и задира, вечный блудник, привязан веревкой к колышку, чтобы не выбегал на дорогу, где можно попасть…

Вильгельм Лино просил, конечно, дать ему время на размышление. Необходимо было выяснить отношения с сыном, его позицию. Герман хотел во что бы то ни стало получить предложенное ему место в дирекции, ведь впервые в жизни к нему обратились с просьбой и умоляли. В конце концов, Вильгельм Лино сдался и подписался…

Впрочем, было время, когда я охотно сидела с ним на Университетской горке под акацией. И Семка читал мне стихи, свои переводы с французского. Он читал сначала по-французски. Я не знала языка, но мне нравилось протяжное звучание стихов, убаюкивающее и многозначительное. Потом Семка переводил: В бесконечной…

- Опять тебя понесло! – Тетушка недовольно завозилась на гамаке, словно ей было неудобно лежать, - не усложняй и без того сложную жизнь. Она не любила долгих бесед, особенно на темы, которые были столь далеки от ее понимания этого мира, от того, что в нем, собственно, и происходит. Ее мир выглядел…

Книгу, которую вы держите в руках, открывает «странный» рассказ «Аграфена». Его главный герой (Аграфена) странствует от первой любви, через трагедии и потери к встрече с Богом. Аграфена в светлые моменты ее жизни показана идущей «боковой тропкой большака, священным путем странников». В конце рассказа…

— Ну как… Вы, конечно, правы, — опомнился тот. — Но ведь у меня в трудовой — горбатые! Кто меня возьмет на работу по своей специальности? Разве что в дворники… И то не возьмут. — Видишь, Клава, каков молодец! Ни слова в оправдание, ни звука в ответ… Недаром, знать, офицерил в молодости. А, солдат?…

Принимал участие и в войне с кимврами и тевтонами; в 93 г. до Р. Хр. стал претором; отличился во время Марсийской войны; в 88 г. был избран в консулы и получил поручение вести (первую) войну против Митридата. Он уже успел отправиться в Кампанию к войску, когда в Риме народная партия под предводительством…

— Всякое у нас было. — Нет-нет, — тихо простерла она руки к нему. — Когда мы были вместе… у нас было только хорошее. Правда? — А когда не вместе, всякое у нас было. — Он сказал это очень мягко и погладил ее по щеке, потом по плечу, и оно дрогнуло, приникло к ладони. — Но мы ни в чем не будем упрекать…

Он и раньше догадывался, что трудодень пустым будет, хотел махнуть из экспедиторов куда-нибудь к хлебу поближе. Но - прохлопал ушами, прособирался... А теперь уж поздно - все пусто. И аж до нового урожая ничем особенно не разживешься. Да ведь оно, если с другой стороны посмотреть, не больно и взяли…

Он с трудом отвел взгляд и, крадучись, пошел под балконами первого этажа вдоль длинной стены здания. Под бетонным козырьком подъезда учетчик различил силуэты людей. Они чего-то ждали неподвижно и молча, некоторые сидели на корточках, вяло свесив руки, поднося к губам огоньки сигарет, но какая-то терпеливая…