Проза прочее

В углу стояла рогатая вешалка, тоже, судя по медным шишечкам, старинная, на которой в строгом порядке располагались модное кашемировое пальто и идеально выглаженный двубортный медицинский халат, тоже слишком консервативный для современного доктора. Зиганшин, войдя, небрежно бросил свою куртку на спинку…

Еще до прибытия в замок Пьер поинтересовался у сына: – Что тебе известно о нашем сюзерене, герцоге Беррийском? – Учителя в школе говорили нам, что он – третий сын короля Иоанна Второго, и что отец пожаловал ему суверенную провинцию Берри. – Что ж, неплохо. А что ты знаешь о короле Иоанне? – В голосе…

– Малый? – снова спрашивала Сонюшка, поднимая глаза. – Не просто малый, а малый ночной, – уточнял профессор. – Он летает ночью, когда многие насекомые спят. Ночью… – И он снова вздыхал о чем-то своем. – А, скажем, бабочки грушевой сатурнии выходят через 35, а то и 40 дней! Столько формируется простая…

— Посмотрим… — Вот и договорились, — закончила за меня Ольга. Потрепала мои длинные, точно такие же, как у нее, волосы и ушла. Мы с Олей не близнецы, она на два года старше меня. Но все считают нас близнецами. Говорят, не отличишь. Однако же ее никто не принимает за мальчишку, а меня вот все путают…

Рядом с ним была девушка. Тоже стройная, тоже рыжеволосая. И даже смеялась приблизительно так же. Она увидела, что я смотрю на него и сразу же прислонилась ко мне. Сзади, сплетя руки у меня на груди. – Ничего не хочешь сказать? – спросил я. Она покачала головой. – О’кей. Настроение у меня окончательно…

Среди посетителей «Галереи» были и гости старшего поколения: известные журналисты, маститые критики, видные адвокаты, участвовавшие в ряде громких процессов, иногда – какой-нибудь некрупный олигарх, чье имя было на слуху благодаря неопасным для жизни скандалам; его любовница, она же победительница…

Итак, из прошлого: ему было шесть лет, когда мать задумала уйти от его отца. Верным детским чутьем, краем уха, он, конечно же, понимал, что не все в порядке в Датском королевстве, – засыпая, слышал за закрытой дверью разговоры родителей на повышенных тонах, видел их молчание утром и поджатые губы матери,…

Девушка за прилавком сама все сложила в пакет. – Спасибо, Ань! – Пожалуйста. В Городке лично или заочно знали друг друга все или почти все. Антон помнил со времен школьных дискотек и Аню. Помнил, что она рано начала гулять с парнями и сейчас, вроде, живет одна с дочкой. Живет одна с дочкой…

– Мещанка!.. Обывательница! Кем себя мнит? Чем она лучше нас? Всех одинаково моет дождь и накрывает облаком пыли дорога, а она откуда взялась такая? Поднялась, сверкает, благоухает! Ишь, нашлась Мария-Антуанетта! По какому праву?! А роза цвела в полном великолепии, источая головокружительный аромат,…

«…давай полюбим напоследок сами. у бога ничего от нас не заболит — он медный ключ вложил в краеугольный камень, и рай теперь открыт». Одна из частей книги так незатейливо и называется – «Сказки». И здесь лучше обратиться к сказке как к отражению мифологии, о которой писали Владимир Пропп и Джеймс…

Я скользнула в раздевалку, закинула ногу назад, схватив ее за лодыжку, чтобы растянуть четырехглавую мышцу, и принялась развязывать пуанты на другой ноге. Слава богу, лямка корсета все-таки выдержала, так что выступление обошлось без стриптиза. Она треснула, едва я начала растягивать шею. Мда, не самый…

– Может, подскажешь мне, где кабинет директора? – спросил всё же он. Ну и пусть с ним не хотели знакомиться, но, по крайней мере, помочь-то она могла. Она, не отрываясь от своего занятия, только пожала плечами. Саша почувствовал, что начинает злиться: это уже чересчур. Подтвердила же, что она здесь…

– Держусь, – кивнула она. Сегодня никто не выведет ее из себя. Даже такси заказала по такому случаю, чтобы не раздавили в кашу в троллейбусе. Расправила плащ, пакет с планом в одну руку, сумочку – на плечо, и как раз телефон звякнул сообщением от водителя. Идеально. Вот так и должно быть. Ника еще…

Мы приехали на дачу к Танюше, где предстоит вынести муку под названием День Рождения Хозяйки. Танюша и Валюша снимают у меня дачу, в чем, конечно, никогда и никому не признаются под самой страшной пыткой. Для друзей и партнеров это дом прадеда и она, Танюша, так сказать, оберегая наследие предков, первозданность…

Письмо с берегов Адриатики Мощную волну краеведческих поисков материала о талантливом художнике-самоучке вызвала находка в Республике Босния и Герцеговина югославским историком, реставратором Здравко Каймаковичем иконы, написанной Г. Журавлевым. Узнав об этом, руководитель краеведческого кружка…

Перетёрли мы меж собой эту тему, порешили: ну раз такая фигня, то принято, будем как-то тянуть лямку, глядишь – и прорвёмся. Оказать сопротивление желающих особо не нашлось… на данный момент. Построились в каре напротив своих бараков, их всего четыре. Четыре барака – четыре толпы. Перекличка. Мы одеты…

– Это, некий обряд? Возможно, традиция какая-то? – Да, именно так, текст лучше ложится на бумагу. – Идёт. Я готова подождать. – Мы ведь действительно могли бы прям сейчас свалить подальше с этого поганого города. Вот только… – Вот, только мы оба с тобой состоим в отношениях другими людьми…

Шнекер рассмеялся. - Мы тоже будем счастливы, - сказал он мягко и накрыл руку девушки своей рукой. В ответ она до того восторженно вскинула на него огромные, кроткие, лишь самую малость глуповатые глаза, что мне показалось, она от счастья сейчас совсем растает да так и растечется по красивому плетеному…

Перейдем теперь к героине. Она тоже задумана всерьез, задумана как тип, а чтобы решить, в чем состоит ее типичность, вернемся к тем минутам, когда она раскрывает свое сердце. Она - кажется, так о ней говорили - тип привязчивой, слабой, падкой на удовольствия девушки; и нам показывают ее в ряде разнообразных…

Ничего не имею ни против французов, ни против их языка. До тех пор, пока не появилась она, я жил как в раю. Но в один прекрасный день понял, что жизнь прокисла, как прокисает забытое на столе молоко. Поймал себя на том, что злобно бормочу себе под нос какие-то гадости про французов и особенно про их…