Проза прочее

Такова была одна из версий появления Анны-Ли Саперстейн в Литл-Спиндл, и Грейси она казалась вполне логичной. С чего бы еще Анне-Ли выписывать французский и итальянский «Вог», если она в жизни не носила ничего, кроме задрипанных синтетических платьев и сандалий с носками? Поговаривали, что Анна-Ли…

– Не бери в голову, дорогая,– сказала мне мама, поцеловав меня в лоб,– я же волнуюсь за вас. Ничего страшного если я немного покричу из-за этого. Чуть позже поднимусь к Владику и попрошу прошения. Настало время сна. Мне снился принц на белом коне с блестящей шпагой, но меня разбудил громкий звук. Мама…

Подлый Гарри последнее время был самым злокозненным кровососом округи, этаким анти-шерифом, высасывающим из людей кровные деньги, порой превращая их в кровавые. Его всегда легко узнать: косо посаженные плечи, круглое брюшко и квадратная морда в обрамлении легкой трехмесячной щетины, в которой резвятся…

Но, если бы какой-нибудь наблюдательный человек встретил его в то декабрьское утро – солнечное и на редкость мягкое, – когда он шагал по одному из своих загонов, возможно, у него сложилось бы иное представление о Габриэле Оуке. Лицо этого вполне взрослого мужчины еще сохранило совсем юношескую мягкость…

– Не бери в голову, – посоветовал привычный к перепадам Гришиного настроения Кашин. – Хорошо тебе, а у меня третий раз шнуровка лопнула в этом месяце. Да еще об ступеньку с утра споткнулся, когда из общаги выходил. Чуть нос не расквасил… Ты, кстати, особиста нашего давно видел? – Давно, – насторожился…

Вениамин до сих пор не знал, любит его Надя или нет. Он и не хотел знать правду, боясь понять, что жена живет с ним только из чувства благодарности за свое спасение. Но в то же время Вениамину была неприятна эта недосказанность, поэтому он старался не зацикливаться на своих переживаниях, а просто наслаждался…

Первые две попытки застать фотомастера на работе закончились неудачно, так как он был в затяжном отпуске и каждый раз переносил дату приезда. Может это знак свыше и надо отказаться от своей затеи? Наперекор всему и своим сомнениям, со всей решительностью и верой в успех я поехала в фотосалон уже…

– Опять тетя из Магадана прислала? – При чем здесь Магадан? А даже если и из Магадана, то что ж в этом плохого? Ты же знаешь, тетя Света покупает в «Военторге» все самое модное. – Скажи лучше, самое теплое! – Модное – и теплое! Если будешь себя так вести, вообще никуда не выйдешь! – Что-о-о?!…

Владелец занимаемой мной комнаты был тоже моряком, но военным – он был подводником дальнего плавания. Один раз он явился за квартплатой при полном параде: фуражка с крабом и звездой, кремовая рубаха, черный галстук, черный габардиновый костюм, два ряда золотых пуговиц, золотые погоны и красные лампасы.…

Общественный статус Агентства печати «Новости», нацеленного в основном на внешнеполитическую пропаганду, позволял обмениваться информацией с представителями зарубежной прессы. Как всякое учреждение, связанное с заграницей, АПН работало в тесном контакте с «конторой», вплоть до того, что должность зампреда…

Классический рисунок подкупает своим аскетизмом, своей честной простотой. Живописец вооружен палитрой с сотней оттенков каждого из цветов радуги, у него на выбор кисти всех размеров – от острой, как жало, нулевки до малярного флейца. Рисовальщик подобен матадору: в правой руке – карандаш, в левой – ластик.…

Меня нередко спрашивают, как соотносятся в текстах вымысел и реальный жизненный опыт? Рискну предложить такую вот аллегорию. Жизненный опыт – это как бы хаотичная россыпь, даже насыпь, самых разных камней и минералов. Тут драгоценные алмазы, изумруды, рубины… Полудрагоценные: аметист, опал, жад, топаз,…

– На улицу их выкидывать нельзя. – Тут всего много. Они, как и мебель старушки, мешают. Ремонт нужен. – Я бы на вашем месте оставила их себе. – Зачем они мне? Пользы от них нет. А квартира пусть будет просторной. – Тогда я одну книжку с вашего согласия возьму. В ее тонких руках зашелестели…

Возможно, день барбекю и был прохладным, но уж точно не сумрачным. Эрика понимала, насколько ненадежны мнения очевидцев. Люди полагают, что просто нажимают на клавишу перемотки миниатюрного магнитофона, установленного у них в голове, в то время как фактически конструируют свои воспоминания. Сочиняют…

Тут пьяный подошел к Б. и сказал: – Это, конечно, не мое дело, но я вижу, вы один и ничем не заняты. Поэтому спрашиваю: хотите выпить вина? – Нет, – сказал Б. – Правильно, не пейте. А мне можно. Я уже прожил свою жизнь. Мой друг – вот этот песик – тоже не пьет спиртного. Молодец. Прощайте и хорошего…

Копаясь в мыслях, она наткнулась там на смерть — такую липкую, незнакомую. Она потратила столько времени, подготавливая себя к смерти, что незачем опять ворошить все это. Пусть как будет, так и будет. Когда ей стукнуло шестьдесят, она почувствовала себя такой дряхлой — ну, конец пришел! — и стала разъезжать…

Впрочем, и он мог сколько угодно смотреть на нее, обнаженную, раскинувшуюся на постели. На ней сейчас были только дешевенькие серьги – ее единственная пара. Она даже простыней не прикрылась. Мало того, еще и руки за голову закинула, чтобы ей было удобнее смотреть на него, голого. И пусть он тоже на нее…

<p tyle="box- izing: border-box; margin: 0px; text-indent: 30px; color: rgb(0, 0, 0); font-family: Roboto, an - erif; font- ize: 14px; text-align: ju tify;"> Если не знать историю этого пространства, то можно подумать, что здесь так было всегда, и никаких зачатков прекрасного появиться…

Причина вторая – госпитализацией люди пытаются оправдать свое отсутствие где-то. На работе, на суде и так далее. Но отдыхающему это вряд ли надо. Впрочем, может, он успел сегодня с кем-то подраться? Нанес оппоненту тяжкие телесные повреждения и теперь пытается лечь в больницу? А что ему это даст? Если…

2 Но вот однажды в декабре вместо рождественского кекса пришла телеграмма из Зёммерды: умер дядя Вальтер. Дядя Вальтер — мамин старший брат, у нее было много старших братьев и несколько сестер, общим счетом тринадцать, а мама — предпоследняя из всех. Она решила поехать на похороны, чтобы попрощаться…