Классическая проза

– Если ты начнешь разглагольствовать, то запутаешься в каком-нибудь длинном периоде и не выпутаешься до конца завтрака, – выразила опасение миссис Корнер. – Мне будет жаль, если с запонкой что-нибудь случится, – сказал мистер Корнер, – хотя ее ценность не так уж… – Я поищу ее после завтрака, – вызвалась…

Тихий говор и элегантная одежда придают всем очень изысканный вид. Вряд ли вы можете допустить, что грузный господин, сидящий напротив вас, с плешью на темени и взглядом философа – группенфюрер немцев в Барселоне, твердо убежденный в том, что всех евреев в мире необходимо перерезать, что очаровательный…

Он явился на доклад в министерство, но с какой иронией, какими безжалостными насмешками его там встретили!.. Поверь мне, наше ремесло преподносит такие сюрпризы, с которыми ничто не может сравниться! Как раз тогда, когда ты уверен в успехе, ты вдруг узнаешь, что противник обвел тебя вокруг пальца. Накануне…

Елизавета осталась удовлетворена пояснениями дерзкого француза, и дело на сей раз было исчерпано. Тем временем, пока обе партии продолжали враждовать друг с другом, и Россия по этой причине никак не могла занять определенную позицию в австро-прусском споре, царица жила в Москве, целиком посвятив свой…

Опечаленная вернулась мать с Саней домой. – Мама, – взмолился мальчик, – когда же у нас будет уголь и опять запылает очажок?… – Потерпи, – стала утешать она его сквозь тихие, задавленные слезы. – Злой дух все еще сторожит шахты? – Да, но его скоро прогонят. – Кто? – Рабочие… папа твой, Федя… Все,…

Я начал в ту пору свои исследования с самых простых вещей, в материале недостатка не было, нет, как раз переизбыток материала – вот что приводит меня в отчаяние в смутные часы. Для начала я решил исследовать вопрос о том, чем питается собачье племя. Вопрос, если угодно, не из простых, верно и то, что…

В эти дни мало кто входил в его дверь. Люди ненавидели его. В течение пятнадцати лет он очищал чужие кошельки от денег. Никто не был способен поймать его на этом. Но вернемся к нашему небольшому рассказу. У пожилой женщины, вошедшей в офис, был уродливый шрам на левой щеке. Ее одежда была, по большей…

Под килем когда-то погибшее судно. О том, кому на этом судне не повезло, не думаешь. Работают водолазы и такелажники, а ты занимаешься боевой и политической подготовкой. То есть объясняешь матросам про дубовые лесополосы и коварство академика Марра. А матросы у тебя настырно интересуются причиной…

Полковник прошел перед нашей ротой и сказал мне: — Ну, вам придется жарко для первого раза! Я улыбнулся чрезвычайно воинственно и стал чистить рукав мундира, который упавшее в тридцати шагах ядро забрызгало грязью. По-видимому, русские заметили, что их ядра не достигают цели, и потому перешли на гранаты,…

– Глупости это. Одни глупости. Она будет путаться со всеми твоими друзьями и слугами, вообще со всеми. К тому времени, когда ты уйдешь на покой, друг мой, тебе будет нужна не жена, а сиделка. – Мне? – возмущался шкипер. – Мне жена будет нужна и в восемьдесят лет! Во время предыдущей стоянки в Макасаре…

– Хорошо, господин начальник, но видите ли, я не имею достаточно материала. – Как! Вам неизвестны заслуги покойного? – Нет. – Ах, да, вы ведь недавно в нашем городе… – Пожалуйста, прошу вас, перечислите хотя бы вкратце… – и я вытащил из кармана лист бумаги и карандаш. – Да, да, разумеется… я вам…

Так или иначе, лето 1921 года, которое оба будущих писателя проводили вместе на Большом Фонтане под Одессой, очень много дало отцу в смысле писательского профессионализма. Они взаимно обогащали друг друга, хотя отец в своей книге в первую очередь подчеркивает роль Бабеля. В силу свойств своего характера.…

На станции Пилево в вагон влез косматый дед. Он перекрестился в угол, где дребезжала круглая чугунная печка, вздохнул и пожаловался в пространство' – Чуть что, сейчас берут меня за бороду – езжай в город, подвязывай лапти. А того нет в соображении, что, может, ихнее это дело копейки не стоит. Посылают…

* * * Выгрузка и погрузка шли своим чередом. Губернаторский чиновник, весь перепачканный, вылез из-под дома. – Что вы там делали? – Идолов искал. Обещал архиерею привезти. Не могу найти, а есть, знаю, что есть… Идолы были. Мне их показали – замазанных салом, закопченных. – Где вы их прятали?…

– Говорите пояснее, – попросил я. – Ну, я рискну сказать, что документ наделяет того, кто им владеет, определенной властью но отношению к определенным сферам, каковая власть просто не имеет цены. – Префект обожал дипломатическую высокопарность. – Но я все-таки не вполне понял, – сказал Дюпен. – Да?…

– Вы просто пьяный бродяга, – сказал я. – Я сейчас позвоню в звонок и велю моему лакею вытолкать вас взашей. – Хе-хе-хе! – засмеялся он. – Хо-хо-хо! Да федь ты не можешь! – Чего не могу? – возмутился я. – Как вас прикажете понять? – Позфонить не можешь, – отвечал он, и нечто вроде ухмылки растянуло…

Углы зала закруглялись, образуя ниши. В трех из них помещались гигантские изваяния. Их красота была греческой, уродливость — египетской, их tout en emle [20] — чисто французским. Статуя, занимавшая четвертую нишу, была закрыта покрывалом; ее размеры были значительно меньше. Но видна была тонкая лодыжка…

Легран сел за столик, где было перо и чернильница. Бумаги не оказалось. Он поискал в ящике, но и там ничего не нашел. – Не беда, – промолвил он наконец, – обойдусь этим. – Он вытащил из жилетного кармана очень грязный клочок бумаги и, взяв перо, стал бегло набрасывать свой рисунок. Пока он был этим…

Он умолк. Не желая кончать беседу, я, разумеется, согласилась со столь очевидным положением, в котором, кстати, давно была убеждена. Он, видимо, остался доволен и продолжал меня наставлять. — Быть может, мисс Психея Зенобия, с моей стороны было бы дерзостью указывать какой-либо наш рассказ или рассказы…

– Этот мой сынишка, – сообщила она однажды при нем целому сборищу женщин, внимавших ей со страхом и восхищением, – абсолютно все понимает и вообще очарователен, но вот здоровье у него слабое… У нас ведь у всех слабое здоровье. – Ее рука сверкнула белизной на фоне красивой груди, а потом, понизив голос…