Классическая проза

Кончился сезон, последний в нашей жизни, последний шумный и блестящий сезон в столице. Знакомые потянулись за границу, в усадьбы, в Крым. Поехали в Крым и мы с женой. Я накупил много красок, но писать не пришлось: на юге было особенно в этот год весело и шумно. Почти тревожно. Многие неожиданно разошлись…

Томми набожно произносил слова нараспев, однако тон его был не лишен доброжелательности. Даже самый бессердечный маленький сирота испытывал симпатию к провинившейся сестре, вызванной в кабинет пред очи раздраженной заведующей; и Томми нравилась Джеруша, несмотря на то, что она иногда тормошила его за…

Я объяснил, но ему не понравилось. Он огляделся. – Займись делом. Мне кажется, я уже сказал тебе: первым делом сегодня перво-наперво подмети пол. – Вы то есть не хотите, чтобы я проводил инвентаризацию? – Нет. Займись делом. Никакой инвентаризации. Каждый день в три часа у нас случался большой наплыв…

Я не далеко упрыгал, когда мне предстал высокий молодой джентльмен в шелковом камзоле, с крылышком на левой щиколотке, с венком на голове и жезлом в правой руке [9] . Мне показалось, что я видел его прежде, но он не дал мне времени вспомнить, спросив, когда я опочил. Я сказал, что только что вышел…

В кафе вошла девушка и села за столик у окна. Она была очень хороша, ее свежее лицо сияло, словно только что отчеканенная монета, если монеты можно чеканить из мягкой, освеженной дождем кожи, а ее черные, как вороново крыло, волосы закрывали часть щеки. Я посмотрел на нее, и меня охватило беспокойство…

Но если заветной целью каждого завоевателя, каждого конквистадора было личное обогащение и власть над вновь открытыми землями, в конечном счете расчищавшие дорогу капитализму, то в достижении этой цели наиболее выдающиеся из них не раз проявляли замечательные человеческие качества: широту ума, несгибаемую…

– Гм!.. Я никак не ожидал, чтобы этакими делами можно было зарабатывать такую сумму. Пятьдесят рублей! Не всякий мужчина столько получит! Кушайте, покорнейше прошу… Сваха выпила и не поморщилась. Стычкин молча оглядел ее с ног до головы и сказал: – Пятьдесят рублей… Это, значит, шестьсот рублей в год……

После везира Мирза-Мохсуна, начал говорить военачальник Заман-хан. — Борода вашего покорнейшего и вернейшего слуги поседела на службе великому престолу, которую он нес честно и умело. Так, например, десять лет назад семидесятитысячное турецкое войско, предводительствуемое Бекир-пашой Демирчи-оглы, вторглось…

– Все в руках божьих, - сказала ей Соре-Рохл, - все от бога; кто знает, может, он зачтет тебе твои страданья, и вернется твой Зетл?.. При упоминании имени Зетла вся кровь прихлынула к лицу Рейзл. Обе женщины уселись на чью-то завалинку, пошушукались-пошушукались, посчитали на пальцах и разошлись. …

Услышав про вечную жизнь, Ротшильд говорит ему: "А дорог ли товар, во сколько это обойдется?" - "Это вам будет стоить ни много ни мало (тут наш касриловец призадумался), ни много ни мало - три сотни". - "Может, будем торговаться?" - "Нет, пан Ротшильд, не пойдет. Пусть…

— А стоит читать все? — спросил он нерешительно. Доктор пожал плечами. I Третьего дня опустился я на колени к расцветшей камнеломке, чтоб очистить ее от сорной травы, и у меня слегка закружилась голова, но это случалось со мной нередко. Быть может, именно головокружение и было причиной тому, что…

Лиза протянула к Грохольскому руки и повисла на его шее. Послышались всхлипывания. – Мне жаль его… – забормотала Лиза. – Ах, как мне его жаль! – Кого? – Ва… Ваню… – А мне не жаль? Но что же делать? Мы причиним ему страдания… Он будет страдать, проклинать… Но чем же мы виноваты, что мы любим друг…

— «Мандарин»! — Ну у вас и память! — Мандарин… Написал эту песенку Джонни Мерсер, [1] а пел ее Сонни. В ту ночь именно он водил нас по улицам ночного города. — Мандарин… Мы стали называть его Мандарином, потому что это была его любимая песенка, он пел ее все лето. А осенью все мы отправились…

Ибо те кто верят в личного Бога которому не безразлично хорошее и плохое галлюцинациями завопят себя за тень сомнения, хоть Господь и благословляет их, он все равно отсутствующе благословляет пробелы - Это просто не что иное как Бесконечность бесконечно разнообразно развлекающая себя киношкой, как…

Тут я хотел бы сказать несколько почтительных слов по поводу того занятия, которое столь долго было занятием моих родных и моим и которым общество, к сожалению, почти всегда интересуется слишком мало. Нас обычно не понимают. Нет, не понимают. К нам недостаточно снисходительны. Например, допустим, что…

Сознавая ежеминутную опасность, грозившую фашистам из лесов и деревень лесной стороны, они в своем страхе дошли до исступления и готовы были убивать каждого. И если они не убили всех, то лишь потому, что не в состоянии были сделать это физически. Ведь чтобы убить всех, прежде надо было их победить. А…

Мы подошли к церкви, но дверь ее была заперта. Священник опаздывал. Тогда повитуха, усевшись на одну из каменных тумб возле паперти, стала развертывать ребенка. Я подумал было, что он намочил пеленки, но она раздела его догола, да, догола, и оставила несчастного крошку, совсем голенького, на жестоком…

Если еще был у зрителей остаток пьяной флегмы, то он исчез, уступив кровожадному азарту. Все повскакали. Некоторые подошли совсем близко, криками и жестами ободряя самоубийц. Бой затянулся, искусство соперников, очевидно, становилось меж ними и заветной наградой. Тем временем поощрения приняли оскорбительный…

— Сумнительно. Потому они, хотя и высоко летают, одначе было всего. — Как — всего? — А так. Водку пили… ну, вино, один черт, в карты играли и женщинами баловались. — Вы глупый, Чугунов, очень глупый. — Величия души не имею. Душа у меня, так говоря, тесная, с подковырцем. Зацепит за что — давай!…

– Что же касается всего Общества, то, при настоящем его составе и порядках, оно неминуемо должно погибнуть. Всё в нем построено исключительно на интригах. Интриги, интриги и интриги! Я, как одна из жертв этой сплошной, демонической интриги, считаю себя обязанным изложить следующее… Он будет излагать,…