Чтение онлайн

Прикрыв веки, юноша обратился к собственному внутреннему зрению. Силой воли он принялся выстраивать перед пленником детальную проекцию чужого творения. Светящиеся переплетения появлялись одно за другим. Парень с нескрываемой гордостью транслировал сложнейший рисунок, над разгадкой которого лично корпел несколько бессонных ночей кряду.

— Вот, — веско сказал Мин. — Вершина архитектуры символов. Я нашёл это в защищённом древнем реликварии. Кстати неподалеку от твоей капли.

Узник щурясь подплыл чуть ближе, с профессиональным интересом изучая подвешенный слепок памяти. Не прошло и пяти ударов сердца, как его кустистые брови снова поползли на лоб, а челюсть медленно отвисла. В звездной пустоте надолго установилась тягучая, осязаемая тишина. Наконец Гу Лань резко уткнул лицо в ладони, содрогаясь всем корпусом в мелкой трясучке.

— О, предки… — булькающий звук сорвался с губ Гу Ланя. Призрак упал на колени, сотрясаясь в беззвучных рыданиях, перешедших в истерический, срывающийся хрип. — Шедевр… Сильнейшая загадка…

— Что не так? — Мин слегка нахмурился, чувствуя подвох.

— Это простейший базовый контур!!! — заорал старец на всю пустоту, брызгая фантомной слюной. Он воздел руки к чёрным звёздам, его лицо исказило абсолютное, бездонное отчаяние. — Мой младший ученик нарисовал бы это кривое дерьмо с жесточайшего похмелья, даже если накануне обожрался бы тухлого кабаньего мяса!

Дед обессиленно ткнулся лбом в чернильную лужицу. Охваченный горечью, он принялся неистово колотить кулаками по настилу из пустоты.

— Три десятка штрихов. И это… это ваша вершина?! Ваша великая загадка?! Вы деградировали до мышей! Вы даже не мусор, вы пыль на этом мусоре! — завывал дед, пока Мин стоял над ним со сложным, труднопередаваемым выражением на лице.

Наверное, парень впервые за очень долгое время испытал столь колючий приступ неловкости за всё начертательское искусство. Если раньше столь сложный символ был базовым, то выходит мир и правда сильно деградировал. Впрочем, смятение отступило уже через секунду, а уголок рта подмастерья предательски пополз наверх.

— Ну, раз база у нас есть, — спокойно заметил Мин, глядя на убивающегося об пол Владыку Звёздного Предела, — самое время приступить к настоящей готовке. Поднимайся, учитель. До рассвета нам нужно успеть перекроить всё, что я знаю о базовых символах, и ты мне в этом поможешь. А если нет, я всё еще знаю дорогу до ближайшей конюшни.

Патриарх оборвал вопли, судорожно всхлипнул и обреченно поднял физиономию. Кабальный договор вступил в силу. Ископаемый мастер отчётливо осознал, что прагматичный мучитель не выделит ему даже лишней минуты на банальное оплакивание погибшего величия ушедших времен. Для могущественного бессмертного начинался настоящий ад.

Глава 7

Мастер Хао с Нижнего рынка

Горящий в пустоте символ пульсировал густыми потоками энергии, прогибая под собой самую пространство. Золотые штрихи свободно держались в черноте и непрерывно втягивали окружающую ци. Мин разглядывал хитросплетение линий. Внутри просыпался давний рабочий азарт, знакомый еще со времен изучения арки Первых Врат Обители.

— Начертание Пустоты, — голос Гу Ланя разрушил тишину, и старец с видимым наслаждением втянул воздух. — Искусство подчинять саму ткань мироздания. Зачем тебе носитель, если мир вокруг сам по себе является идеальным холстом? Только вот забудь об этом пока. Даже не пытайся тянуть к этому руки.

Светящаяся вязь рассеялась серебристой пылью по легкому щелчку пальцев старика.

— Почему же? — Мин не отвел взгляда от места, где только что висело чудо. — Мне казалось, мы только что заключили сделку на обучение.

— Сделку мы заключили, — фыркнул Владыка Звёздного Предела, оглядывая юношу с нескрываемым скепсисом. — Только вот обучение подразумевает наличие у ученика хотя бы зачатков способностей. Начертание Пустоты требует колоссального резерва. Каждая линия, брошенная в воздух, давит на меридианы с силой горного обвала. Попробуешь вытянуть хотя бы базовый контур своими шестнадцатью куцыми руслами, и отдача смелет твои кости в мелкую муку. А если ты сдохнешь, кто потащит эту банку искать мне новое тело?

Умирать носителю артефакта сейчас никак не полагалось. Потеря единственного проводника обрекла бы дух на очередную тысячу лет скуки в компании чернильных луж, и патриарх это прекрасно понимал.

— Значит, сидим и ждем, пока я отращу еще десяток каналов? — уточнил Мин.

— До тридцати. Лучше до тридцати пяти, — отрезал Гу Лань. — Иначе я не позволю тебе даже пытаться. До тех пор мы будем перестраивать твою гнилую базу. То, что ты мне показал из своих так называемых «базовых знаков» — это халтура для каменотесов. Завтра же начнем учить древнюю грамматику. Истинную структуру символов, вроде той, что ты подсмотрел в реликварии. Ты должен понимать, как течет ци, а не бездумно водить волосяной палкой.

Старик шагнул ближе. Его борода угрожающе качнулась.

— И раз уж я теперь завишу от твоей жалкой тушки, придётся форсировать твоё развитие. Запоминай, невежда. Состав «Раскаленного Нефрита». Пепел тёмного лотоса, слизь каменной жабы, два ломтя сушеной жимолости и капля желчи огненной саламандры. Всё это вываривается до состояния густой пасты и втирается в узловые точки. Рецепт старый, агрессивный. Боли будет меньше, чем если ломать каналы всухую, но при ошибке выплюнешь легкие. До двадцать пятого меридиана этой дряни тебе хватит за глаза.

Мин прогнал в уме названия компонентов, фиксируя рецепт.

— Запомнил.

— Тогда почему ты еще здесь? — огрызнулся дед, отворачиваясь. — У меня от твоей слабой ауры глаза слезятся.

Чернильное пространство схлопнулось.

Мин моргнул, обнаружив себя сидящим на кривом табурете. Пальцы продолжали намертво сжимать остывшее стекло Чернильницы. Сбросив наваждение, юноша разжал занемевшие суставы. Он убрал артефакт за пазуху, а следом вывернул на стол содержимое серебряного кольца Бо Ханя, выстроив перед тусклым лишайником внушительную гору из мешочков и свитков.

Огненный шип да киноварь водились в избытке, нашлись даже пучки целебных корней. А вот желчь саламандры и слизь каменной жабы для состава Гу Ланя полностью отсутствовали. Старый начертатель предпочитал готовые дорогие пилюли возне с ядовитыми компрессами по забытым рецептам. Поход на рынки Фэнси придется отложить на более безопасное время, светиться с подозрительными запросами было чревато. Возникала и другая сложность.

Подмастерье взял в руки гладкий шелковый пергамент лунмэньской выделки. Син Юань мог легко отыскать беглеца по таким специфическим листам. Работать с подобным материалом в нынешнем положении означало добровольно позвать ищеек клана Син. От применения густого концентрата Чернильницы тоже следовало временно отказаться. Столь сокрушительная сила неизбежно вызовет лишние слухи на узких улицах.

— Значит, возвращаемся к истокам, — констатировал Мин, отодвигая лунмэньскую бумагу в дальний угол тайника.

В ход пошла шершавая желтоватая бумага. Юноша развел стандартную ученическую смесь из минеральной основы и вяжущего древесного сока. Обошлось без долгого вываривания до густой эссенции. Исключительно чистый ручной труд.

Соболиный ворс коснулся грубого листа. Шестнадцать расширенных меридианов отозвались мерным гулом, доставляя энергию прямо к кисти. Раньше узкие русла едва пропускали скудные крохи духовных сил, заставляя постоянно балансировать на грани разрыва ветхого носителя. Новая база изменила правила. Сила подавалась без запинок, пропитывая дешевый лист и надежно закрепляясь внутри растительных волокон.