Чтение онлайн

— Вы мыслите шаблонами верхнего мира, брат. Для нас обман — это не порок. Это Великое Дао. — Монах воздел палец к небу. — Весь мир — иллюзия. Тот, кто может создать иллюзию, властную над умами других, ближе всего к пониманию божественного замысла. Мы не воруем, мы проверяем кармическую привязанность людей к материальным благам! Тот, кто жаден, теряет всё. Разве мы не несем великую Добродетель?

Подобной виртуозной аргументации банального разбоя Мин никогда прежде не слышал.

— И вы предлагаете мне заняться распространением этой… добродетели?

— С твоими талантами видеть символы и… это ведь было духовное чутье, верно? Брат, мы бы озолотились! — закивал Честный Чжао. — Добро пожаловать в секту. Мы даже выдадим тебе чистую рясу! Старейшина точно согласится принять тебя!

— Вынужден отказаться от столь светлого пути, — Мин вежливо склонил голову. — У меня своя карма, и она предпочитает одиночество. Но если ваша секта столь всеведуща, скажите: где здесь найти того, кто продаст Пилюлю Тысячи Лиц и не попытается при этом продать мне под видом пилюли навозного жука в сахаре?

Искренний Ли и Честный Чжао разочарованно вздохнули, однако охотно поделились нужными сведениями в знак уважения к чужому мастерству. Искать нужный товар следовало на самом дне провала. Там у застоявшегося подземного пруда примостилась перекошенная лачуга аптекаря.

Торговое помещение едва не разваливалось от ветхости. За прилавком восседал тщедушный дед с физиономией высушенной сливы.

Торг отнял немало сил и походил на полноценное сражение. Алхимик стоял насмерть за каждый камешек. Мин невозмутимо снижал цену, имитировал уход и снова навязывал свои условия. В конечном итоге монеты и камни перекочевали к торговцу, а юноша стал обладателем деревянной коробочки с темно-синими пилюлями.

Мин выпустил вперед нить Духовного чутья, чтобы изучить структуру приобретения. Препарат не содержал посторонних примесей, а спрессованная энергия преобразования пульсировала весьма мощно. Пилюли Тысячи Лиц оказались качественными.

«Ни одной иллюзии. Никакого подвоха с дном шкатулки, — с удивлением подумал Мин. — То ли старик и впрямь оказался первым честным торговцем на этой помойке, то ли его уровень обмана настолько высок, что мои шестнадцать каналов просто до него не доросли».

Пожалуй, второй вариант казался куда более правдоподобным, но Мин пока не раскусил обмана.

Спрятав коробочку за пазуху, Мин покинул душную лавку. Он принялся прикидывать путь на поверхность, но в этот момент в его плечо деликатно врезался кто-то из пешеходов.

Юноша подался назад, пропуская незнакомку. Девушка носила потертую тунику фиолетового цвета, которая превосходно подчеркивала стройный силуэт. Угольно-черные волосы были туго стянуты на затылке. Ее хитрые глаза окинули юношу мимолетным, полным снисхождения взглядом.

— Ой, простите великодушно, молодой господин…

Проговорив это низким приятным тоном, она заскользила дальше и быстро смешалась с остальными покупателями.

Парень машинально кивнул, сделал два шага по настилу и вдруг застыл.

Внутренний холод прошел по всему телу. Повинуясь внезапному подозрению, Мин стремительно вскинул правую кисть.

Несмотря на ощущение что его палец сдавливало пространственное кольцо, его там очевидно не было.

Трофейный артефакт бесследно исчез. Запас высококлассных минералов, готовые талисманы и целое состояние в духовных камнях растворились в чужом кармане. Воровка ухитрилась стащить туго сидевшее украшение, мастерски имитировав давление на палец. Мин не ощутил ни малейшего вмешательства в свой энергетический фон.

Вот, значит, к чему была эта ухмылка.

Поднимать крик на Нижнем рынке не имело смысла. Если во всеуслышание заявить о краже вместилища с сокровищами, добрая половина улицы с удовольствием вскроет бедолаге горло, лишь бы лично принять участие в «поисках».

Мин сжал челюсти и бросился следом.

Девичий силуэт промелькнул вдалеке. Юркая воровка как раз скользнула в узкую щель между деревянными опорами торговых палаток.

Впрочем, заметить беглянку означало лишь начало трудностей. Выследить ее на многоярусном лабиринте будет куда сложнее.

Мин ускорился, но едва не врезался в пеструю массу зевак, обходя препятствия благодаря податливости натренированного тела.

Заметив погоню, девушка не стала паниковать или звать на подмогу. Напротив, она прибавила ходу, маневрируя между преградами с поразительной пластичностью.

Гонка переместилась на верхние конструкции.

Беглянка оттолкнулась от пустой кадки, пронеслась прямо над опешившим рубщиком мяса и уцепилась пальцами за железную скобу навеса. Мощный рывок перенес ее на следующий уровень, где приходилось лавировать между протянутыми веревками с мокрыми тряпками.

Мин держал дистанцию, но не отставал. Дорогу перегородила сломанная тележка, но юноша пустил корпус в низкий подкат, собрав спиной местную пыль. Вынырнув с другой стороны преграды, он с силой вогнал сливовое древко в щель между плитами и взмыл в воздух, опираясь на оружие. Преодолев подъем, парень мягко приземлился на плотную ткань навеса.

Фиолетовая туника постоянно оставалась в зоне видимости. Преследователь и беглянка летели по черепичным кровлям, пересекали пустые пространства над пропастями и балансировали на хрупких бамбуковых шестах. Юноша придерживал съезжающую на затылок шляпу, помогая себе сохранять устойчивость короткими упорами древка. От возмущения жителей Нижнего яруса и криков потревоженных птиц звенело в ушах.

Вскоре воровка резко забрала вправо, намереваясь спрятаться в темной галерее местного ломбарда.

Оказавшись на прочном перекрытии, Мин сбавил ход. Продолжать беготню по готовому следу не требовалось. Обостренное восприятие своевременно выстроило в сознании парня подробный макет окружающих строений.

«Она сворачивает на крытую галерею. Там тупик в конце, переходящий в слепой Г-образный помост. Думает оторваться на повороте», — просчитал начертатель, анализируя геометрию зданий и предполагаемый путь чужих маневров.

Парень совершил затяжной прыжок к ветхой кровле соседнего притона. Мин двигался наперерез цели, обильно накачивая ступни духовной силой. Гнилая глина трещала и проламывалась под жесткими ударами подошв.

Оказавшись у самого обреза конструкции над изгибом деревянной галереи, он остановился и отсчитал про себя пару секунд.

А затем сделал шаг вниз.

Вынырнув на просторный деревянный балкон, девица сбросила темп и обернулась. Хвоста за спиной не наблюдалось. На ее разрумянившемся лице расцвела преисполненная торжества улыбка.