Тайный наблюдатель
Шрифт:
Подходим к кабинету электрошоковой терапии на втором этаже. Останавливаюсь, не хочу туда заходить. Я уже все сказал, если думают, что смогут меня переубедить, сильно ошибаются.
– Ложись на каталку, – заявляет Рыжик. Что она еще задумала? Я с этими девчонками точно с ума сойду! – Сема, мы должны разобраться с твоими кошмарами, может быть, в них и кроется ответ, как отсюда выбраться.
Нет уж! Доразбирались уже, если бы не мое желание докопаться до истины, нас бы вообще здесь не было, а друзья детства были бы живы. С места не сдвинусь!
– Да ладно тебе, хуже не будет, – в своей нестандартной манере поддерживает Лада. – Мы все равно уже здесь.
– Это не поможет, – мотаю головой. Пустая трата времени! С другой стороны, почему я так сильно сопротивляюсь? Во снах мозг способен отражать заблокированную информацию. Теоретически это может сработать. Мы в тупике, девчата пытаются хоть что-то придумать. Пересиливаю себя, заставляя кивнуть. – Ладно. Хотя бы объясни, для чего мы это делаем.
– Ты видел, как тебя везли в одну сторону, мы воссоздадим твой путь реверсом, – улыбается одними глазами Рыжик. – Ложись уже!
Как подневольный, опускаюсь на каталку, зачем-то вцепляясь в поручни. Лада с Риткой берутся с двух сторон, с грохотом сдвигая с места. Начинаю беспокоиться, слишком звучно, наблюдатель может услышать. Девчат шум не особо волнует, мы все время в ожидании опасности, со временем чувства притупляются, начинаешь пренебрегать осторожностью, совершая критичные ошибки. Что-то я совсем раскис… К лешему! Девочки правы, обе. Мы уже здесь, стоит попробовать.
Прислушиваюсь к своим ощущениям, стараясь считать секунды. Нет, глупое занятие, не уверен, что промежуток от палаты до пыточной занимает то же время, что в сновидениях. Но! Я хорошо помню визуал, нужно сосредоточиться на нем. Я сотни раз переживал один и тот же кошмар, не могу ошибиться. Темный коридор, медицинский инвентарь, расставленный по сторонам, знакомые лампы и дверь… Двустворчатая дверь с вывеской с противоположной стороны, дальше будет поворот. Девчата едва справляются с каталкой, уходя в занос. Уже близко, медицинский пост проехали. Вот оно – огромный горшок с цветком! Разумеется, сейчас кашпо пустое, одна земля осталась, но это тот самый горшок, который я видел каждый раз, когда меня забирали из палаты. Мы на месте!
– Стоп! – спрыгиваю, останавливаясь возле пустой стены. Нет! Ерунда! Я не мог ошибиться. – Здесь должна быть дверь. Прямо здесь, напротив этого самого цветка!
– Уверен? – недоверчиво спрашивает Рита, постукивая по штукатурке. – Здесь ничего нет. Сем, вещи могли переставить…
– Нет, – отрезаю. – Это здесь. Во сне я сотни раз видел это место. Лампа на потолке, кашпо, даже тот же рисунок на полу. Вот он! – как мальчишка радуюсь, замечая старый шуточный плакат с оборванными краями: «Охрана труда сотрудников психиатрических больниц». – Я не глядя могу рассказать то, что там написано! На первой мультяшный спящий доктор и снизу подпись: «Строго запрещается самостоятельный уход и сон на посту», на второй два больших санитара и брыкающийся человечек в смирительной рубашке: «Беспокойные, агрессивные и склонные к побегу больные доставляются двумя сопровождающими», третья – порядок эвакуации и…
– Семочка, – останавливает Рита, в глазах неподдельный страх смешивается с беспокойством. – Прости, это была плохая идея… Здесь нет палаты, ты сам видишь. Сны могут дать подсказки, но, видимо, не стоит воспринимать их слишком серьезно.
– Но он не ошибся с зарисовками, все слово в слово, – не соглашается Лада, изучая плакат. – Откуда он мог знать?
– Мы уже были здесь не один раз, наше подсознание способно воспринимать самую незначительную на первый взгляд информацию. К тому же картинки веселые, шуточные, в царстве этого мрака хоть какое-то развлечение. На первом этаже тоже есть что-то подобное. – Виновато смотрит на меня, непривычно признавая свою неправоту. Вот только теперь не согласен уже я… – Я ошиблась, нам вообще не стоило вмешивать твои кошмары, то, что мы здесь, – обычная случайность.
– Ты сейчас серьезно? – вытаращивает глаза блондинка. – Он видел эту самую психушку, маньяка во сне, как это может быть совпадением?!
– Он видел собирательный образ человека, который наблюдает за ним, это не одно и то же, – мотает головой Рыжик. – К тому же есть методики внушения, когда человек находится в бессознательном состоянии, вроде гипноза или медикаментозного вмешательства, с помощью которого можно заставить видеть зацикленный сон или проживать одну и ту же ситуацию. Теория «двадцать пятого кадра», когда, просмотрев рекламу про сгущенку, на следующий день бежишь ее покупать, несмотря на то что сидишь на диете не первый месяц. Но это легкое внушение, основанное на рецепторных восприятиях, есть более опасные методы. Если маньяк в капюшоне тот, о ком мы подумали, ему нужно было заманить нас сюда. Что, если он каким-то образом смог воздействовать на Семена, сводя его с ума?
– Да, – пристально смотрит на нее Лада. – И одна рыжая принцесса как раз могла ему в этом помочь. Откуда ты вообще столько знаешь про методы внушения?
– Я на психолога учусь!
– Очень удобно, не находишь? Ты встречалась с Семеном, спала с Тимофеем, дружила с Мариной и уговорила ехать Богдана. Не много совпадений?
– Девчата, – останавливаю я перепалку, изучая коридор. Блондиночка почти в точности повторила опасения Богдана. Если подумать, Ритка действительно, как никто другой, подходит на эту роль, но мозг напрочь отказывается допускать даже малейшую возможность, что она может быть причастной ко всему этому. – Посмотрите на нумерацию палат. С этой стороны номер 64, дальше сразу 68. Не хватает палаты № 66! И еще, если присмотреться, остальные двери расположены ближе друг к другу, здесь расстояние больше, словно одну комнату замуровали.
– Может, в психиатрических больницах вообще не используют номер 66? – предполагает Рита. – Пациенты разные, если добавить еще шестерку, будет число дьявола.
– Это можно проверить, – парирует Лада. – Кабинет главврача на третьем этаже, там куча старых бумаг, если палата № 66 когда-то существовала, то о ней должны были сохраниться хоть какие-то упоминания.
– Отлично, – киваю, поворачиваюсь к Рите. Недовольна, скрещивает руки на груди. – Ты сама предложила как разобраться, так и приехать сюда… Если не сможем выбраться, хотя бы узнаем правду, с самого начала мы были здесь именно за этим.
Глава № 27
Стая
Кабинет главврача находится на третьем этаже, справа от лестницы, практически у поворота перед женским отделением. Сюда мне еще не приходилось заходить. Да, мы неоднократно осматривали здание: вначале надеялись найти выход, затем ингалятор, продукты питания, воду, постоянно меняли между собой локации, чтобы ничего не пропустить. Но, по странному стечению обстоятельств, я всегда находился в других помещениях. И все же… Место кажется знакомым. Нет. Я точно знаю, что был здесь раньше! Кресло руководителя, большой деревянный стол и два стула с поручнями, чтобы можно было пристегивать особо буйных пациентов. Вспомнил – Самойлов Арнольд Ларионович. Темноволосый противный дядька с завышенным самомнением и желанием загрести в свой карман побольше наличных. Откуда я могу все это знать?
– Семен, ты в порядке? – спрашивает Лада, поворачиваясь ко мне. Киваю. С них хватит моего бреда, и без того напугал, показывая несуществующую палату. К тому же таблички на входе нет, проверить не выйдет, а убедить девчат в том, в чем я сам сомневаюсь, достаточно проблематично. Еще решат, что я окончательно свихнулся.
– Все отлично, – наигранно улыбаюсь, для убедительности усаживаясь в кресло главврача. – И что мы здесь ищем?
– Журнал с пациентами, медицинские карты или другие бумажки, на которых можно найти даты, фамилии и нумерацию палат. Хоть что-то, – пожимает плечами блондинка, вываливая стопки папок из верхнего ящика на стол.
– Думаю, я знаю, где они могут храниться, – недовольно хмыкает Рита, указывая на сейф. – Нужен шестизначный код, нам его не открыть.
– Здесь ничего сложного, – пожимает плечами Лада, с пристрастием выбирая один из трех фонендоскопов, лежащих на полке большого книжного шкафа. – Модель старого образца с буквенно-цифровым кодом, на штифтовой конструкции. За пару минут управлюсь.
На корточки присаживается, прислушиваясь к щелчкам через медицинский прибор, предназначенный для обследования. Менее тридцати секунд проходит, как дверка со скрипом отъезжает в сторону, открывая три массивных ящика с картами пациентов.