Чтение онлайн

– Около часа, – отвечает Лада, под руку подлезла, придерживая меня. – Тебе нужно сесть, тебя шатает.

– Нет, я в порядке. Нужно найти ребят, – мотаю головой. – В лекарстве больше нет необходимости, если они нашли выход, то нужно сваливать отсюда поскорее.

– А ее мы так оставим? – спрашивает она неуверенно, косясь на тело.

– Она мертва, думаю, ей уже все равно, подождет, – сжимаю я кулаки. – Идем.

Пустой коридор, столовая. Голова до сих пор кружится… Нет, нельзя раскисать, возможно, им нужна наша помощь. Ребят давно нет, если не выбрались, значит, что-то случилось. И почему наблюдатель до сих пор не объявился? Мы – беспомощные мышата, которые, кроме того чтобы прятаться, ничего не умеют. Он давно мог бы нас перерезать одного за другим, почему не сделал этого? Решил не тратить силы, сами неплохо самоубиваемся или… Что, если он не трогал нас, потому что добрался до Ритки с Богданом? Холодным потом окатывает. Рыжик… Что, если пока я был с Маринкой, с ней что-то случилось? Их нет уже час, слишком долго, либо у них получилось, и они выбрались, либо – мертвы.

На трясущихся ногах спускаюсь в подвал. Темно. Слишком темно, ни черта не видно! По лестнице вниз спускаюсь, замечая в воде прижавшийся к стене силуэт. Рыжик! Жива… Куртку скидываю, без раздумья ныряя в темную вонючую жижу.

– Рита, – к ней подплываю, хватая за плечи. Расцеловать готов это рыжее чудо, не на шутку испугался, что больше не увижу ее. Она поднимает на меня отстраненный взгляд, дрожит, губы синие, бледная, кожа на пальцах сморщилась. Она уже давно в ледяной воде. Так, стоп! Где Гроссмейстер?! Осматриваюсь, стараясь разглядеть, что-то в этом мраке, кроме нас, никого… – Рита, где Богдан?

– Он поплыл… Я должна сторожить… Нельзя, чтобы она закрылась… Но… – сбивчиво, невнятно отвечает. Только сейчас замечаю, что под толщей воды открытая дверь. Они нашли туннель! – Сема, его нет уже давно… Я…

– Тебе нужно согреться, – обнимаю я ее. Она начинает мотать головой, сильнее цепляясь руками за металл. – Рита, у тебя зуб на зуб не попадает!

– Ты не понимаешь! – слезы. Губы закусывает, цепляясь трясущимися руками за мокрую футболку. – Нельзя отпускать дверь. Она захлопнется! Он должен был уже вернуться или дать сигнал, если найдет выход! Он должен был… Должен…

– Сколько его нет? – накатывает волнение. Плечами пожимает. – Соберись, пожалуйста, Рыжик. Сейчас это важно.

– Тридцать, может, сорок минут… Я не знаю, – выдавливает она. Ныряю, заглядывая в туннель, – до потолка заполнен. Если все это время друг был под водой… Страх. Нет! Нельзя, нужно сохранять трезвость мыслей. Богдан – умный парень, хороший пловец… С ним ничего не могло случиться. Сигнал не дошел или он все еще возился, мы не можем знать, какой уровень по другую сторону туннеля. В конце концов, там должна быть воздушная подушка. Даже если что-то пошло не так, он что-то придумал, он всегда находит решение даже там, где его нет!

– Ладно… – всплываю. – Я поплыву за ним, а тебе нужно вылезти из воды. Сама справишься?

– Но дверь… Если закроется, ее не открыть изнутри, – шепчет.

– Лада, – машу блондинке. Понимает, с опаской спускается в холодную жижу. Вот же! Эта девчонка не умеет плавать! Об этом она хотела сказать, когда мы скрывались от наблюдателя под лестницей, я не дал. Но даже в этом случае, понимая, что других вариантов нет, промолчала, неумело гребет ко мне, практически уходя с головой под воду. Руку даю, помогая ухватиться за двери. – Держишься? – она кивает. Перевожу взгляд на Ритку, указывая на лестницу. – Даже не спорь. Лада проконтролирует, чтобы замок не захлопнулся. Тебе надо согреться.

Соглашается, кролем рассекая спокойную гладь. Хорошо, с этим разобрались… Набираю воздух в легкие с запасом, заныривая в узкий коридор.

Без света тяжело, единственный ориентир, по которому удается перемешаться, – каменная стена. Сколько мне еще плыть? Вдали луч от фонаря, кажется, мелькает; ускоряюсь, выплывая в просторное, полностью затопленное помещение с округлыми баками. Поднимаю взгляд кверху, щурясь от яркого света. Черт возьми! Богдан… Надо мной зависает силуэт, глаза открыты, руки по сторонам, и ни единого пузырька воздуха…

Хватаю за плечи, начинаю трясти. Ну же, давай, очнись! Реакции нет. Его нужно вытащить. Стаскиваю фонарь с головы друга, фиксируя неподвижное тело ремнем к поясу. Сейчас главное – не паниковать. Задача номер один – вытащить его отсюда, со всем остальным потом разберемся.

Протискиваюсь в узкий туннель, тащу Богдана за собой. С грузом тяжело, все стены спинами обшаркиваем, скорость медленная, но расстояние не критичное, запаса кислорода должно хватить… А вот и выход.

– Сема, он… – Лада помогает, стоит только на поверхности появиться. Вместе с ней вытаскиваем, взгромождая тело Богдана на первую незатопленную ступеньку. – Сема, он мертв?

Не отвечаю, начиная качать. Тридцать надавливаний, два вдоха, тридцать надавливаний…

– Его зрачки, – Рита подает голос, она стоит ступенькой выше, кутаясь в мою куртку. Останавливаюсь, поднимая взгляд, – «кошачий глаз»… Симптом Белоглазова. Богдан мертв уже больше получаса. – Он задохнулся, да? Задохнулся?.. – Киваю, беспомощно опускаясь рядом с другом. – Он должен был дать сигнал или… Он обещал, что, если ничего не получится, он… Я… Почему он не вернулся обратно?

– Ты должна была его страховать, плыть за ним, если он долгое время не возвращается! – срывается блондинка. – А теперь они оба мертвы!

– Оба? Марина? – шепчет Рыжик, падает на колени, начиная рыдать. – Господи, спаси и сохрани…

– Прости, мы не смогли ей помочь, – отвечаю, обнимаю девушку, на которой еще пару дней назад готов был жениться. – Не плачь… У нас не было шанса им помочь. Им обоим…

– Был! Ему – был! – не унимается Лада. – Она должна была!..

– Так же как и мы, – осаждаю Ладу, сейчас эти разборки ни к чему. Мы можем сколько угодно обвинять друг друга, но это не поможет. Как бы сильно я ни убеждал себя, что все в наших руках, – это не так. Мы играем в чью-то игру, сценарий в которой давным-давно прописан. – У Богдана был единственный шанс спасти девушку, которую он любил… По-другому он не мог поступить, даже глядя в лицо смерти. Нужно убрать отсюда тело, хотя бы после смерти они должны быть вместе.

– В коридоре еще оставалась пленка, должно хватить, – соглашается Лада, опуская голубые глаза. Знает, что я прав. – Я принесу.

– Вдвоем. Рита, пожалуйста, сходи с ней, по одному вы больше не ходите, – киваю девчатам. – Я пока вытащу его из подвала.

Не стали спорить, скрываясь за дверью. Наклоняюсь к Богдану, задевая его за плечо. Так странно, я ничего не чувствую. Неужели мне все равно? Все мои друзья мертвы, наша проклятая четверка, мы с самого детства были неразлучны. А теперь? Я сдался? Я не могу, не имею права! Хотя бы ради девчат. Но… Внутри пустота. Кажется, мне даже не больно, не страшно, вообще ничего…

– Прости, дружище, ты выполнил обещание, уберег мою женщину. Твою я уберечь не смог… Все это… Так не должно было случиться.

Кошмары. Стоит закрыть глаза, и все та же больница, палата и паралич с пусканием слюней. Чем дольше мы здесь находимся, тем сильнее путается сон с явью. Не до конца уверен, где нахожусь в данный момент, как и в том, где хочу находиться. С одной стороны – инвалидное кресло, с другой – Тим, Маришка и Богдан… Странное ощущение: когда теряешь одного друга за другим, начинаешь иначе относиться к смерти. Одно желание – чтобы все это поскорее закончилось, и, кажется, уже не важно, в чью пользу. Неужели я начинаю сходить с ума?