Чтение онлайн

Ардор застегнул китель, но не стал шутить. Он слишком хорошо слышал в голосе целителя осторожность человека, не желающего произнести вслух то, что уже увидел.

— Насколько?

Эфирист посмотрел на Даллиса, тот кивнул.

— По предварительной оценке, общий энергозапас вырос примерно на половину. Не на десять, не на пятнадцать, а близко к пятидесяти процентам. При этом устойчивость каналов выросла сильнее, чем запас. То есть вы не просто можете держать больше силы. Вы можете пропускать её безопаснее для себя.

В комнате стало тихо. За окном по мокрому двору Академии прошла группа курсантов, кто-то отдал команду, сапоги ровно ударили по каменным плитам, и этот обычный военный звук на мгновение показался Ардору куда более понятным, чем слова врача.

— И что это значит на практике? — спросил он.

Даллис вздохнул.

— На практике это значит, что вы стали опаснее, чем были до Гиллара, и ещё меньше подходите для спокойной жизни, которую, насколько я понимаю, вы и раньше не собирались вести. Поэтому и говорю: если придётся драться, не проверяйте верхний предел только из любопытства. Ваши каналы прочнее, но они всё ещё находятся внутри живого человека, а не внутри промышленного накопителя, который вы, по слухам, уже успели как-то сломать.

Ардор кивнул. Даллис знал его достаточно давно, чтобы не требовать торжественных обещаний. Если ситуация заставит, Ардор всё равно ударит всем, что потребуется, и врач это понимал. Вопрос заключался не в послушании, а в том, чтобы у человека в нужную секунду всплыло в памяти хоть одно предупреждение.

Из лечебного кабинета Ардор вышел уже ближе к полудню. В коридоре его ждал капитан егерей Сайрен Дост, временно назначенный старшим группы сопровождения. Двое егерей стояли у окна, ещё двое — у лестницы, и вся эта расстановка выглядела не как охрана важного лица, а как маленький кусок правильно устроенного боевого порядка, случайно перенесённого в академическое здание.

— Господин полковник, машина готова, — сказал Дост.

— Хорошо. Сначала в корпус специальных занятий, потом к дому.

Капитан хотел ответить, но в этот момент к ним быстрым шагом подошёл адъютант академического дежурного неся в руках переносной аппарат. Лицо у него уже имело тот служебный оттенок, при котором обычные люди спрашивают, что случилось, а военные сразу кладут руку на кобуру.

— Господин полковник, срочная связь из городского управления. Для вас. От герцогини Лиары.

Ардор взял трубку. Связь шипела, где-то на линии вмешивался посторонний шум, но голос Лиары он услышал сразу.

— Ардор, в Доме культуры беда. — Она говорила ровно, и именно это не понравилось ему сильнее, чем крик. — В недостроенном северном крыле люди с оружием. Захвачены мастеровые, двое преподавателей из вечерней школы и несколько детей рабочих. Морген Рист внутри. Городовые оцепили квартал, но командование там сейчас представляет собой спор трёх испуганных петухов у одной лужи. Нападавшие требуют, чтобы к ним пришёл представитель дома Таргор-Увир. По имени назвали меня.

— Ты где?

— Еду туда. Альда уже подняла наших людей и пытается выяснить, кто пустил их в здание.

— Ты же не входишь внутрь?

— Я и не собиралась этого делать, но снаружи я нужна. Там рабочие семьи, и если я не появлюсь, через полчаса толпа начнёт решать, что мы бросили своих.

— Сколько нападавших?

— Неизвестно. Первые свидетели говорят, что не меньше десяти. Один боевой маг точно есть, возможно, два. У входа ранен сторож, один мастеровой выбросился из окна второго этажа, жив, но с переломами. Ардор, там дети.

Он на секунду закрыл глаза.

— Я еду.

Связь оборвалась.

Ардор вышел в коридор уже другим шагом. Дост увидел его лицо и не стал задавать лишних вопросов.

— Северное крыло Дома культуры, заложники, вооружённая группа, минимум один маг, — сказал Ардор на ходу. — Поднять дежурный взвод штаба Корпуса, связаться с городовым оцеплением и моим домом. Машины к центральному входу. Штурмовой комплект.

— Слушаюсь, господин полковник.

Через семь минут машины уже неслись по мокрым улицам Марсаны, разнося лужи в стороны плотным потоком из-под широких колёс. Дождь закончился утром, но город ещё держал воду в швах мостовой и в низких местах у тротуаров. Ардор сидел у окна, слушая обрывки докладов по приёмопередатчику оперативной связи. Городская полиция выставили оцепление, но толпа росла. Лиара прибыла и взяла на себя работу с семьями заложников, Альда подняла подрядчиков, бухгалтерию и людей строительного надзора и теперь вдумчиво массировала им мозги или то место где они должны находиться. Ингро Талис позвонил Ардору в машину и требовал не входить до прибытия его группы, и это требование уже передали три раза, словно повтор мог сделать его выполнимым. Ардор не стал поднимать трубку и вместо него ответил второй водитель и по совместительству связист.

— Передайте господину Талису, — сказал Ардор, когда офицер повернулся к нему с трубкой в руках, — что я с уважением отношусь к его желанию прибыть к уже решённой проблеме и тщательно осмотреть последствия.

Связист на секунду замер.

— Дословно, господин полковник?

— На ваше усмотрение.

Дост, сидевший напротив с автоматом на коленях, позволил себе очень короткую улыбку.

Дом культуры, ещё недавно бывший лишь красивой идеей за семейным ужином, стоял на широкой улице рабочего квартала, где каменные дома перемежались складами, мастерскими и лавками. Здание уже почти обрело законченный вид: длинный фасад с высокими окнами, широкие входные двери, будущий афишный щит над главным крыльцом, боковой проезд к служебному двору и парк, пока похожий на размеченный грязью участок с молодыми деревцами, защищёнными деревянными решётками. Южное крыло уже принимало посетителей, библиотека выдавала книги, мастерские завозили оборудование, а северное всё ещё пахло лесами, известью, свежим деревом и краской.

Сейчас перед зданием стояла толпа. Не праздная, не любопытная, а тяжёлая, взведённая, опасная от собственной беспомощности. Женщины в мокрых платках держали друг друга за руки, мужчины спорили с городовыми, кто-то пытался прорваться к боковым воротам, подростки залезли на ограду парка, чтобы увидеть окна северного крыла. Над всем этим висел тот особый шум, который рождается там, где люди не знают, живы ли их дети, и уже готовы ненавидеть любого, кто говорит им ждать.

Лиара стояла у стола под навесом, поставленным людьми её штаба. Рядом с ней находились две женщины из охраны с оружием в открыто висящей кобуре, уже и не изображавшие помощниц, и четверо мужчин сопровождения, надевшие бронежилеты. Лиара держалась прямо, в тёмном дорожном платье, с мокрыми от мелкого дождя волосами у висков, и говорила с пожилым рабочим так спокойно, что тот, уже готовый кричать, вдруг начал слушать.

Альда стояла чуть дальше, у машины, и разговаривала сразу с подрядчиком, бухгалтером фонда и человеком из городской строительной управы. На лице подрядчика читалось желание оказаться где угодно, хоть в тюрьме, лишь бы не под этим взглядом.

Ардор вышел из машины, и толпа ощутимо качнулась. Кто-то крикнул его имя, кто-то начал требовать немедленно идти внутрь, кто-то наоборот закричал, что нельзя штурмовать, пока там дети. Он не стал отвечать, подошёл к Лиаре, коротко коснулся её плеча, потом повернулся к Досту.

— План здания.

Капитан уже разворачивал лист на капоте машины. К ним подошёл Морген Рист, и только по крови на щеке Ардор понял, что директор всё-таки выбрался из здания. Лиара увидела его одновременно с Ардором и на мгновение изменилась в лице.

— Рист?

— Я вышел через старую вентиляционную шахту, ваша милость, — сказал он хрипло. — Внутри остались трое детей, мастер Торн, преподавательница Сеона и ещё человек двенадцать. Они согнали всех в будущий малый зал. Двое у входа, трое на лестнице, ещё люди в подвале. Маг точно есть. Он поставил какую-то дрянь на нижнем пролёте, двоих наших отбросило так, что у одного рука почернела до локтя.