Чтение онлайн

— В той схватке меня ранило. Сил продолжать погоню не осталось, вот и пришлось медленно плестись обратно.

Не успело эхо его слов растаять в воздухе, как вдалеке, прямо в гуще тумана, полыхнула ослепительная вспышка. Казалось, будто сотни разъяренных молний сплелись воедино и разом обрушились на землю.

В этом мимолетном, мертвенно-бледном зареве Клейн и остальные смогли разглядеть скрытые за туманной пеленой очертания прибрежных гор и те самые вершины, над которыми сейчас вовсю бушевала гроза.

Увиденное, по крайней мере отчасти, служило железобетонным доказательством слов Миллера.

Элланд уже было дернулся вперед, собираясь подхватить раненого священнослужителя под руку, как вдруг краем глаза заметил Германа Воробья. Юноша невозмутимо выудил золотую монету и едва слышно пробормотал:

— Он таит в себе злой умысел.

Дзынь!

Золотой соверен со звоном взмыл в воздух, сверкнул в полете и послушно рухнул на раскрытую ладонь Клейна. Профилем монарха вверх.

Безоговорочное подтверждение!

Епископ Миллер неотрывно, в упор наблюдал за этим действом. В его светло-карих глазах внезапно вспыхнуло леденящее душу, темно-красное свечение.

У-у-ух!

Яростный шквал ветра вырвался прямо из тела епископа Миллера, туго надувая его темно-синюю сутану.

Хрясь! Тресь! Ветви растущих поблизости деревьев с треском ломались и улетали высоко в небеса.

Тело Донны непроизвольно оторвалось от земли. Девочку отшвырнуло на несколько метров; рухнув на мостовую, она болезненно застонала от ушибов.

И не только её — Сесиль, Дентона, чету Димердо, Харриса и остальных точно так же подхватило ураганом и раскидало в разные стороны. Лишь Клевис с Тигом, обладающие солидной мышечной массой благодаря долгим годам тренировок, да тучный, неповоротливый Урди отделались тем, что просто пошатнулись, с глухим стуком повалились на землю и пару раз перекатились.

Элланд, стоявший лицом к лицу с епископом Миллером, виртуозно выполнил целую серию сальто и перекатов назад, благополучно уходя от обрушившегося на него сокрушительного напора ветра.

Клейн и Даниц тоже благоразумно не стали лезть на рожон. Поддавшись порыву, они, подобно воздушным змеям, плавно отлетели назад. И хотя казалось, что оба вот-вот рухнут, им всё же удалось сохранить равновесие.

Едва шторм немного утих, как в разорванной пелене тумана проступили шесть человеческих фигур. Твари были облачены в черные плащи, однако головы у всех напрочь отсутствовали. Из жутких обрубков на шеях ключом била кровь, а пустые капюшоны топорщились лишь благодаря завывающим внутри потокам ветра.

Хр-р-р! Хр-р-р!

Из их разорванных глоток вырывалось низкое, клокочущее рычание — точь-в-точь как у дикого зверя перед смертоносным броском.

Вжик! Вжик! Вжик!

Мириады бритвенно-острых, невидимых ветряных лезвий со свистом пронзили воздух, изрезав каменную кладку в том самом месте, где мгновением ранее перекатывался Клейн, и оставив после себя глубокие, зияющие борозды.

Топ, топ, топ!

Обогнув возвышающегося с зажженным штормовым фонарем епископа Миллера, чья темно-синяя сутана всё еще мягко трепетала на ветру, шестерка безголовых монстров с гулким топотом, от которого содрогалась земля, ринулась прямо на Клейна, Элланда и остальных.

С одним таким безголовым ублюдком совладать — та еще задачка, а тут их вывалила целая шеренга… Да еще и этот явно пораженный скверной епископ в придачу! Увидев подобный расклад, «Пылающий» Даниц почувствовал, как волосы на затылке встают дыбом от первобытного ужаса.

В этот самый миг прямо перед его глазами мелькнула отливающая тусклой латунью искра, устремившись куда-то вдаль.

Дзынь, дзынь, дзынь! Медный свисток Азика с резким звоном рухнул на мостовую, несколько раз подпрыгнув на камнях.

С истошным воем вся шестерка безголовых тварей синхронно сменила курс, сломя голову бросившись к тому самому месту, где замер артефакт, оставив епископа Миллера стоять в абсолютном одиночестве.

Клейн, не упуская идеального шанса, молниеносно вскинул левую руку, сорвал спрятанную под сюртуком «Солнечную брошь» и метнул её в стоящего ближе всех капитана Элланда, бросив короткий приказ:

— Влей духовность. Пять секунд. Святая вода!

Сказав это, юноша, даже не взглянув на свой улетевший в небытие шелковый полуцилиндр, пригнулся и, виртуозно петляя из стороны в сторону, хищным рывком ринулся к Миллеру.

Вжик! Вжик! Вжик!

Целый шквал невидимых клинков ветра с яростным свистом обрушился прямо на Клейна.

Мостовая в мгновение ока покрылась глубокими, словно от ударов незримых топоров и сабель, рытвинами. Однако сыщик, то уходя в кувырок, то бросаясь в сторону, то отталкиваясь от земли руками для акробатического сальто, играючи избежал этой первой смертоносной волны.

Темно-багровое сияние в глазах епископа Миллера полыхнуло с новой, пугающей яростью, и он одновременно вскинул обе руки.

Вжик-вжик-вжик!

На сей раз атака ветряных лезвий походила на шквальный пулеметный огонь. Клейн успел уклониться лишь от львиной доли ударов, после чего его тело безжалостно разорвало на куски. Обернувшись мириадами невесомых бумажных обрывков, он разлетелся по ветру.

Истинный Клейн вынырнул из пустоты совершенно с другой стороны и с прежним упорством бросился к епископу. Ему было жизненно необходимо сократить дистанцию до той грани, где он смог бы пустить в ход свой арсенал!

…………

Капитан Элланд, поймавший «Солнечную брошь», тут же ощутил обжигающий, невыносимый зной. Ему до смерти захотелось сорвать с себя всю одежду и с разбегу нырнуть в ледяную океанскую воду.

В долю секунды осмыслив скупые инструкции Германа Воробья, моряк выхватил из внутреннего кармана жестяную квадратную фляжку. Скрутив крышку, он безжалостно выплеснул весь запас отменного Ланчи на брусчатку, отчего округу мигом затопил густой, терпкий дух алкоголя.

«Пылающий» Даниц, бегло окинув поле боя взглядом, уже успел кристально ясно оценить расклад.