Чтение онлайн

Диннариэль проснулся как миленький, после первого же пинка. Пинать наемницу я, стыдно признать, опасался…

А зря! Отточенное как бритва, острие кинжала замерло у самого моего горла. Я едва успел схватить его за запястье, иначе, как минимум, на пару часов обзавелся шрамом на шее.

— Моя смена? — Сонно моргнув, спросил эльф, пряча оружие.

Я машинально потер шею, размазывая каплю выступившей крови. Теперь понятно, почему он постоянно свои «бритвы» натирает…

— Нет, твоя проблема. Най куда-то пропала.

Он тут же оказался на ногах.

— Опять!!? Куда!?

— Понятия не имею, сам только проснулся и заметил.

Он так же, как я, бесшумно обежал место привала, причем строго по контуру охранки. М-да, это я рано подумал, что никто мой круг не заметил… Эльф окинул взглядом чащобную тьму и повернулся ко мне. Фигурой он воплощал настороженность, лицом тяжелую мыслительную деятельность, а глазами — панику.

— Не понимаю… ничего не понимаю. Куда можно было деться, не оставив никаких следов?

— Что случилось? — Под одеялом пошевелилось моё сновидение. Стихиарий ещё одним глазом была где-то в своих снах, а другой недоумевающе хлопал, рассматривая нас.

— Ваша бестия пропала. — Хмуро буркнула полукровка, словно до этого вовсе не спала.

— Куда!?

— Да вот, думаем. — Саркастически брякнул я. — Пошла она за пирожками, или за дровишками.

— И никаких следов… — Пробормотал пригнувшийся к земле Динар, цепко высматривая отпечатки на грунте. Но вот он за что-то ухватился взглядом, замер.

— А это еще что…

— Что там?

— Чужие следы, босые ноги. — Он склонился к земле совсем низко, напряженно всматриваясь. — Появились из ниоткуда. Оборвались почти сразу, вот здесь рядом…

— Это её следы?

— Сомневаюсь… Не понимаю. Сюда кто-то телепортировался? Но куда делась Най? Без стационарного телепорта можно прыгать только в одиночку, схватить с собой кого-то невозможно…

За пределами круга раздалось бодрое:

— Конечно, невозможно! Обычному магу, который не я.

Мы развернулись все разом. Среди деревьев, стояла хрупкая девичья фигурка, словно короной увенчанная копной вьющихся волос. На круглом девичьем лице фосфоресцировали кошачьи глаза.

— С вашей бестией, если сейчас ее можно так назвать, все хорошо. Пока. Вы, думаю, не будете возражать, если я ее на время одолжу. Она пройдет небольшое испытание. О Заброшенном измерении вам отлично расскажет демон, а мне пора…

Аватар растворилась в воздухе, оставив нас одних. Точнее, меня — наедине с этими нелюдями, алчущими знаний.

Эльф едва не вцепился мне в воротник, чтобы вытрясти их.

— О чем она говорила!?

— Да я даже не был там… — Я попытался успокоить их, но безрезультатно. — Это измерение с открытым доступом. Оно идет в привязке к центральному, но туда ссылают в основном головорезов из других миров. Полный беспредел, очень своеобразная система управления. С нашей четверкой измерений напрямую не связано, и пробраться туда я бы и раньше не смог. Так что… мы ничего не сможем поделать.

На поляне воцарилось тягостное молчание. Эльф молча, явно удерживая себя, медленно потирал руки.

— Но что за испытание? — Растерянно спросила Ксайф, кутаясь в плащ.

Мерзнет…

Я пожал плечами.

— Бастия ведь её покровитель. Не думаю, что она позволит Най сгинуть… Да и бестию мы уже знаем. У нее должно получиться.

Эльф опустился на покрывало, сжимая пальцами виски. Ксайф растерянно оглянулась, но было заметно, что после моих слов у них появилась надежда…

Да, что мне удавалось еще с самого появления на свет, так это лгать.

Аватары никогда не отличались сентиментальностью. Одним подопечным больше, одним меньше — для того, чтобы реализовать свои, порой весьма смутные планы, они могут пойти и на жертвы. Задача, которую Бастия поставит перед Най, вполне может оказаться для нее невыполнимой. И скорее всего, таковой и является…

***

Мне нужны новые ненавистники.

Старым я постепенно начинаю нравиться.

NN

Най.

Если меня сначала и распылили на частицы, то потом все-таки изволили собрать обратно, скомкав, как я совсем недавно комкала в руках тополиный пух. Затем всё затмило упоительное ощущение жесточайшего похмелья. Раньше я с ним не сталкивалась, но была наслышана. Так что когда я поняла, что у меня есть голова, только по тому, что она дико болела, то поняла — та-дам! Это оно. Великое, могучее, ни с чем не сравнимое.

Только чем же я его заслужила?

Попытавшись проверить наличие и профпригодность конечностей, я выяснила, что болят они не меньше головы, словно меня несколько суток растягивали на дыбе. А потом засунули в духовую печь. Было жарко до омерзения.

К счастью, вестибулярный аппарат еще работал, и сообщил мне, что в данный момент я нахожусь в положении между сидячим и лежачим. Нервная система взбрыкнула и тоже рассказала много интересного. В спину впивалось что-то продолговатое, голова была откинута назад, ноги свисали вниз. Что происходит!!!?

Боль уходила. Я смогла пошевелиться, поднять голову и даже открыть дико болящие глаза. Так вот что происходит, когда под веки насыпают песка!

Итак, я сидела на лавке, откинутая спиной и затылком на стол, в сумрачном помещении. Вокруг что-то неясно, бесшумно мельтешило. Островом спокойствия была только светлая полоса барной стойки. Какое-то питейное заведение?

Ой, нет! Стоило подумать о бесшумности происходящего, как какофония грохота, топота, воплей и звона ворвалась в мои бедные уши. Я с писком зажала их руками, ощущая себя колокольным языком, за который только что дернули изо всех сил. Но зато мне удалось принять относительно сидячее положение. В лицо брызнули чем-то тёплым и непонятным — на меня опрокинули глинтвейн? На ладони после попытки утереться остались темные, вроде бы красные полосы. Попытка встать тоже увенчалась успехом, но я пошатнулась на слабых ногах и едва не улеглась на пол.

Перед глазами словно встряхнули пестрый лоскутный ковер, протянув его из стороны в сторону — так все завертелось перед глазами. Я успела ухватить только самый краешек: злобную харю какого-то мужика, который с явно нехорошими намерениями замахивался на меня кулаком в латной перчатке.

Однако, здравствуйте! — отшатнулась я. Кулак, а следом за ним и хозяин, пронеслись мимо и врезались в стену. Но у этого мужика, наверное, был напарник.

В кабаке, наполненном нецензурными воплями, грохотом, раздольным махачем и прочей катавасией, очень легко было остаться незамеченным второму гаду, который более удачно отоварил меня чем-то тяжелым по голове.