Чтение онлайн

— Очень похоже — соглашается Макс.

— Что нам теперь делать? Что будет с Кайдом?

— Будем ждать и искать пропавших чародеев. Мы знаем, где обитал алхимик и, думаю, найти их не составит труда. — Внезапно обнимает и прижимает к себе. — А с Кайдом все будет хорошо, Мина. Ты главное не расклеивайся. У нас впереди целая вечность и мы обязательно найдем решение.

И только сейчас, после его слов, меня начинает бить такая дрожь, что приходится до побелевших костяшек вцепиться в его рубашку. Пытаюсь сдержаться, но все же плавно скатываюсь в истерику, где с огромным облегчением избавляюсь от застрявшего внутри меня страха потерять Кайда. Одно только осознание, что кризис миновал, словно вытаскивает из меня какой-то стержень, и я рыдаю как ребенок, размазывая слезы по грязным щекам. Макс прижимает меня к себе, гладит по волосам и даже не пытается прервать кажущиеся бесконечными потоки слез.

Алхимик мертв. Оказалось, что побывать в пасти дракона и выжить — трудновыполнимая задача даже для такого как он. Чтобы убедиться в этом окончательно, я сама проверила так и лежащее у кромки моря переломленное тело. Несмотря на все, что сделал с драконами алхимик, зрелище оказалось тошнотворное и удовольствия не доставило. Но я не ушла до тех пор, пока не убедилась, что это действительно он, и он мертв.

Когда пришло время прощаться с Аароном, Макс частично почистил его воспоминания и поблагодарил за помощь.

На прощанье я крепко его обняла и искренне поблагодарила уже от себя. А потом почему-то с грустью смотрела вслед парню, который так вовремя оказался рядом и без которого все закончилось бы очень плохо. Но после всего случившегося раскрывать нашу сущность посторонним оказалось бы ошибкой. Поэтому попрощаться пришлось.

Кайда Макс перенес в главную комнату в пещере. Сначала хотел в спальню, но вовремя вспомнил, что я пока не умею перемещаться в пространстве, а дверей там нет. Я уложила Кайда у камина, обложив подушками и одеялами и первую неделю не отходила от него ни на шаг, а от меня ни на шаг не отходили другие чародеи и со мной в комнате постоянно кто-то был, и хотя я словно поставила жизнь на паузу, чувствовала чужую магию и наполнялась ею.

А потом я вспомнила о маме.

Она жутко за меня волновалась и я долго извинялась за то, что внезапно пропала. С тех пор мы созванивались каждый день и после долгих и упорных уговоров я убедила ее с отчимом и двумя его детьми переехать в магический мир. Туда, где живет Аарон, в идеальный мир, в котором сбалансированы магия и техника.

На это потребовалось несколько месяцев, в течение которых Кайд продолжал спать, а нестабильный Араван, которому чародеи все же смогли немного продлить существование во время сорванной инициации, оказался эвакуирован и Сеира говорит, что это самая масштабная эвакуация за всю их историю. А еще мы с Аароном все же подружились до такой степени, что чародеям пришлось тщательнее поработать с его сознанием и поставить блоки, чтобы он не мог никому рассказать об островах и живущих на них драконах. Все началось с того, что я решила прогуляться по континенту. Хотелось подобрать родителям для жизни такое место, чтобы они точно не смогли отказаться от переезда.

Континент оказался довольно большим княжеством, а Аарон неожиданно оказался в нем наследным князем. Мы с ним столкнулись в порту, когда я уже собиралась обратно на остров на арендованной Максом для меня моторной лодке. Аарон меня узнал и как-то незаметно мы разговорились.

И впервые с тех пор, как уснул Кайд, я искренне смеялась. Оказалось, что Аарон оказался на том острове на спор с другом.

— И в чем заключался спор? — спрашиваю с улыбкой.

Мы сидим в портовом кафе на маленькой веранде. Крики чаек, людская суета, голубая вода, соленый бриз и яркое солнце помогают мне вынырнуть из того подвешенного состояния, в котором я находилась последние месяцы. Я ни на мгновение не забываю про Кайда, но разрешаю себе глоток свежего воздуха.

— Он не верил, что я продержусь на острове без запасов еды и воды.

— И как долго ты должен был продержаться?

— Неделю, — Аарон закатывает глаза.

— Неделю и я бы продержалась, — говорю скептически. — Какой-то не серьезный спор.

— Так и я о том же, — сокрушенно качает головой.

— Но я благодарна твоему другу, — говорю серьезно, — если бы не глупый спор…

На глаза наворачиваются слезы, и я часто моргаю в попытке их прогнать.

— Не стоит его благодарить, — отмахивает Аарон, — инициатива-то была моя.

И я снова прыскаю со смеху.

Мы встречаемся еще несколько раз и вот тогда-то я и понимаю, что Аарон из тех людей, рядом с которыми просто не получается грустить дольше трех секунд. Но я не могу позволить себе слишком часто оставлять Кайда одного. Кажется, что стоит только отлучиться, и что-нибудь обязательно случится. Тогда-то я и попросила Айлин, которая, не считая Кайда, лучше всех управляется со щитами и границами, поставить Аарону ограничение, чтобы он мог приплывать на острова, но не мог никому об увиденном тут рассказать. Я вообще не уверена, что что-то такое можно провернуть, но оказывается, что можно. Учитывая заслуги Аарона и то, что я никогда до этого никого и ни о чем не просила, посоветовавшись с остальными, она соглашается.

С момента смерти алхимика и до сегодняшнего дня прошло полгода.

Кайд сильно похудел за время своего затянувшегося сна, но меня научили вливать в него магию и наполнять энергией, и это помогает ему продержаться.

И именно сегодня Калеб с Айлин нашли сферу с драконами. Она была на виду, но спрятанная от глаз в том же доме, где алхимик удерживал меня. В течение всего времени все важное там охраняли защитные чары, скрывавшие от чародеев предметы, но когда защита истончилась, смогли обнаружить сферу и прочие вещи алхимика. Там было столько всего, что перечислять можно бесконечно, но подавляющее большинство найденного оказалось либо настолько ветхим, что рассыпалось от малейшего прикосновения, либо не имело ясного предназначения. А экспериментировать и пытаться что-то использовать мы не рискнули. Стало ясно, что Алхимик был помешан на драконах, потому что почти то найденное, принцип которых удалось понять, так или иначе было направлено на защиту от чародеев и борьбу с ними.

Еще пару месяцев ушло на разгадку тайны заключения драконов. Чародеи смогли распутать тщательно спрятанный слой физической реальности и, когда нашли планету, разбудить остальных. Это оказалось не легко, но возможно. На обсуждения я смотрела со стороны, не вмешиваясь, потому что не понимала ничего в потоках энергии, скрытых слоях и прочем. Но это оказался очень долгий процесс, в течение которого среди спящих пытались найти первого носителя вируса, того, который распространил «болезнь». И стоило только изолировать его, как драконы, не все сразу, но большинство в первый месяц, начали просыпаться.

Я видела собственными глазами как тяжело и натужно двигались ящеры после многовекового сна. Исхудавшие и потрепанные, они едва передвигали конечностями и с трудом становились людьми. Получалось не у всех.

Уже позже Макс сказал, что их пробуждение было болезненным и мучительным потому что почти все время они боролись и осознавали себя в ловушке, а стоило только приблизиться к пробуждению, как алхимик продлевал действие собственной магии. У драконов была надежда вырваться из плена через смерть, потому что несмотря на продолжительность, жизнь все равно не была вечной, но алхимик предусмотрел и это, поместив планету туда, где время текло иначе. С одной стороны, для них прошло гораздо меньше времени, чем для нас, с другой, из-за этого они оставались в ловушке.

Макс долго беседовал с одним из пробудившихся и совместными усилиями, сложив знания двух сторон мы поняли, как простой человек поймал их в ловушку.

Все началось с того, что драконы открыли свой первый портал в другой мир. Десять подготовленных чародеев отправились на его изучение, но никто не знал, что вслед за нами отправился еще один. Он был совсем молод, практически подросток и хотел скоротать время в ожидании своей пары.

Мне сначала тяжело было понять почему он пошел один в чужой мир, пока я не вспомнила, что это я выросла там, где после заката лучше не выходить из дома. А у чародеев даже полиции или хотя бы намека на подобную структуру не было. Единый организм, поделивший поровну магию, знания и открытия. Если ребенок и подозревал, что в другом мире все может быть по-другому, то вряд ли представлял насколько.