Чтение онлайн

— Вы знаете про инициацию?

— Я все про вас знаю. С драконами всегда было много возни. Обряды, ограничения, вся эта мишура.

Понятия не имею о чем он и тем более без понятия откуда он знает о драконах, но снова дергаю ногу на себя, предусмотрительно упираясь ладонями в пол.

Псих поднимает на меня тяжелый взгляд выцветших глаз, и я хочу отшатнуться, но не успеваю. Щеку обжигает резкий удар тыльной стороной ладони.

Меня никогда не били.

Прижимаю ладонь к горящей щеке и еще несколько секунд ошарашенно смотрю на невозмутимо продолжающего свои манипуляции психопата.

— Не дергайся, — говорит равнодушно и переходит к оставшейся руке. — Я не монстр и не садист, я алхимик. Мне не доставляет удовольствия причинять боль. Но и времени на твои истерики нет.

Провожу языком по губе и чувствую солоноватый привкус крови. И только сейчас две мои реальности наконец совмещаются. Одна та, в которой я рядом с Кайдом и впервые чувствую себя по-настоящему нужной и в полной безопасности, а вторая эта, где я снова никто и снова беспомощная.

Но сегодня я пережила столько всего, что удается легко подавить приступ страха и паники. Вспоминаю свое отражение в частичной трансформации и напоминаю себе, что я уже не та девочка, что была раньше.

Напряженно думаю, когда и как лучше ударить магией, потому что вряд ли у меня будет вторая попытка.

— Здесь ограничитель, даже не пытайся пользоваться магией. — Он каким-то образом предугадывает мои намерения, — и хватит трястись, за тобой скоро придут.

От фразы, сказанной холодным равнодушным тоном мне становится еще страшнее, потому что я понятия не имею, кто за мной придет.

— Кто придет? — и голос невольно дрожит.

— Я оставил ему достаточно следов, — отрезает мужчина невпопад.

Неожиданно он тонко хихикает и я вздрагиваю, но неуместное веселье проходит, словно его и не было.

Я ничего не понимаю, кроме того, что похитивший меня — настоящий сумасшедший.

Пытаюсь вызвать трансформацию, но не могу. И еще меня пугает то, что психопат совершенно не воспринимает всерьез ни меня, ни остальных драконов. Я была бы рада показать все, чему научилась, но понимаю, что он знает обо мне больше, чем я сама, и понимает — я сейчас вообще ни на что не способна. Я не знаю где я, не знаю кто он, в то время, когда он знает все и даже больше. Кажется, что у него нет моральных принципов, и, если я буду сопротивляться, в лучшем случае он снова меня ударит и ничто ему не помешает.

Я не знаю, зачем я ему, но если не очень нужна, то и убить меня ему не помешает ничего, потому что сейчас в его глазах нет ни намека на колебания, панику или неуверенность. Каждое движение выверенно и продумано заранее. И его странные ответы и нервный смех пугают еще больше. Я понятия не имею, где заканчиваются мои границы дозволенного в его присутствии.

В фильмах главные герои легко провоцируют злодеев на откровенные беседы, эмоциональные признания, дожидаются малейшей ошибки и одним уверенным действием спасаются сами и еще парочку второстепенных персонажей.

Я не чувствую ничего подобного. Я чувствую себя беспомощным ребенком, судьба которого находится в руках ненормального и я ничего не могу с этим поделать.

Все эти мысли вихрем проносятся в моей голове за пару секунд.

Вспоминаю его фразу «с драконами всегда было много возни» и решаюсь на вопрос:

— Вы что-то сделали с драконами? Вы их знали?

Мужчина смотрит на меня, но по его лицу я не могу прочесть ничего, оно словно застывшая маска.

— Мне пора. — Он встает в полный рост и задумчиво смотрит в потолок.

И прежде, чем я успеваю сказать хоть что-то, размахивается, отчего я невольно зажмуриваюсь и инстинктивно закрываю лицо поднятой рукой. Но раздается только приглушенный хлопок, а когда я открываю глаза, в комнате кроме меня и небольшого облачка пыли никого нет. На полу под ногами исчезнувшего алхимика валяются огрызки ткани.

А в следующую секунду дверь с корнем слетает с петель, щепками разлетается, но затем резко меняет направление и будто втягивается в коридор, а в темном проеме я вижу силуэт монстра.

Моего любимого монстра.

И я чувствую облегчение такой силы, что всхлип сам по себе срывается с губ.

Не знаю, переместился Кайд ко мне или просто так быстро двигался, что я пропустила этот момент, но вот я уже в его объятиях и, уткнувшись носом в шею, пытаюсь сдержать слезы облегчения.

Мы растворяемся в воздухе, а в следующее мгновение оказываемся в пещере, и Кайд все так же крепко прижимает меня к себе, падает в кресло и шумно выдыхает в волосы. Обнимает крепче. Я затихаю, снова чувствуя себя в безопасности. Мне хочется выплеснуть через слезы весь страх, что я пережила во время инициации и похищения, но я только закусываю кровоточащую губу, намеренно провоцируя отрезвляющую боль.

Мне не понравилось быть беспомощной, и вряд ли слезы помогут мне в дальнейшем.

Сейчас я хочу стать хотя бы немного сильнее.

Но это не мешает мне с облегчением обнимать твердое большое тело, прижиматься лицом к покрытой чешуей шее и наслаждаться тем, как его ладони путешествуют по моей спине, как он прижимает меня к себе, словно хочет стать одним целым. Я вдыхаю воздух рядом с его кожей и стараюсь вытравить въевшийся в мои легкие затхлый запах.

Я бы могла сидеть так вечность, просто чувствовать его тепло на своей коже, его губы и дыхание в своих волосах. Но мысли о странном поведении алхимика не оставляют ни на секунду.

— Кайд, — пытаюсь отстраниться, чтобы рассказать то, что узнала, но Кайд держит так крепко, что получается не сразу. А когда я все же отстраняюсь и его красный взгляд цепляется за ранку на губе, лицо темнеет, покрываясь чешуей еще сильнее и губы искажаются в животном оскале.

— Он бил тебя?

Я не хочу врать, но и не хочу, чтобы Кайд действовал вслепую и в порыве злости. Я знаю, что он в состоянии защитить меня, но до этого я хочу успеть рассказать все, что узнала, потому что я видела алхимика и знаю, что он сумасшедший и ни перед чем не остановится.

И поэтому я не отвечаю, а просто провожу пальцем по ранке и морщусь. Это срабатывает, и Кайд мягко отводит мою руку, повторяя мой жест. Мне доставляет какое-то извращенное удовольствие чувствовать шершавый когтистый палец на нежной коже. Жжение прекращается. У меня еще болит затылок, наверняка там шишка, но я не хочу и дальше провоцировать Кайда, а потому не говорю об этом ни слова.

— Он что-то сделал с драконами, — говорю торопливо, пользуясь моментом. — Это он, Кайд. И он спрашивал меня про озеро. А еще знает про инициацию и магию драконов. Кажется, он знает про нас все и не скрывает это.