Повелительница пустыни
Шрифт:
Но теперь в моем сердце оставался лишь холодный камень. В воздухе витал запах запустения, и я осознала, что и он стал моим спутником: неизбежным и неподвижным.
И я шла, шатаясь от усталости, с одним желанием— дойти… или упасть.
Дойти до спасительного места и выжить, или упасть в горячий песок, вдохнуть последний раз обжигающий воздух и покинуть этот мир, где меня никто не ждет.
Но душа никак не хотела покидать измученное тело, и я шла в забытьи, не обращая внимания на палящее солнце, на песок, застрявший в волосах и в глазах и скрипящий на зубах, на боль, которая отдавалась во всём теле при каждом шаге.
Я словно растворилась в пространстве, разделилась надвое: душа взлетала в Небеса, а тело двигалось по пустыне и никак не хотело расставаться с жизнью.
Вдруг ветер коснулся моего лица, подхватив последние искры надежды, и унёс их в бескрайнюю даль.
Я остановилась, глядя на горизонт, где небо встречалось с песком, и поняла, что время пришло.
Возможно, именно в этом прощании, на границе между жизнью и смертью, скрыта сила, которую я искала всё это время. Размышляя об этом, сделала шаг вперед, и этот шаг стал судьбоносным.
Сквозь яркий солнечный свет я заметила загадочную тень. Еле передвигая ноги, побрела на так желанный островок тени.
Ноги подкосились, и я упала, но с упорством поползла к нему, чтобы спрятаться от дневного жаркого солнца и хоть немного отдохнуть.
Губы давно потрескались и превратились в сплошную засохшую корку, которая иногда обагрялась кровью, и тогда мой язычок слизывал солоноватые капли.
Мой взор был прикован к большому камню. Он возвышался наперекор стихии, которая не смогла похоронить его в своих песчаных объятиях, и создавал уголок спасительной тени.
Прислонившись к нему, застонала. Он был горячим: солнце и песок с упорством старались укротить дерзкого отшельника, дерзнувшего нарушить их царство своим присутствием.
Пришлось свернуться калачиком, чтобы спрятать ноги в тени. Мои пальцы коснулись чуть прохладной земли.
Я глубоко вздохнула от соприкосновения с малой толикой прохлады, закрыла глаза и позволила себе на миг забыть о пустыне.
Каждый мой вдох наполнял легкие свежестью, а каждый выдох уносил с собой заботы и тревоги.
В этот момент я почувствовала себя свободной в объятиях природы, которая всегда готова была укрыть, поддержать…, но и погубить.
Сквозь закрытые веки почувствовала чужое присутствие.
Открыв глаза, увидела, что надо мной возвышалась змея. Огромная змея. В моей памяти не было информации о таких экземплярах, и даже в книгах не писали о таких огромных существах.
Моё естество замерло, не в силах отвести взгляд от этого величественного создания. Все же змея одновременно вызывала и восхищение и ужас.
Змея чем-то напоминала кобру, но меня смущали ее длина, размер и капюшон.
Насколько знала, капюшон у кобры является частью тела, в котором рёбра раздвигаются под воздействием специальных мышц, резко меняя форму.
Но здесь капюшон развевался как плащ, и его незначительная часть переходила на голову в виде короны.
Желтые холодные глаза неотрывно смотрели на меня, словно изучали, а раздвоенный язык то и дело высовывался, и было слышно шипение.
Бело-золотые чешуйки кожи, отливающие блеском на солнце, казались бархатным одеянием.
Я устало посмотрела на ту, которая подарит мне свободу от боли, освободит от оков, навязанных мне миром: от горечи утрат, от сожалений.
— Пришла? Что же я готова. Я сделала всё, что было в моих силах. Умирать второй раз не страшно…. Хахаааа…. Небеса ошиблись, подарив мне второй шанс, — прохрипела я, смело взглянув на существо.
Я закрыла глаза, чтобы не видеть свою смерть. В другой бы ситуации можно было бы её встретить с открытыми глазами, но не в этот раз….
Сквозь закрытые глаза почувствовала, как змея наклонилась ко мне и затем резкую боль укуса….
Мир вспыхнул, поплыл, утопая в тумане звенящей пустоты.
Грудь сжалась, попыталась сделать вдох, но вместо этого только издала безмолвные хрипы.
Хотя мне не хотела умирать, ведь я так поверила в другой шанс, но в тот момент мне показалось, что во тьме есть что-то утешительное, что-то, что может подарить мне освобождение и покой.
И в эти мгновения взглянула на свою судьбу не как на конец, а как на начало чего-то нового.
Мгновение…
Время остановилось…
Тьма затопила сознание….
Что чувствует человек в туманном миге, когда робкие лучи сознания пробиваются сквозь густую завесу тьмы?
В этот зыбкий момент, когда реальность еще не обрела четкие очертания, а неясность медленно растворяется в тишине, возникает странное ощущение отрешенности.
Тело еще спит, но разум уже пробуждается, словно древний механизм, долгое время пребывавший в состоянии покоя.
И вдруг, словно вспышка молнии, приходит осознание себя. Не как личности с именем, биографией и набором социальных ролей, а как чистой энергии с беспредельной возможностью.
Ощущение свободы и безграничности охватывает все существо, наполняя его радостью и предвкушением нового дня.
Этот миг — словно глоток свежего воздуха после долгой духоты. В нем нет места страхам, сомнениям и тревогам.
Есть только чистый лист, готовый принять первые строки новой главы жизни.
Голова гудела, веки с трудом разомкнулись, пропуская в сознание мутный свет.
Первое, что я почувствовала — это холод. Не пронизывающий и леденящий, а скорее освежающий, бодрящий.
Он окутывал обнаженную кожу, заставляя ее покрываться мурашками. Я лежала на чем-то твердом и шершавом, ощущая каждую неровность поверхности спиной.
Где я?
Этот вопрос пронзил сознание, словно тонкая игла, разбудив дремлющие уголки памяти.
Но вокруг стояла тишина. Тело казалось чужим, неповоротливым, словно облаченным в невидимую броню.
Это было не похоже на обычное пробуждение. Медленно, словно вытягивая себя из вязкой субстанции, я попыталась приподняться.
Голова закружилась, в висках застучало. В памяти всплывали обрывки воспоминаний: лица, места, события, но все они были размытыми, словно отражения в кривом зеркале.