Чтение онлайн

Второй предстала старушка, чье одеяние напоминало скорее серую хламиду прислуги, нежели достойное облачение.

Если у первой морщинки лишь лучились вокруг глаз, то у второй они прорезали лицо глубокими бороздами, словно карта прожитых лет, исчерченная временем.

И клюка, на которую она опиралась, лишь усугубляла впечатление прожитой ею долгой жизни.

У первой женщины волосы, словно волны, были перевиты нитями жемчуга и ниспадали на грудь тугой пышной косой, в то время как вторая прятала свои волосы под скромным покровом платка.

— Не обманул Ходжа, что привез драгоценный камешек.

Она подошла и подняла своим ухоженным пальчиком мой подбородок. «Да что они пристали к нему? Всем необходимо рассмотреть меня с такого ракурса….»

— Жаль, что придется отдать тебя… взыскательным клиентам, жаждущих маленьких слабостей. Не рекомендую устраивать скандалы у меня в доме. Матушка Рози не потерпит неповиновения. Ортаз, следи за ней, чтобы она была в целости и сохранности, а то нам не сносить гнева принца.

Из её слов поняла, что это хозяйка борделя Матушка Рози, а старая женщина Ортаз, которая покорно тихо прошептала в ответ:

— Хорошо, госпожа.

— А сейчас первый урок покорности. Будешь стоять, пока не спадет магия.

Она улыбнулась снисходительной улыбкой и плавно выплыла из комнаты.

Ортаз, последовав за хозяйкой, обернулась в дверях и, вздрогнув, плотно прикрыла дверь, оставив меня застывшим каменным изваянием.

Ортаз шла медленно, стараясь унять дрожь. Стоило ей только переступить порог комнаты и встретиться взглядом с этой девушкой, как ее пронзил ледяной озноб.

Смертельный холод исходил из этих зеленых, безусловно, красивых глаз. Да, Ортаз видела и более совершенные лица, и более изысканные черты, но такого взгляда — никогда.

Встречались гневные, потерянные, пустые… но этот источал предчувствие неминуемой беды.

А оглянувшись, она ясно почувствовала, как этот холод коснулся её лица. И сейчас она хотела только успокоить свое сердце или лучше выпить стаканчик крепкого вина, чтобы согреть не только тело, но и растревоженную душу.

— Что скажешь? — Рози зашла в свою комнату, которая служила и кабинетом, и спальней.

— Госпожа. Не посылайте к ней своих… богатых клиентов. От неё веет угрозой….

— Не говори глупостей. Чем она нам там… веет? Слабая рабыня, да и я не могу отменить уже оплаченный визит. Тем более, ты знаешь, чем нам грозит отказ от условия с принцем? А она никуда не денется. Самое главное, чтобы была живая, а в каком состоянии она будет все это время — не важно. Ты же не дашь ей умереть? Не правда ли?

Она грозно приподняла бровь и таким же взглядом одарила старуху.

— Я буду стараться, госпожа.

Как только последние нити магии рассеялись, я рухнула на ковер, словно подкошенная.

Ноги отказывались держать, тело пронзали тысячи острых игл. Пришлось дать себе время растечься по полу лужицей, пока не восстановилась циркуляция крови.

— Сволочь… Второй на очереди будешь ты, Матушка Рози, — прошипела я, пародируя приторную интонацию хозяйки этого борделя.

Утолив мучительную жажду глотком из кувшина, покрытого бисером влаги, я обессилено опустилась на пуфик, обтянутый линялой тканью.

Небольшое окно было плотно задрапировано тяжёлыми шторами. Инстинктивно потянувшись к нему, я отдёрнула ткань, надеясь увидеть спасительную лазейку.

Но надежда умерла, не успев родиться: на окнах красовались кованые решетки.

— Видимо, я не первая, кто мечтал вырваться отсюда через окно, — с горькой усмешкой прошептала я, оплакивая утраченную возможность.

Обвела взглядом комнату в поисках средств для защиты, но, увы, только один кувшин подходил для этой цели.

Рядом с дверью находился шкаф с закрытыми створками и с висячим замком.

«Интересно, что скрывается в нём?» — промелькнула мысль.

Дверь отворилась и вошла Ортаз, а за ней девушка с подносом. Та приветливо улыбнулась и выгрузила несколько пиал, наполненные едой.

— Поешь, — услышала голос Ортаз. — Мия потом заберет посуду. Отдыхай, эврам.

Они ушли, а её голос, словно мягкое тепло, окутало меня, будто я вновь оказалась в объятиях сестры, дарящих безмятежный покой и нежность.

Утолив голод, забралась на кровать и прилегла — все равно мне не чем было заняться.

Мысленно перебирала все варианты моего побега. «Если окно отпадает, то можно будет посмотреть вариант моего купания. В комнате только маленькая ванная, где стоит унитаз и раковина. Ванная где-то за пределами комнаты. Хорошо. Предположим, что это первый вариант. Можно попробовать спуститься вниз и выйти через кухню. На входных дверях, как пить дать, стоит охранник. А вот кухня имеет свой выход и для доставки продуктов, и для готовки еды без лишнего внимания со стороны гостей….»

Внезапный скрип двери разорвал тишину. В комнату вошли Ходжа и… толстяк.

Дорогая, богато расшитая одежда обтягивала его, словно вторая кожа, предательски выставляя напоказ каждую складку жира.

Его маслянистые глаза вспыхнули алчным огнем, а толстые пальцы судорожно вцепились в живот.

На лице расплылась самодовольная ухмылка, и пухлые щеки нависли над ней, словно грозовые тучи над горной вершиной.

Он приподнял голову и окинул меня оценивающим взглядом, словно выбирал породистую кобылу на ярмарке.

Лишь сейчас я осознала, что для него я просто товар.

Ходжа подошел к шкафу и щелкнул замком. И тут меня пронзило осознание того, что скрывалось за его дверцами.

Я сглотнула слюну, пытаясь унять подступающую дрожь. Вот о каких слабостях говорила Рози.

Очередной извращенец, пытающийся утолить свою грязную похоть чужими страданиями.

Ортаз уже в который раз вошла в комнату. Девушка лежала на кровати без сознания, и капли крови впитывались в красное покрывало, но даже его насыщенный цвет не мог скрыть зловещего багрянца.

Следом за ней неслышно скользнула Мия с кувшином воды. Она уже было приготовилась омыть раны, но резкий взмах руки Ортаз остановил ее.

Старая женщина, словно тень, приблизилась к постели, склоняясь над измученным телом.

В едва различимом шепоте, словно ветер в сухой траве, прозвучал прерывающийся стон Олики:

— …принц Роул… Рози… бер Салим Д… бер Алим Т…

Ортаз отпрянула, словно от прикосновения змеи, и быстрым шагом, на который она только смогла, покинула комнату.