Чтение онлайн

А потом ладони вспыхнули, и между ними появились сверкающие огненные шары — будто из расплавленного металла. Они не пылали, а светились ровным, ослепляющим сиянием. Маги сделали движение руками, словно выбрасывают шары, и те быстро устремились в нашу сторону, оставляя в воздухе после себя алые следы мерцающих искр.

Первый шар ударил в Гарика — прямо в спину. Раздался глухой хлопок, на миг ослепивший нас всех яркой вспышкой. Плащ королевича полыхнул на спине, но тут же погас. А шар распался на множество искр и осыпался на землю, не причинив горану королевской крови особого вреда. Защитные амулеты сработали.

А вот Ясне, по которой ударил второй шар, повезло меньше. Всё её везение закончилось на том, что в момент прилёта она тоже решила посмотреть, что происходит сзади, и начала разворачиваться в седле. И удар пришёлся не в спину, а в руку: в локоть и плечо. Багровое пламя с множеством искр окутало всю руку Крепинской княгини, рукав вмиг сгорел, а кожа вздулась жуткими кровавыми волдырями. А я успел увидеть, как на обгоревшей коже вспыхнул и исчез магический узор: словно заклятие закрепилось на Ясне и ушло внутрь её тела. И мне это очень не понравилось.

Ясна вскрикнула от боли и пригнулась в седле, ожидая следующего удара. Но следующий пришёлся не на неё. Следующий шар ударил в Желтка. Бедному ящеру опалило левый бок и крыло, он издал дикий вопль, резко дёрнулся вправо, не удержался на ногах и упал. Добран вылетел из седла и покатился по дороге, поднимая клубы пыли. Гусак тем временем быстро вскочил и, продолжая громко вопить и размахивать крыльями, рванул в сторону ближайшей рощицы.

Мы все сразу же остановились, развернули коней и подъехали к Добрану. Мальчишка начал вставать, но при попытке опереться на правую ногу он застонал и упал. Вадим спрыгнул с лошади, подбежал к пацану и начал его поднимать.

— Сажай его ко мне! Шустрее! — крикнул я Вадиму, глядя, как быстро к нам приближаются огневики.

— Двоих лошадь быстро везти не сможет! — крикнул мне Гарик, тоже спрыгивая на землю. — Сажайте его на мою, а я приму бой!

Логика в словах королевича была: хоть Добран и весил немного, но этого было достаточно, чтобы скорость лошадь хоть немного да замедлилась. А это означало, что нас догонят очень быстро. Но как-то не по себе было от мысли, что мы все убежим, оставив храброго горана на верную погибель.

— Я останусь с тобой, — сказал я, спешиваясь и доставая меч из ножен. — Если уж веселиться, как ты выражаешься, то вдвоём.

— Я с вами! — заявил Вадим.

— Ты с ними! — хором крикнули мы с Гариком.

— Здесь от тебя толку немного, а раненым Ясне с Добраном нужна помощь, — пояснил я и обратился уже к мальчишке: — Добран, ты должен спастись! И обязательно добраться в Велиград!

Пацан кивнул, и Вадим принялся усаживать его в седло. А мы с Гариком перегородили дорогу и приготовились к бою. Огневики были уже совсем близко, я отчётливо слышал стук копыт их лошадей и, казалось, чувствовал исходящую от боевых магов мощь.

— Это будет славный бой, — торжественно произнёс горан королевской крови, размахивая своим зачарованным двухлезвийным топором. — Я предвкушаю достойное веселье, брат мой!

Я, конечно, радости от предвкушения такого «веселья» не испытывал, но раз уже мы ввязались в это дело, то смысла паниковать и портить Гарику настрой не видел.

— Повеселимся, — согласился я. — Куда ж мы денемся.

В прошлой жизни на работе, когда я лез в огонь, то не задумывался, какова в процентах вероятность того, что я смогу выйти из него живым. Я просто делал то, что должен был делать. Чувство долга, адреналин, банальное отсутствие времени на какие-либо раздумья гнали меня в огонь. Размышлять было некогда: либо ты идёшь и спасаешь, либо человек погибает.

И вот сейчас было что-то подобное. Я принял решение не раздумывая, потому что по-другому никак. Потому что нас всё равно догонят, и нам придётся драться. Либо нас перебьют на расстоянии заклятиями, что ещё хуже. И есть уж стало ясно, что избежать боя нельзя, то зачем оттягивать? И пусть у нас с Гариком шансов на победу было не больше одного из ста, но они были. А значит, я должен был верить, что мы победим. Сомнения в такой ситуации ничем не помогут, а вот навредить могут.

Единственное, за что я переживал — это за то, что мы с королевичем не сможем задержать всех врагов. Я допускал, что одна часть огневиков нападёт на нас, а другая — даже не остановится и продолжит погоню. Очень хотелось этого не допустить и в ситуации, когда на счету каждая секунда, хотелось задержать всех врагов. Пусть часть из них и ненадолго. Но, похоже, переживал я зря: огневики притормозили, их лошади перешли на шаг. Возможно, они решили, что мы собрались сдаваться или вступать в переговоры.

— Да валите вы уже побыстрее! — прикрикнул я на Вадима, который усадил Добрана, но сам в своё седло ещё не взобрался.

— Я могу помочь, — снова затянул свою песню беглый жених, чем окончательно меня разозлил.

— Быстро свалили, я сказал! — заорал я на Вадима и обратился к Гарику: — Надо постараться перекрыть всю дорогу хоть на минуту, чтобы эти тормоза смогли немного оторваться.

— Смогут, — уверенно заявил горан, он полез за пазуху, откуда извлёк большой амулет: сплющенную сферу из тёмного металла с вкраплением чего-то зелёного в центре, оплетённую золотой проволокой, и добавил: — Что ж, раз всё так складывается, то веселье придётся минут на пять отложить.

После этих слов Гарик с размаху бросил амулет прямо на дорогу между нами и приближающимися огневиками. Сфера ударилась о камень и в тот же миг рассыпалась: превратилась в зеленовато-серую пыль или, скорее, туман, который начал растекаться по земле перпендикулярно дороге в обе стороны от точки удара — не меньше десяти метров в каждую. Затем туман впитался в землю, и в следующий миг раздался неприятный громкий гул, почва дрогнула, и из неё начали вырастать каменные шипы — здоровенные, вытянутые, острые.

Огневики резко остановились. У лошадей заиграли ноздри, они мотали головами, всадники натягивали поводья и пытались успокоить зверей. Врагам повезло, что они замедлили скорость. И так несколько магов в плащах чуть было не выехали прямо в вырастающие шипы, но вовремя осадили коней, а на скорости могли и не успеть остановиться. А так успели. И с растерянностью смотрели на выраставшую буквально у них перед носом преграду.

Буквально через несколько секунд наших преследователей стало не видно: каменные шипы выстроились колючей стеной почти в два человеческих роста. Теперь огневиками оставалось либо обходить каменную стену по болотам, подступавшим к самой дороге, либо разрушать преграду. И я был уверен, что они выберут второе, так как на лошадях, в отличие от гусака, в болото лучше было не соваться.

— Что это, Гарик? — спросил я, не отводя взгляда от здоровенных каменных шипов.

— Это минута, которая тебе нужна, — усмехнувшись, ответил королевич. — Или даже целых пять.

— И много у тебя таких штук?

— Одна была.

Глядя на каменную стену и понимая, что мы теперь выиграем время — неизвестно сколько, но точно выиграем, я тут же расхотел драться.

— А чего ты сразу не сказал, что у тебя такой амулет есть? — спросил я. — Если он даст нам пять минут, мы могли бы тогда все попробовать ускакать. Посадили бы Добрана к Ясне, они оба лёгкие.