Чтение онлайн

– Были, – усмехается Люба, но я в ее голосе слышу лёгкую грусть.

– Ну, и какие?

– Да какая разница теперь?

– Просто интересно. Давай, колись.

– Что свадьба будет зимой, и будут сани и тройка лошадей.

Хера се! Непривередливая моя.

– А что так скромно? А где цыгане с медведем? – ухмыляюсь. – Да не, на самом деле прикольно, наверное. Кто-то на лимузине к ЗАГСу подъезжает, а кто-то на санях.

– А у тебя были по этому поводу мечты? – с интересом смотрит на меня Любимова.

Мысленно тяжело вздыхаю.

– Нет, – пожимаю плечами.

Потому что на самом деле – нет. Я понимал, что у меня обязательно когда-нибудь будет свадьба, а про то, какая она будет, я как-то и не задумывался.

– Наверное, я бы доверился выбору невесты, – добавляю, подумав немного. – У меня не такая богатая фантазия.

Когда мы заходим в магазин для кондитеров, у меня разбегаются глаза от обилия всяких декоративных посыпок, коробочек, свечек, фигурок. Тут и герои мультфильмов, и какие-то невероятные цветы из сахара.

– О, кот! – радостно взвизгивает Люба.

– Что? – оборачиваюсь.

– Да нет, Тимур! Смотри! – Любимова несется ко мне, сжимая в руках фигурки в прозрачных пакетиках.

Смотрю на ее ладошки.

В одной лежит маленькая невеста в белом платье и огромными синими глазами, в другой – рыжий толстый кошак в смокинге.

– Я не рыжий, – возмущаюсь. – И не толстый.

– Да какая разница? Кот ведь! Прикинь, как будет смешно?

– Обхохочешься, – недовольно хмыкаю, глядя на ее счастливое лицо.

– Ну давай возьмем! Ну, пожалуйста!

– Бери, – вздыхаю.

Если это ей поможет быть капельку счастливее, пусть развлекается. В конце концов, я все это и затеял ради нее.

Люба, подпрыгнув от переизбытка чувств, и разве что не взвизгнув, уносится обратно, а я закатываю глаза и выхожу на улицу покурить. Подумав, достаю телефон и гуглю прокат лошадей.

На следующий вечер мы с Любой снова едем в приют, чтобы повидать Катю. Целый день работали, как проклятые, чтобы освободиться в обед. Генерал пока молча закрывает глаза на то, что работа немного замедлилась. Но, я не представляю, как буду совмещать должность начальника с отцовством, и уже мысленно мирюсь с тем, что мне придется уйти на пенсию раньше, чем я планировал. Ну, или сложить полномочия, как минимум.

– Ма-ма! – тянет Катюля руки к… Любимке, а я, охреневая, смотрю на это дело. А я?

Недовольно поджимаю губы. Я уже как-то привык, что я у нее в фаворитах.

– Иди скорее ко мне, – подхватывает Люба ее на руки с рук воспитательницы. – Мы так соскучились!

– Ма-ма, – показывает Катя на меня своим маленьким пальчиком.

Вспомнила, наконец!

– Па-па, – поправляет ее воспитательница.

– Па-па, – повторяет Катюля, а у меня слабеют руки от неожиданности.

Растерянно смотрю на воспитательницу.

– Мы зря время не теряем, – улыбается она. – Сара очень смышленая девочка и быстро учится новому.

– Па-па, – снова зовет меня Катя и тянется ко мне.

Подхватываю ее на руки и смотрю во все глаза в ее маленькое доверчивое личико. Я уже как-то и не могу представить, что она – чужой ребенок. Моя.

– Я скучал, мамонтенок, – усмехаюсь.

– Ма-ма, – тут же оборачивается Катюля к Любе и показывает на нее пальчиком.

– Мама, – соглашаюсь.

– Алевтина Алексеевна сказала, что вы вернете ребенка к ужину?

– Да, нам разрешили до пяти часов ее забрать, – киваю.

Алевтина Алексеевна не разрешила забрать Катю на свадьбу, но разрешила нам побыть с ней сегодня с обеда до вечера. А вот потом, когда на руках будет свидетельство о браке, можно будет решать уже с проживанием. Спасибо и на этом, как говорится.

– Ма-ма-ма-ма!

– Ну, что ты вредничаешь? – пристегиваю Катю к креслу, а она всячески выкручивается из ремней. – Ты в курсе вообще, что штраф три тыщи? Ты хочешь отца своего под монастырь подвести? Где собака твоя кривая?

Любимова тянет Кате ее любимую мягкую игрушку и малышка немного успокаивается.

– Куда поедем? – прыгаю за руль и стягиваю с себя куртку, потому что взмок от напряжения.

– Может, поехали ко мне? – предлагает Любимка. – Мне же еще торт нужно сделать. А Кате поспать.

– Поехали. В игровую вечером сходим. – соглашаюсь. – Хоть в гостях у невесты побываю.

– Ма-ма, ма-ма! – страдает Катя на заднем сидении.

– Подожди, я к ней пересяду, – вздыхает Люба и отстегивает ремень.

– Смотри, что у нас тут есть? – воркует она на заднем сидении, успокаивая разбушевавшуюся Катюлю и доставая из пакетов все, что только можно, пока я толкаюсь в обеденной пробке. – Пирамидка!

– Ма-ма! – стонет мелкая. – Па-па!

– Терпи, Катюль, – усмехаюсь, бросая на нее взгляд в зеркало. – Тебе в этой штуковине скоро частенько придется кататься. Привыкай к тяжелой жизни.

– Па-па!

– А пюрешку хочешь или опять плеваться будешь? – продолжает плясать с бубнами Любимка, откручивая крышку с пауча. – Попробуй. Тут яблочко. А сок хочешь?

– Ооо, – попадаю в еще один затор и обреченно вздыхаю. – Люб, да отстегни ее, иначе у меня голова взорвется.

Любимова покорно вытаскивает Катю из кресла, и будто по волшебству мартышка успокаивается.

– Ма-ма, – изрекает уже совершенно другим тоном, в котором слышится веселье, и начинает приплясывать, стоя на коленях у Любимки и шурша пакетом.

Любуюсь на них в зеркало. Гармония. Кажется, эти две сложные женщины просто созданы друг для друга.

Люба, будто почувствовав, что я пялюсь на нее, поднимает взгляд на зеркало и я тут же отвожу глаза на дорогу.

Когда мы, наконец, добираемся до дома, Катя уже выворачивает из пакетов все, что только было можно и снова начинает капризничать.

– Это не женщина, это беда! – вылезаю из машины и подхватываю ее на руки, давая Любе возможность собрать пакеты обратно в кучу. Пока она возится, поднимаю Катюлю на вытянутых руках и тихонько подкидываю, а она хохочет. – Ты не Катя, ты – Сара Абрамовна.

– Она ж не еврейка, – усмехается Любимова из машины.

– Еврейка-еврейка, – щекочу хохочущую из последних сил Катюлю. – Хитрющая до невозможности.