Чтение онлайн

Занятий у Мальвины на вечер не было, и она просто отдыхала, лёжа на своей кровати и глядя в окно. Надо будет хотя бы своё любимое одеяло забрать.

* * *

А Артур впервые за две недели поехал домой один. Последние дни выдались достаточно шумными -- ведь у него не только всё это время жила Мальвина, но и приятели заезжали гораздо чаще -- помогали перестраивать быт с учётом того, что теперь в квартире поселилась ещё и волчица. А за год проживания в одиночестве он привык к тому, что и гости-то бывали редко. С друзьями обычно встречались на работе, в кафе или иногда вместе бегали на лыжах. Временами накатывала тоска, что и говорить. Особенно в выходные. Говорят, одиночество -- это когда ты ждёшь понедельника, чтобы выйти на работу. И порой бывало, что Артур действительно ждал понедельника.

Он купил эту квартиру три года назад, когда дом находился ещё на самом начальном этапе строительства. Аспирантам и молодым учёным тогда давали большие скидки -- институты покрывали часть расходов. Дом строили полтора года, потом ещё несколько месяцев ушло на неспешный ремонт, и вот, наконец, прошлой зимой Артур отпраздновал новоселье. Влад с супругой заехали чуть раньше -- всё-таки Лена настаивала, чтобы ремонт делался побыстрее.

А раньше, до того, как въехали в свои новые квартиры, они все трое жили в общежитии ИЯФ для молодых учёных. То общежитие было гораздо удобнее студенческого, оно представляло собой часть подъезда в обыкновенном жилом доме. Троица занимала двухкомнатную квартиру. Артур жил в комнате, что поменьше, Влад с Леной, соответственно, в той, что побольше. Общая кухня, прихожая и полноценная ванная комната. За ту плату, что с них просили, очень неплохо. Они собирались вместе почти каждый вечер, и ещё кто-нибудь часто приходил. Теперь же ребята хоть и жили в соседнем подъезде, но им не до посиделок -- маленький ребёнок. А ещё несколько человек из их компании уехали за границу -- кто в длительную командировку, а кто и на постоянную работу. То есть не совсем постоянную, обычно предлагались контракты на один-два-три года, но после них редко кто возвращался.

В общем, хоть Артуру и неплохо было отдохнуть в одиночестве после столь насыщенных двух недель с волчицей и компанией, в целом, он был рад, что Мальвина пока жила у него.

С этими мыслями он вошёл в подъезд и проверил почтовый ящик. Лежало уведомление о том, что пришло заказное письмо. Интересно, что там и от кого?

* * *

В субботу утром в блок Мальвины постучали. Она мордой открыла дверь своей комнаты, а сам блок помогла отпереть одна из соседок. В коридоре стояли мама и Фаечка.

– Это... ты -- Мальвина?
– спросила мама, как-то с недоверием глядя на волчицу.

– Это она, - ответила соседка.
– Проходите.

Мама с Фаечкой прошли в маленькую комнату, а второкурсница закрылась у себя.

– Да, Мальвина, как же так получилось?
– качала головой мама.

Сестра пыталась подёргать за хвост и за уши.

– Так больно тебе? А так больно? Ой, как волос много! А верхом сесть можно?

– Фая, угомонись!
– одёрнула мама.

А Мальвина подошла к доске и написала:

"Да, это действительно я - Мальвина".

– Ой, как же ты теперь... Что же делать?

"Мам, не причитай!"

– Да я бы переехала сюда, но не могу. И папа не сможет. И что же теперь делать?

Мальвина знала, что родителям переехать в Новосибирск было бы очень не просто. Оба работали на заводе инженерами-металлургами, в Новосибирске подходящей работы им не найти. И у обоих свои родители, совсем пожилые, которых тоже одних в городе не оставишь. Это даже и не обсуждалось в разговоре по "скайпу", Мальвина знала и так.

– Может, всё-таки вернёшься в Новокузнецк?
– предложила выход мама.

"Договорились же, что семестр доучусь".

Ох уж эта мамина привычка предлагать по несколько раз одно и то же.

– Ладно, ладно, доучишься, значит, доучишься.

"Спасибо".

– А ты точно хорошо работала, чтобы перевоплотиться назад? Преподаватель что говорит?

Мальвина тихонько взвыла. Этот вопрос тоже уже обсуждался, так же как и её возможный переезд обратно в Новокузнецк.

Мама рассказала, что им с Фаечкой выделили гостевую комнату на первом этаже. Потом насыпала Мальвине миску собачьего корма и налила воды. Корм в точности такой же, какой всё время давал Артур. Кроме собачьей еды в большом дорожном чемодане оказалась кое-какая одежда для собак и даже две пары обуви -- как пояснила мама, одна пара для улицы, а другая -- комнатные тапочки. Так волчий гардероб Мальвины немного пополнился.

После Мальвининого завтрака, все вместе отправились в столовую, чтобы мама с Фаечкой тоже могли поесть. Затем гуляли по лесу и улицам академгородка. Мальвина всё же покатала младшую сестру на спине, пока той не надоело каждые две минуты падать в сугроб. Нет, валяться в снегу, конечно, весело, но ездить на спине волчицы оказалось неудобно, да ещё и немного больно.

* * *

В понедельник у Сантьяго был назначен приём у ветеринара. Артур договорился, чтобы главный специалист по оборотням посмотрела ещё и Мальвину -- жалоб нет, но так, в целом, проверить. Мальвина ведь сама может и не знать, какие ощущения для волка нормальны, а какие нет. Зверинец привычно расположился в машине Влада на заднем сиденье, а у Артура мелькнула мысль, что, может, стоит им обзавестись служебной машиной или договориться с кем-нибудь по найму.

Дарья Фёдоровна приняла волчицу первой, и никаких отклонений у пациентки при осмотре найдено не было. Выписала направления на более детальные обследования, но больше в научных целях, чем в медицинских. Исследование усугублялось тем, что из человеческих снимков Мальвины за последние годы была доступна только флюорография, так что провести подробный сравнительный анализ, как в случае с Сантьяго, было бы затруднительно.

А вот разговор со вторым пациентом состоялся куда более серьёзный.

Дарья Фёдоровна поправила очки, поудобнее устроилась на стуле. Артур и Сантьяго в облике козла заняли стулья напротив. Мальвина вышла в холл, но конфиденциальности приёму это не прибавило -- волчица прекрасно слышала всё, о чём говорили в кабинете.

– Сантьяго, превращайтесь обратно в человека.

– Что, сразу?
– спросил за него Артур.

– Да, превращайтесь.

Сантьяго встал и проделал привычный ритуал, быстро вернув себе человеческий облик. Дождавшись, пока пациент усядется на своё место, ветеринар продолжила:

– Мы с коллегами проанализировали ваши снимки и поняли в чём причина вашего недомогания, Сантьяго. Дело в том, что козёл очень стар. Вам двадцать пять лет, а козлы столько не живут. Конечно, вы мало времени проводили в облике козла, он старел чуть медленнее. И, тем не менее, осталось вашему животному совсем немного. Сопоставление снимков показало, что мозг человека при перевоплощении немного подстраивается под новую форму черепа, но, в целом, во многом остаётся человеческим. Череп козла тоже слегка деформирован, чтобы вместить в себя человеческий мозг, но глазом это незаметно. Но с органами брюшной полости всё сложнее. Они сильно различаются у вас-козла и у вас-человека. Кое-какие связи есть, но, в общем, можно сказать, что с человеком всё нормально, а козёл давно уже работает на износ.

Она ненадолго остановилась, чтобы дать возможность Артуру перевести для Сантьяго то, что тот не понял по-русски. Затем продолжила:

– Боюсь, единственное, что мы можем предложить -- пересадку нескольких жизненно важных органов от молодого козла. Но это очень сложная операция, и нельзя с уверенностью сказать, как это отразится на вашем здоровье как человека -- органы козла и человека, есть основания считать, что они, по сути, одни и те же, просто при перевоплощении сильно трансформируются. А в случае трансплантации нам придётся их вырезать. Я уже не говорю о случае, если операция пройдёт неудачно. Попрощайтесь со своим козлом, Сантьяго. И настоятельно рекомендую вам больше не перевоплощаться. Если козёл умрёт, вы ведь не сможете превратиться обратно в человека. А случиться это может в любой момент.