Чтение онлайн

Из данного принципа вытекает следующий методологический вывод: если анализ объекта в своей развитой форме имеет полярный характер, то и синтез должен быть полярным, иначе будет нарушено единство анализа и синтеза. Это значит, что познать единство противоположностей как объекта, так и его атрибутов можно, только «пустившись в обратный путь» (Маркс) и мысленно синтезировав те противоположности, которые были получены в ходе анализа.

Каково же конкретное содержание тех противоположностей, на которые «раздваивается» («поляризуется») объект? Чтобы ответить на этот вопрос, необходимо рассмотреть конкретные случаи полярного анализа конкретных объектов в разных сферах познания и выделить то сходное, что есть в результатах такого анализа. Особое значение в этом отношении приобретает сравнительный анализ истории формирования научных теорий во всех сферах научной деятельности. Обобщение результатов такого анализа показывает, что наиболее сложными (наиболее «конкретными», по выражению Маркса) противоположностями, на которые «раздваивается» объект, являются явление и сущность. Это неудивительно, если учесть, что полное познание объекта складывается из описания и объяснения. Описание объекта есть познание его со стороны явления (так называемый феноменологический подход), а объяснение — познание со стороны сущности (так называемый нефеноменологический подход). Именно это обстоятельство имел в виду Платон (а вслед за ним и Аристотель), когда говорил, что «наука начинается с удивления». На несовпадение явления и сущности указывал также Гегель. Маркс резюмировал ту же идею так: «…если бы форма проявления и сущность вещей непосредственно совпадали, то всякая наука была бы излишня» [37] .

Следует обратить внимание на то, что атрибуты объекта при одинаковой общности обладают разной степенью сложности. Действительно, такие атрибуты объекта, как, например, явление и изменчивость, не могут иметь разную степень общности, ибо соответствующие понятия применимы ко всем без исключения материальным объектам, т. е. любой материальный объект, вообще говоря, является и изменчив. В то же время атрибут «явление» более сложен, чем атрибут «изменчивость», поскольку явление содержит изменчивость, но не сводится к последней. Например, переход тепла от участков физического тела с более высокой температурой к участкам с более низкой температурой (т. е. изменение температуры тела) есть некоторое явление. Но и состояние теплового равновесия (т. е. неизменность температуры тела) тоже есть некоторое явление. И переход тела из неравновесного теплового состояния в равновесное — тоже явление. Следовательно, явление в общем случае заключает в себе как изменчивость, так и неизменность.

Аналогично сущность и закон имеют одинаковую общность, но разную сложность. Сущность включает в себя закон, тогда как закон не охватывает всей сущности. «…Закон и сущность, — писал В. И. Ленин, — понятия однородные (однопорядковые) или вернее, одностепенные, выражающие углубление познания человеком явлений, мира…» [38] Например, при падении красного и зеленого световых лучей на поверхность зеркала между этими двумя явлениями обнаруживается определенное сходство: в обоих случаях угол отражения равен углу падения. Основанием этого сходства является взаимодействие падающей и отраженной электромагнитных волн. Но определенное основание имеется и у несходных черт этих явлений: основанием различия в цвете лучей является различие в длине электромагнитных волн. Следовательно сущность в общем случае заключает в себе как основание сходства (закон), так и основание различия.

Таким образом, благодаря различию по степени сложности атрибуты объекта не безразличны не только к природе самого объекта (взаимозависимость объекта и атрибутов), но и друг к другу (взаимозависимость самих атрибутов). Последнее означает определенную субординацию атрибутов (одни атрибуты обязательно входят в «состав» других). Другими словами, объективная взаимосвязь атрибутов существует до, вне и независимо как от знания о ней, так и от теоретической и практической деятельности субъекта. Содержание атрибутов зависит от характера этой взаимосвязи [39] . Она является универсальной и не может зависеть от специфики того или иного объекта. Если бы она изменялась при переходе от одного объекта к другому, изменялось бы и содержание атрибутов, а это означало бы, что они не являются таковыми, т. е. предположение о неуниверсальном характере взаимосвязи атрибутов (при условии, что под ней подразумевается их субординация) ведет к логическому противоречию.

Таким образом, противоречивость объекта и его атрибутов конкретизируется следующим образом: материальный объект представляет собой единство явления и сущности; все другие атрибуты (качество, изменение, закон, возможность, причинность и т. д.) характеризуют различные стороны (фрагменты) этих наиболее сложных атрибутов или же различные аспекты взаимоотношения между ними.

Из фундаментальности взаимоотношения явления и сущности следует важный методологический вывод: множество онтологических категорий (т. е. понятий, отражающих соответствующие атрибуты) не образует бессистемного, хаотического набора (как это может показаться на первый взгляд); в действительности эти категории являются результатом анализа явления и сущности или их синтеза. Поэтому онтологические категории, как правило, образуют полярные пары: движение и покой, качество и количество, возможность и действительность, случайность и необходимость и т. д. Это свидетельствует о том, что анализ явления и сущности (так же как и анализ объекта в целом) не останавливается на полпути, а доводится до «раздвоения единого на противоположности», т. е. имеет полярный характер.

Итак, содержание материального объекта весьма разносторонне: оно включает в себя явление и сущность, качество и количество, устойчивость и изменчивость, необходимость и случайность и т. д. Но в объективном мире не существует «явления как такового», в «чистом» виде, «сущности как таковой», «количества как такового» и т. д. В действительности существуют конкретные явления, конкретные сущности, конкретные количества и т. д. Поэтому понятие об объекте как таковом (атрибутах как таковых) является результатом обобщения конкретных индивидуальных объектов, обладающих атрибутами в их конкретной (особенной) форме. Следовательно, конкретный индивидуальный объект (эта галактика, этот муравейник, это государство) реализуется не просто через самосогласованную систему атрибутов, а через систему атрибутов в их «особенной» форме, т. е. через самосогласованную систему модусов.

Метафизический метод мышления предполагает, что число форм конкретных реализации объекта в целом всегда ограничено. Отсюда проистекает молчаливое допущение, что фундаментальные физические свойства, величины и законы, полученные в рамках данной исторически ограниченной практики, можно неограниченно экстраполировать и за пределы этой практики. Конкретно этот метод мышления проявляется, например, в убеждении, что любые сколь угодно сложные астрономические явления могут быть объяснены исчерпывающим образом с помощью известных физических законов. Однако, как показывает история науки, абсолютизация конкретных свойств, величин, законов и т. п. рано или поздно наталкивается на принципиальные затруднения, которые обнаруживают определенные границы применимости указанных свойств, величин, законов и т. п.

Принцип противоречивости объекта и его атрибутов предполагает следующее: объект как таковой [40] с его атрибутами (рассматриваемыми в общем виде) реализуется в объективном мире в виде неисчерпаемого разнообразия специфических индивидуальных объектов; при этом каждый из атрибутов в свою очередь реализуется в неисчерпаемом разнообразии специфических форм [41] .

Из указанного обстоятельства вытекает следующий методологический вывод: в ходе развития познания должна наблюдаться тенденция к неограниченному «расширению» объекта исследований, т. е. исследуемой «предметной области» [42] .

40

Под объектом как таковым подразумевается все то сходное и общее, что присуще всем без исключения конкретным индивидуальным объектам. Согласно принципу противоречивости объекта и его атрибутов, сходное и общее не могут существовать объективно, вне отдельного. Поэтому объект как таковой, в «чистом» виде есть абстракция, отражающая сходное и общее, существующее объективно в связи с единичным, т. е. как момент, сторона, аспект отдельного. Поэтому зависимость между понятиями материального объекта и материи можно представить схематично следующим образом:

Из этой схемы видно, что переход от индивидуальных объектов к общему понятию материи опосредован рядом промежуточных понятий. Одним из таких понятий и является понятие материального объекта как такового.

41

Неисчерпаемость материального объекта и его атрибутов является конкретным проявлением качественной неисчерпаемости материи (см. Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 18, с. 277; см. также: Мелю-хин С. Т. Проблема конечного и бесконечного. М., 1958; Свечников Г. А. Бесконечность (неисчерпаемость) материи. М., 1965; Сви-дерский В. И., Кармин Л. С. Конечное и бесконечное. М., 1966; Готт В. С. Удивительный, неисчерпаемый, познаваемый мир. М., 1974, и др.).

42

Следует обратить внимание на то, что к самим атрибутам как таковым (в том экстенсивном смысле, в каком оно применимо к мо-Дусам) понятие неисчерпаемости неприменимо. Дело в том, что при переходе от одного объекта к другому, как утверждал Энгельс, ни один из атрибутов не может быть утрачен, ибо противоположное заключение противоречило бы понятию «атрибут». Поэтому при переходе от одних видов материи к другим ни один атрибут не может быть заменен новым. О «неисчерпаемости» атрибутов как таковых кожно говорить лишь в интенсивном смысле, т. е. в смысле возможности бесконечного углубления (в ходе полярного анализа) в природу данных атрибутов.

Итак, дальнейшая конкретизация предмета диалектики состоит в следующем: в качестве такового выступает не просто объект с многочисленными атрибутами, а объект, реализующийся через единство взаимно противоположных и внутренне противоречивых атрибутов.

Для метафизического метода мышления характерно рассмотрение объекта преимущественно в стационарном состоянии. Последнее не исключает различных функциональных изменений в объекте, однако такого рода изменения имеют обратимый характер и не ведут к возникновению в объекте чего-то принципиально нового [43] . Диалектический подход в отличие от метафизического предполагает использование понятия развития [44] . Категория развития занимает в системе категорий диалектики особое положение: из всех категорий диалектики, отражающих атрибуты материального объекта, она является наиболее сложной, поскольку ее употребление предполагает использование всех других категорий. При этом главную трудность представляет вопрос: что такое развитие?

Под развитием в общем виде обычно подразумевают необратимое качественное изменение. Данные конкретных наук свидетельствуют о том, что существуют три главных типа такого изменения: 1) переход объекта из качественного состояния одной степени сложности в другое качественное состояние той же степени сложности (так называемое одноплоскостное развитие); 2) переход объекта из качественного состояния большей степени сложности в другое качественное состояние, меньшей степени сложности (регрессивное развитие); 3) переход объекта из качественного состояния меньшей степени сложности в качественное состояние большей степени сложности (прогрессивное развитие) [45] .

При анализе природных и социальных объектов на первый взгляд кажется, что эти различные типы качественных изменений не связаны между собой. Кроме того, существуют обратимые качественные изменения (например, некоторые преобразования элементарных частиц, атомов или молекул). Более глубокий анализ взаимоотношения различных материальных систем показывает, что между обратимыми, «одноплоскостными», регрессивными и прогрессивными качественными изменениями существует в конечном счете глубокая взаимосвязь. Например, многие неорганические объекты (элементарные частицы, атомы, молекулы, твердые тела,_ жидкости, газы и т. п.) не подвержены прогрессивному изменению, но они являются компонентами материальных систем (космических, биологических или социальных), где такие изменения имеют место.