ЖАНРЫ

На одинокой дороге
Шрифт:

Наверное, все же купец здесь жил. Слишком аляповато для графа. Но Эрик так внимательно и осторожно приглядывался не к дому и безвкусным горгульям. Вокруг бассейна-озера в наклонившихся позах сидели несколько скелетов. Человечьи, опять же волчьи. Человеческие маленькие, как Эрик уже видел на цветочном поле. Остатки обветшалой одежды лениво трепыхались по ветру. Все в разных местах, без какой-либо системы, но сидели у самого края и как будто внимательно изучали что-то в воде, не способные оторваться от зрелища ни на секунду. Вроде бы застывшие, как и полагается приличным скелетам, но как себя ведут на этом острове кости, Эрик уже имел возможность убедиться. То, что эти смирные, не значит, что они не вздумают двигаться, когда Эрик подойдет. И двигаться в его, капитана, сторону. И хозяйки способной окликнуть, рядом нет. Последнее, впрочем, и слава богу. До сих пор мороз по коже, когда её взгляд вспоминает. Хотя глаза у нее как раз красивые. Пронзительные, но вот красивые. И сама она, кстати… Эрик помотал головой. Куда-то не туда его мысли уходить начали.

Осторожно, как и все, что он делал на этом острове, он стал приближаться к озерцу и «костлявой» скульптурной композиции. Опять же, по-умному обойти бы это все, но… то по-умному. А его одолело детское любопытство — на что они все уставились?

Он осторожно ткнул пальцем один из скелетов. Волчий. Тот не шевелился. Эрик так же осторожно задел человечий скелет. С неприятным постукиванием с позвонков слетел череп, свалился в бассейн. Булькнуло. Эрик проследил за ним взглядом, вступил на бортик бассейна и, как и члены окружающей его композиции заглянул внутрь.

Невероятным образом дно бассейна подсвечивалось. Видно было, какое оно чистое, как и сама вода, что странно, учитывая, что находился бассейн в чистом поле. Регулярно чистят? Тогда кто?

Бассейн, или скорее искусственный пруд, широкий, но относительно неглубокий — футов десять, не больше. Самая обычная вода. Эрик пожал плечами и хотел уже идти дальше, решив, что эта загадка, одна из многих на этом острове, для него останется неразгаданной. Но чистоту воды испортил упавший в него лепесток. Эрик поднял голову. Лепесток упал с одного из деревьев, чьи ветки густо покрыты разноцветными цветами. Что вообщем-то не так странно, так как сейчас весна, но то, что цветы с одного дерева разноцветные — это уже удивительно. Меленькие, но и на них Эрик посмотрел искоса — успел невзлюбить цветы на этом острове.

Деревья были похожи на иву — многочисленные длинные ветки клонились к воде, но не достигали ее. В воду упал второй лепесток, третий, четвертый.

Посыпались гуще.

Эрик смотрел по сторонам. Со всех деревьев в воду сыпались лепестки. Вода тихо заколыхалась, подхватила их, закружила в легком танце. Разноцветные лепестки складывались в некое подобие узора, мозаику. На воде стала появляться отчетливая картинка.

Потрясенный Эрик, раскрыв рот, смотрел на все это, а потом заиграла музыка. Непонятно откуда она доносилась. Такое ощущение, что отовсюду. Играли свирель, что-то струнное, еще что-то, что плохо разбирающийся в музыке Эрик не мог распознать.

Вода продолжала колыхаться, лепестки заполнили поверхность всего озера. Преобладали темно-синие, и немного белых. Через минуту Эрик мог бы поклясться, что смотрит не в озеро, а заглянул в полное звезд небо, настолько точно колышущиеся на воде лепестки воссоздали его изображение.

А потом он услышал голос. Красивый, звонкий девичий голос, как и музыка, раздавался непонятно откуда, пел негромко, но каждое слово было отчетливо слышно, как будто невидимая певица находилась в двух шагах от него. Песня медленная, мелодичная.

Две звезды с ночного неба падали Твердо веря, что летят Говорить о чём-то надо ли? О любви молчат В пустоте небес им холодно Манит теплотой земля Удивительно свободная Реки, рощи и поля Звезды ждут, что будут поняты искрят Ещё миг — они сгорят

Волнующаяся вода с необыкновенной скоростью перемещала на своей поверхности лепестки, которые продолжали падать, добавляя цвета и меняя картины. Эрик наблюдал, как две звезды, падали по ночному небу сквозь туман, облака. Как розовыми лепестками осторожно обозначился рассвет. Падающие звезды потускнели и постепенно пропали. Постепенно стал преобладать желтый цвет. Озеро было холстом, на котором своей жизнью жила картина. Сквозь желтые нивы неубранных полей из глубины озера к Эрику шла сотканная из лепестков девушка. Это она пела.

Эрик вгляделся глубже, завороженный и картиной, и песней. В отдаленной части подсознания отметил, что принял такую же позу, как и скульптурная композиция скелетов вокруг. Но его это уже не волновало. Такие пустяки теперь были неинтересны. Какой невероятный голос, какая сказочная мелодия, какая красивая, изумительная картина перед ним. Как поразителен мир, в который он окунулся и отныне будет в нем всегда. Вечно! И это ли не счастье?! Больше не надо ничего искать, добиваться, все это беспокойно и совершенно не нужно. Можно наслаждаться…

Приятные мысли нарушил громкий, но уже знакомый стон, переходящий в кричащий выдох. Эрик поежился, но не более того. Такие пустяки его больше не волновали. Единственно — стон мешал наслаждаться песней…

Ты видел розы под дождем? Так посмотри, пока мы ждем Стучатся капли в лепесток, а он дрожит, а он намок Вода в цветах сверкает, вода шипы ласкает И я люблю, и любишь ты,… как любит дождь… цветы

… пела девушка. Ее образ не становился четче, хотя она приближалась. Удивительно, но там, в озере, на поляне роз, действительно шел дождь.

Снова раздался тяжелый выдох. Теперь ближе.

Эрик с трудом оторвался от зрелища и недовольно обернулся. Звук исходил с той стороны, откуда пришел Эрик.

Холм, откуда он спустился, был от него футах в ста пятидесяти. Эрик равнодушно посмотрел на цепочку собственных следов, тянущуюся от холма к озеру-бассейну, хотел отвернуться обратно, чтобы насладиться песней и зрелищем, но что-то его все-таки напрягло. Не сильно, но эта досада мешала сосредоточится на девушке из лепестков. На холме сверкнули два огонька. Два желтых огонька…

Да твою же ш!

Эрику показалось, что с его головы будто рывком сорвали мешок и он опять оказался в реальном мире. Отчетливыми стали звуки, в лицо дунул прохладный ветер.

Опять морок! Нельзя на этом острове ни к чему приближаться!!!

Музыка все еще продолжала играть, но приятный девичий голос раздавался, как будто издалека.

А с холма, по его следам, к нему двигалось что-то. Точнее сказать было нельзя. Судя по кричащим выдохам-стонам и желтым огонькам глаз, эта та самая тварь, что гонялась за ним по деревьям. Или она же или кто-то из ее сородичей. И если в лесу существо сливалась цветом с деревьями, то сейчас было песочно-земельного цвета, как и пейзаж вокруг. Разглядеть детали было невозможно. Только невнятный образ, слабые контуры. На четырех лапах и пригнув морду к земле, оно шло по следам Эрика. Его самого не видело. Эрик в оборванной одежде среди многочисленных скелетов был незаметен.

Тварь остановилась. Сверкнули глаза.

Бежать некуда. Козе понятно, что сразу догонит. Открытое пространство. А жив он только потому, что она его пока не видит. Ключевое слово — пока.

Эрик, не сводя глаз с преследователя, медленно, еще не осознавая, что делает, опустил одну ногу в бассейн. Только бы не всплеснуть!

Так же медленно опустил вторую ногу, напряг руки, чтобы тело не бухнулось и осторожно погрузился в воду. Тихо, стараясь не сильно потревожить воду, оттолкнулся от стенки бассейна, и спиной вперед вытолкнул себя подальше от края искусственного озера. Окунулся так, что из воды торчало пол-лица. Лепестки полезли в глаза, нос. Глубже не окунуться — дышать-то надо.

Поделиться с друзьями: