Чтение онлайн

О важности и семантике подарков, сувениров и цветов в гостеприимстве сказано немало. Только глубокое знание традиций и культуры того или иного народа не позволят современному человеку как в деловом, так и в светском общении создать неблагоприятную обстановку неуместным подарком или букетом.

Таким образом, для более тесного межкультурного взаимодействия современных людей, описание и раскрытие семиотики гостеприимства позволяет по-новому взглянуть на данное явление, а также выявить важные диахронические и синхронические связи разных традиций, наций и культур.

1. Традиционные и современные модели гостеприимства / сост. Монтандон А. и Зенкин С. Н. – М.: РГГУ, 2004. – 262 с.

2. Марков Б. В. Культура повседневности: учебное пособие. – СПб.: Питер, 2008. – 352 с.

3. Спенсер Г. История визита. – СПб, 1898. – 15 с.

4. Мосс М. Очерк о даре // Общества. Обмен. Личность: Труды по социальной антропологии. – М., Восточная литература РАН, 1996. – 155 с.

5. Даль В. И. Толковый словарь живого великорусского языка. Т. 1–4: Т. 1: А-З. – М.: А/О «Универс», 1994. – 912 с.

6. Ожегов С. И., Шведова Н. Ю. Толковый словарь русского языка / РАН; Российский фонд культуры. – 3-е изд., стереотипное. – М.: АЗЪ, 1996. – 928 с.

7. Байбурин А. К. Топорков А. Л. У истоков этикета. – Л.: Наука, 1990.

8. Этикет международного общения: учеб. пособие / Г. Н. Михалькевич. – Мн.: Книжный Дом, 2004. – С. 272.

9. Губанов И. Б. Культура и общество скандинавов эпохи викингов. – СПб.: Изд-во СПбГУ, 2004. – 142 с.

10. Питание в культуре этноса: Материалы Шестых Санкт-Петербургских этнографических чтений. – СПб.: РГПУ им. А. И. Герцена, 2007. – 180 с.

Понятие «субкультура» сформировалось в результате осознания неоднородности культурного пространства, ставшей особенно очевидной в урбанизированном обществе. Широкое использование этого термина в научной литературе приходится на 1960–70-е гг. в связи с исследованиями молодежных движений. Поначалу на первый план выступает приставка «sub» (т. е. «под»), обозначая скрытые, неофициальные культурные пласты господствующей культуры. В том же контексте, что и понятие «субкультура» использовалось и определение «контркультура». В культурологии и социологии оно рассматривается в двух значениях. Во-первых, оно обозначает социально-культурные установки, противостоящие фундаментальным принципам, господствующим в конкретной культуре. В отличие от субкультурных, контркультурные тенденции проявляются в тех ситуациях, когда локальные комплексы ценностей начинают претендовать на некую универсальность. Контркультура особенно ярко заявляет о себе в связи с социально-экономическими, политическими и культурными трансформациями, в период ломки устоявшихся норм и ценностей, которые приводят к потере идентификации. Во-вторых, вслед за Т. Рожаком и Ч. Рейчом, анализировавшими Студенческую революцию, это понятие отождествляется с конкретным культурным явлением, молодежной субкультурой 60-х гг. XX века, характеризуя идеологию и практику молодежного протеста против ценностей общества потребления, трудовой этики и технократической цивилизации. Критическое отношение к современной культуре и отвержение ее как «культуры отцов» выразилось в определении идеологии молодежи как разрушающей всякую культуру вообще, противостоящую культуре как таковой. Отсюда видно, что понятие «субкультура» первоначально обозначало явления, воспринимавшиеся как не– или внекультурные. Со временем, однако, оно получило иной смысл. Эстетика, этика, идеология молодежных сообществ получила признание как особая «молодежная культура». Необходимо отметить, что впервые этот термин употребил в 1950-е гг. (время «молодежного оптимизма», надежд, связываемых с творческой энергией молодого поколения) Т. Парсонс, представив ее как развивающуюся в противовес (в положительном значении этого слова) к ценностям взрослого мира (Парсонс 1997). Некоторые исследователи отмечают, что понятие субкультуры изначально подчеркивало принцип немассового характера своих объединений, закрытого от влияния общей культуры, а в современной ситуации это противопоставление базовой культуры и молодежной субкультуры исчезает. Так, молодежные движения представляют собой не столько жизненный стиль как таковой, а форму досуговой активности, то есть они оказываются включенными в общую массовую культуру. И современная массовая культура оказывается имманентной молодежной. К тому же трансформация социально-культурного содержания возрастной системы в постиндустриальной культуре приводит к тому, что современных подростков нельзя воспринимать только как «потребителей» (а именно эту черту выделяли в качестве одной из основных при характеристике подростково-молодежной субкультуры). Они на равных с представителями взрослой культуры являются «пользователями» и «производителями». В любом случае, возрастная субкультура или культура, вплетена в общую культуру, поэтому Ф. Тенбрук по отношении к молодежи употреблял понятие частичная культура: «Частичная культура предполагает самостоятельность… к которой либо активно стремятся, либо смиряются как с вынужденной изоляцией. Такая группа не может быть отделена от всего общества, но сохраняет по отношению к нему высокую степень самостоятельности и самоконтроля. Идентификация с обществом в целом происходит только косвенно, а именно через собственную группу, по отношению к которой сохраняются первичные обязательства» (Tenbruck 1962: 49). В дальнейшем заговорили и о других возрастных субкультурах (например, детской), отличающихся от официальной, но вполне реальных, со своими нормативными и символическими характеристиками. Это придало новую жизнь понятию «субкультура» в несколько измененном значении. Теперь оно прочитывается как обозначение «подсистемы» культуры, указывая на мультикультурный характер современного общества.

Кроме того, с развитием массовой культуры, индустрии досуга появляется и обозначение «культура для молодых» (Левикова 2004: 99), которое зачастую в обыденном сознании подменяет собой представление о «молодежной субкультуре», а на данный момент можно выделить и понятия «культура для детей», «культура для пожилых людей». Основные отличия этого понятия от термина «субкультура» таковы:

– субкультура создается самими ее участниками «для себя», для внутреннего пользования, а «культура для» инициируется некой инстанцией (педагогической, коммерческой и т. п.);

– субкультура – по большей степени закрытое, элитарное объединение, «культура для» – явление массовое, которое пытается охватить всех людей определенной возрастной группы;

– по этой причине, если субкультура рассматривается как отделяющая человека от базовой культуры, от общества, то «культура для» как феномен массовой культуры, удерживает его в рамках базовой культуры, которое навязывает общество;

– элитарность субкультуры проявляется в том, что некоторые ее формы могут быть понятны только посвященным, массовость «культуры для» доступна большинству, апеллируя более к биологическим, нежели к интеллектуальным потребностям человека.

Возрастная субкультура и культура для определенного возраста всегда существуют параллельно, оказываясь при этом вплетенными в ткань базовой культуры общества, и, соответственно, частичной культурой. Если первая необходима для самореализации человека, то вторая выступает как форма институализации и управления определенной возрастной группой, удерживая ее в рамках общей базовой культуры. На данный момент развитая индустрия потребления позволяет говорить не только о таком явлении, как «культура для молодых», но и выделить внутри массовой культуры «культуру для детей», «культуру для взрослых», «культуру для пожилых людей».

Появление одновозрастных объединений рассматривается как реакция представителей данных возрастов на низкий статус в обществе, проявляясь как в возрастных сообществах, еще не достигших возраста социальной зрелости, так и прошедших его. Таким образом, среди субкультур, основанных именно на возрастном признаке можно выделить детскую, молодежную и субкультуру пожилых людей, в наше время пенсионеров. Их осознание и изучение как особых культурных форм произошло относительно недавно, отражая перемены, произошедшие в обществе во второй половине XX – начале XXI века, однако представляется, что в вышеуказанных возрастных сообществах всегда существовала потребность в формировании собственного культурного поля. Однако наиболее явную, организованную и институализованную форму этот феномен приобрел в результате ускорения темпа социокультурных изменений при переходе от индустриальной к постиндустриальной стадии развития. Отсутствие возможности быть социально активными для детей, молодежи и пожилых людей вынуждает их объединяться. Однако, если у детей в силу специфики их социализации существование в группе сверстников институционально обусловлено, то участие в молодежном движении является в большей мере добровольным выбором и немалая часть молодых людей остаются в рамках традиционного пути социализации. Общность же пожилых людей формируется, скорее вынужденно, в силу не столько желаемой изоляции пожилых от общества, сколько общества от пожилых людей, особенно, когда это институционально организованно в виде домов престарелых и тому подобных объединений.

Понятие детской субкультуры возникло в последние десятилетия в связи с ростом гуманизации и демократизации общественной жизни: Организацией Объединенных Наций в 1959 г. принята «Декларация прав ребенка», 1979 г. объявлен Годом ребенка, в 1989 г. по инициативе Польши была принята Международная Конвенция о правах ребенка – все эти акты послужили поворотом общественного сознания от понимания ребенка как существа, лишь готовящегося стать личностью, к признанию самоценности детства в развитии общечеловеческой культуры и возможности участия детей в различных сферах общественной жизни.

Детская субкультура в широком значении обозначает все, что создано человеческим обществом для детей и детьми; в более узком – смысловое пространство ценностей, установок, способов деятельности и форм общения, осуществляемых в детских сообществах в той или иной конкретно-исторической социальной ситуации развития. В общечеловеческой культуре детская субкультура занимает подчиненное место, и вместе с тем она обладает относительной автономией, поскольку в любом обществе дети имеют свой собственный язык, различные формы взаимодействия, свои моральные регуляторы поведения, весьма устойчивые для каждого возрастного уровня и развивающиеся в значительной степени независимо от взрослых. Возникновение детской субкультуры как целостного историко-культурного феномена исследователи связывают с половозрастной стратификацией общества, уходящей своими корнями в глубокую древность, когда не прошедшие инициацию (особый обряд посвящения во взрослость) члены общины объединялись для осуществления совместных форм жизнедеятельности, тождественной взрослым (Иванова 2005: 35). С развитием человеческого общества эти формы все более автономизировались, переходя от прямого подражания трудовым, бытовым и ритуальным действиям взрослых к игре как особой непродуктивной форме активности, благодаря которой осуществляется управление собственным поведением ребенка, его ориентация в смыслах человеческой деятельности и отношений.

Молодежная субкультура неоднородна, включая в себя множество различных направлений, которые создают полифоничность и расширяют пространство для индивидуального и социального самоопределения и самореализации. Существует множество классификаций подобных групп. Критерием разделения выступает социально-правовой статус, направленность интересов и т. д. Возникновение молодежной субкультуры исследователи связывают с неопределенностью социальных ролей молодежи, неуверенностью в собственном социальном статусе (Сикевич 1990: 98). Ее сущность – поиск социального статуса. Посредством нее «упражняются» в исполнении ролей, которые в дальнейшем молодой человек должен будет играть в мире взрослых. В динамичных обществах семья частично или полностью утрачивает свою функцию как инстанция социализации личности, поскольку темпы изменений социальной жизни порождают историческое несоответствие старшего поколения изменившимся задачам нового времени. С вступлением в юношеский возраст подросток отворачивается от семьи, ищет те социальные связи, которые должны защитить его от пока еще чуждого общества. Между потерянной семьей и еще не обретенным обществом юноши и девушки стремятся примкнуть к себе подобным. Образующиеся таким образом неформальные группы обеспечивают им определенный социальный статус. Платой за это, зачастую, выступает отказ от индивидуальности и полное подчинение нормам, ценностям и интересам группы. Эти неформальные группы продуцируют свою субкультуру, отличающуюся от культуры взрослых. Ей свойственны внутреннее единообразие и внешний протест против общепринятых установлений.