Чтение онлайн

— Да, господин председатель, — вежливо поклонился в ответ Вил, давая понять, что он оценил прозорливость собеседника, — мы ведём расследование преступления, в котором были задействованы вот такие интересные патроны, — коррехидор предъявил гильзу и патрон.

— Уверен, вы в полной мере не представляете себе, насколько они интересны, — председатель сообщества коллекционеров надел очки, что свешивались на плетённом шнуре ручной работы, — пройдёмте в мой кабинет, господа. Вот уж не ожидал, что ещё раз увижу их. Если, конечно, это не другая именная партия, — бормотал он себе под нос, неся патроны бережно, будто те были сделаны из хрусталя.

Его кабинет нисколько не удивил Рику – об увлечении хозяина рассказывало разнообразное оружие, что украшало стены, — от старинных аркебуз и пищалей, виденных чародейкой лишь на картинках в учебниках истории, до современных ружей. Казалось, несколько разных эпох собрались здесь вместе. Вдоль стен притулились стенды, там под стеклом отдыхали всевозможные патроны в коробках и без, лежали пистолеты и револьверы. Одна витрина полностью была оккупирована кинжалами самой разной формы. Некоторые выглядели практически новыми, какие-то основательно подъела ржа, а от парочки вообще кроме рукояти и обломка лезвия не осталось ничего.

— Хочу вас обрадовать господин Окку, — коллекционер смотрел на Вила правым глазом, поскольку его левый глаз закрывала знакомая чародейке ювелирная линза, — вам в руки попали не просто заячьи патроны (а поскольку сюда вас направил многоуважаемый господин Бито, не сомневаюсь, что вы уже в курсе дела, относительно Хаширу и Носаги, и я не стану утомлять вас пересказом информации, коя известно любому уважающему себя оружейнику), — он сделал многозначительную паузу, — это – юбилейные патроны. Не знаю, заметили ли вы мелкую надпись, что украшает закраину и кольцевую проточку совершенной по пропорциям и гармонии шляпку гильзы?

Вил слегка разочаровал его подтверждением, что буквы и цифры они видели, но не смогли понять из значение.

— Всё очень-очень просто, — просиял, обрадованный хотя бы частичной не информированностью собеседников старичок, и снял линзу, — данные патроны принадлежат к одной из юбилейных серий, каковых за всё время деятельности «Бегущего зайца» насчитывалось три. Первая, — он многозначительно загнул один палец, — посвящалась рождению наследного принца в королевском семействе. Вторая – другой палец был столь же многозначительно загнут, — их совместному пятидесятилетию. Видите ли, Хаши и Носа, как их принято называть в кругах знатоков, были одногодками, даже одномесячниками, если мне так позволено будет выразиться. Отмечали рождение в один и тот же месяц. Они отпраздновали общий юбилей и выпустили по этому случаю партию юбилейных же патронов, на коих была выгравирована дата, собственно, этого самого юбилея. И третья партия — самая, прошу заметить, ценная, была выпущена в третьем году эпохи Гармонии струй, она ознаменовала двадцатилетний итог совместной деятельности наших героев. К сожалению, — Чигасу покачал головой и печально посмотрел на свои пальцы, — они тогда и не подозревали, что всего через несколько месяцев скоропостижная кончина настигнет Хаширу, а его друг в знак скорби закроет производство и не выпустит более ни одного чудесного заячьего патрона.

— Весьма занятная история, — заметил Вил, — как я понял, наши патроны относятся к одной из этих особенных партий. Вы можете сказать, к какой именно?

— Естественно, мне необходимо лишь свериться с записями, ибо память моя уже не столь остра, как в былые годы, — председатель уселся за стол, на его носу вновь обосновались его очки в тонкой золотой оправе, а перед ним легла солидных размеров книга в кожаном переплёте с тиснением в виде некоего герба или знака, заключённого в круг. Рика подумала, что это, должно быть, — герб их сообщества, потому как для родового знака-мона изображение было чересчур уж вычурным.

Старичок осторожно листал плотные страницы с какими-то записями. Наконец, нужная была найдена, и палец господина Чигасу заскользил по столбцам.

— Я так и думал, — проговорил мужчина за столом после того, как ещё раз поглядел на надпись на ободке гильзы, — это последняя партия юбилейных патронов. Самая редкая, смею вас заверить, и самая дорогая. Понимаете, часть патронов попросту израсходовали в своё время, часть утерялась. Ведь слава к Хаширу и Носаги пришла лишь на семьдесят третий год после смерти Носаги. При их жизни заячьи патроны не пользовались особым успехом. «Зайцев» почитали чудаками, которые в поисках неизвестных достоинств своих патронов забывают про обычные принципы производителя: делай хорошо и дёшево. Какими-какими, а вот дешёвыми заячьи патроны не были никогда. Не говоря уж о юбилейных сериях. Хаширу и Носаги заявляли, будто бы в их пороховом заряде содержится алмазная крошка, обработанная алхимическим способом. Не знаю, правда ли это, только выстреливают эти патроны безупречно, и по сей день не зарегистрировано ни единой осечки. Так-то.

— Это всё очень познавательно и любопытно, — вежливо проговорил коррехидор, — однако ж, мы надеялись, что вы, господин Чигасу, сможете просветить нас поводу нынешних счастливцев, в чьих коллекциях имеется подобная драгоценность.

— Конечно, конечно, — тонко улыбнулся мужчина за столом, — я догадался. Раз пара драгоценных патронов находится в руках главы Королевской службы дневной безопасности и ночного покоя, и один из них – уже выстрелил, речь идёт о преступлении. «Вечерний Кленфилд» разразился статьёй о неожиданном смерти в Королевском оперном. Поскольку мне хорошо известен револьвер, которым владеет театр, а его калибр как раз совпадает с патронами Хаширу и Носаги, я делаю вывод, что именно сие преступление вы и расследуете.

Вилохэд подтвердил предположение, не упустив случая воздать должное логике собеседника.

— Так вот, — сказал господин Чигасу, — десять лет назад коробка юбилейных «заячьих» патронов ушла с молотка на аукционе за сто рё. И купил её господин Хигеми – богатый промышленник. За ним практически всё сталелитейное производство Артании, и он — страстный коллекционер, владелец одной из лучших в Артании коллекций огнестрельного оружия. Хигеми разом перебил все ставки и получил заветную, нераспечатанную коробку юбилейных патронов Хаши и Носы, и прошу заметить, коробку из последней серии! Каждая коробка и содержащиеся в ней патроны имели свою собственную отдельную маркировку. Могу заявить со всей ответственностью: у вас в руках патроны из коллекции господина Хигеми.

— Великолепно, — воскликнул коррехидор, — спасибо. Нам осталось лишь посетить этого господина.

— Боюсь, сие вам не удастся, — покачал головой председатель, возвращая драгоценные патроны, — Хигеми скончался лет шесть или семь назад.

— И кому коллекция принадлежит на данный момент?

Господин Чигасу пожал плечами:

— Поскольку ничего из экспонатов Хигеми не продавалось, скорее всего коллекцией владеет вдова или же дочь. Насколько помню, у него была единственная дочь. Он всё сокрушался, что некому будет передать производство, — снова привычная пауза, — адреса их я не знаю, да и зачем? Ваша служба прекрасно с этим справится сама.

Вил ещё раз поблагодарил за содействие, попрощался со всей приличествующей случаю церемонностью, и они ушли.

Адрес богатого сталелитейного магната Турада нашёл за десять минут, и коррехидору с чародейкой предстоял очередной визит.

— Что за странное расследование? – сетовал Вил, — когда улица, которая должна была их привести прямо к цели, оказалась разрытой по случаю починки городской канализации, — только и делаем, что ездим и ходим по разным адресам, разговариваем с разными людьми, а даже приличного подозреваемого до сих пор не имеем.

Дом промышленника прятался в глубине ухоженного сада. Ворота отворил солидный дворник в фуражке с каким-то неопределённым значком, долженствовавшим придавать ему солидность и сходство с формой. Провожать гостей он не стал, указав лишь на прямую, обсаженную кустами сирени аллею.

— Какая госпожа Хигеми? – переспросила открывшая им дверь служанка с вечно сердитым лицом, — вы, видать, господа, ошиблись! Я служу господину и госпоже Утидо! Никаких Хигеми я не знаю, нету тут таких! – заявила она громким голосом.