Чтение онлайн

Я молча молился, прося удачи. Собрание акционеров должно было состояться на следующий день, и если я сейчас не освобожу мистера Франко и не завладею чертежами станка Пеппера, все пропало. Чтобы осуществить задуманное, я должен был проникнуть в дом, который занимали Кобб и Хаммонд. В прошлом мне доводилось проникать в чужие дома, но с гнездом французских шпионов я имел дело впервые. Я был уверен, что они приняли особые меры, вплоть до ловушек, чтобы защититься от непрошеных гостей, и не хотел рисковать. Поэтому мне нужна была помощь тех, кто уже раскрыл тайный код.

Свернув на Спарроу-стрит, я остановился и огляделся по сторонам. Даже те, кто был хорошо со мной знаком, вряд ли узнали бы меня в эту минуту. Я прижался спиной к зданию, надвинув шляпу на глаза и спрятавшись в тени, что было несложно, поскольку тень была повсюду вокруг. Не было еще и десяти часов, и на улице было бы совершенно темно, если бы не свет из окон домов или от фонарей проезжающих экипажей. И хотя улицы нельзя было назвать безлюдными, случайный прохожий или кучер кареты не могли быть для меня большой помехой. Во всяком случае, я на это надеялся.

Я достал из кармана кошелек и уронил его, специально выбрав камень, к которому не пристала грязь или снег. Как я и рассчитывал, несколько монет с мелодичным звоном высыпалось из кошелька.

Через мгновение я был окружен не менее чем дюжиной темных фигур.

— Отойди от кошелька, старый козел, не то испробуешь моего сапога.

— С превеликим удовольствием отойду, — ответил я, — тем более что это не мой кошелек, а твой.

Я поднял голову и посмотрел прямо в лицо уличного мальчишки по прозвищу Кривой Люк.

— Будь я проклят, — сказал другой мальчишка. — Не иначе тот самый парень, что надавал пару раз этому задавале Эдгару!

— Он самый, — сказал Кривой Люк и внимательно осмотрел меня, словно лакомство, присланное в подарок врагом, который неоднократно пытался его отравить. — Значит, звон монет был приманкой. Так, что ли?

— Так, — признался я. — Мне надо с тобой поговорить. Можешь поговорить и делать что захочешь. Можешь помочь мне, можешь отказаться. Кошелек все равно твой.

Кривой Люк кивнул одному из своих товарищей, сопливому мальчугану, которому на вид было не больше семи или восьми. Когда тот подошел ближе, я увидел, что он старше, но очень худой. Он рванулся вперед, схватил кошелек и вернулся на место.

— Мы тебе нужны для чего-то? — спросил Кривой Люк.

— Нужны. После нашей первой встречи я спросил у вашего приятеля Эдгара, почему он так вас ненавидит. Он сказал, что вы воры — можете залезть в дом и вылезти непойманными.

Мальчишки засмеялись, громче всех смеялся Кривой Люк.

— Да, это ему не по душе, — согласился Люк. — Это выводит его из себя.

— Они очень гордятся тем, что их дом неприступен, — сказал я с намеком.

Люк понимающе кивнул.

— Точно. Мы стащили парочку вещей, спорить не буду, но скорее ради забавы. Больше не получалось — они всегда дома, да еще любят палить в нас из мушкета почем зря. Но мы все равно устраиваем рейды, словно дикари-индейцы, и они не знают, как мы к ним попадаем.

— Мне нужно пробраться внутрь, — сказал я, — и я хочу узнать ваш секрет.

— Но это же наш секрет.

— Это так, но у меня тоже есть парочка секретов. Может, обменяемся?

— А что за секреты?

Я улыбнулся, так как понял, что он заинтересовался.

— Мистер Кобб уехал. Мистер Хаммонд тоже скоро уедет. Не сомневаюсь, что через день после исчезновения мистера Хаммонда придут кредиторы и приберут дом к рукам. Но если кое-какие сметливые молодые люди будут знать, когда точно действовать, они смогут гулять по дому и брать, что им захочется, безнаказанно.

Люк переглянулся с парой своих товарищей.

— Вы не врете?

Я протянул Люку карточку.

— Если вру, знаешь, где меня найти. Я дам тебе пять фунтов, если я вру. Я пришел просить вас о помощи, молодой человек, и надеюсь, что вы не оскорбите мое великодушие неверием.

Он кивнул.

— Я кое-что о вас знаю, — сказал он. — У меня нет причин думать, что вы врете, а если ошибаетесь, обещайте исправиться. Так что я принимаю ваше предложение.

Он обернулся к товарищам, они серьезно покивали. Я не льстил себе надеждой, что они согласились с оценкой Люком моего характера. Скорее они сгорали от нетерпения прибрать к рукам ценности богатого дома.

— Так ты мне покажешь? — спросил я.

— Ага, покажу. И надеюсь, вы не так уж дорожите одеждой, что на вас надета, а то скоро она будет совсем негодной.

Человек, который, как я сам, совершил побег из самой знаменитой тюрьмы в Лондоне, вряд ли станет огорчаться, если порвет бриджи, зацепившись за гвоздь, или испачкает руки гарью. Больше всего я боялся, что тайный ход, подходящий для мальчишек, окажется слишком узким для взрослого мужчины, но мои опасения не оправдались. Люк повел меня к небольшому дому по соседству с Коббовым. Я сразу понял, что это пансион, чистый и респектабельный, куда оборванцев вроде моего приятеля Люка на порог не пускали.

— А теперь слушайте меня внимательно, сэр, так как это наш фокус, и, если вы его испортите, вам несдобровать. Мы пользуемся им уже несколько месяцев, и хозяин заведения ни звука от нас не слышал. Обещаете ступать осторожно?

— Обещаю.

— Так когда дом опустеет?

— Завтра к заходу солнца, — сказал я, — если все пойдет, как я думаю, мистер Хаммонд, Эдгар и все, кто имеет к этому дому хоть какое-то отношение, будут в бегах и сюда не вернутся. Конечно, — добавил я, — если никто из них не попадется мне на глаза сегодня.

— А если все пойдет не так, как вы думаете? — спросил Люк.

— Тогда мне придется вмешаться. Стоит мне кое-что шепнуть об их секретах, и с ними будет покончено.

— Вы насчет того, что они французские шпионы? — спросил Люк.

Я открыл рот от изумления.

— Откуда ты знаешь?

— Не забывайте, я ведь был в этом доме. И я кое-что видел и кое-что слышал. Да и буквы я знаю.

В пансионе имелась дверь, ведущая в подвальный этаж. Я мог бы справиться с замком, но он оказался старым и нехитрым, и я позволил Люку открыть его в знак уважения к нему как хозяину территории. Люк дал мне на удивление краткие и четкие инструкции. Путь был свободен, он попрощался, и мальчишки тотчас исчезли из виду.

Оказавшись в подвале, я закрыл за собой дверь и по просьбе Люка снова запер, чтобы хозяева ничего не заподозрили. Потом сел на ступени и сидел там минут десять, ожидая, пока мои глаза не привыкнут к темноте. Сквозь щели в дверях проникало немного света, и, присмотревшись, я смог различить ориентиры, которые мне дал Люк.

Я спустился по ступеням и начал осторожно двигаться по грязному полу погреба. В дальнем углу, как было обещано, я обнаружил старую ветхую полку, на которой ничего не стояло, кроме таких же старых керамических кувшинов. Я снял кувшины и легонько потянул полку на себя. За ней была дыра в стене, о которой сказал Люк, прикрытая доской.