Чтение онлайн

Инна посмеивалась, то и дело вспоминая отрывки.

– А это правда? Ну, насчет официанта и уборной? – спросила она.

– Ах, это, ну да, – вспомнил Андрей. – Я так и спросил, где, говорю, тут у вас туалет? Он посмотрел на меня как на идиота и сказал: там вон, прямо и направо, только, говорит, туда нельзя, занято, там сейчас бокалы моют!

– Так и сказал?

– Слово в слово! Я еще спросил, а не в сливном ли бачке все это происходит? А он подмигнул и говорит, что ему все равно, хоть бы и там, мое дело, говорит, принести еду и счет. В общем, девочка моя, до апрельского номера «Кулинара» это заведение считалось одним из лучших, как там сейчас дела обстоят – не знаю. А вообще я рестораны недолюбливаю, ты сидишь за столиком и ничего не знаешь, где и в чем моют бокалы, что добавляют в еду, помыли руки повара после туалета или они их вообще никогда не моют… Мне бары нравятся, Инн. Вот бутылка, вот стакан, все видно. Максимум, что может произойти, – не дольют.

– Ты на себя наговариваешь, – сказала Инна.

– Что ты имеешь в виду?

Андрей перевернулся на бок и посмотрел ей в глаза. Какие же у нее глаза!

– Ну, – сказала Инна, подперев голову ладонью, – ты ведь не алкоголик вовсе и пьешь как все, зачем ты говоришь все время про бары и все такое?

– Я только тебе это говорю, хочу, чтобы все плохое ты знала сразу.

– Ну какая разница?

– Большая, Инна, большая… Я вообще никому ничего о себе не рассказываю, просто подумал, что стоит сказать тебе все сразу… Не знаю, что я сейчас говорю и зачем. Я…

– Тс-с, – сказал она. – Ничего не говори… длинные пальцы обвили шею, она прижалась сзади всем телом, теплое дыхание врезалось в спину. Перед тем как заснуть Андрей успел ухватить аромат ее фруктовых духов вперемешку с запахом тела, уголки губ поневоле поднялись. «В такой позе можно умирать», – подумал он и закрыл глаза.

Утро началось неважно. За стеной работали перфоратором, да так громко, что разговаривать не представлялось возможным, даже используя мегафон. Андрей услышал, как с треском хлопнула входная дверь.

– Что за люди, не могут начать попозже! – послышался голос Инны.

Андрей встал, надел штаны и без майки прошел на кухню.

– Доброе утро Андрюша, как спал, как… – страшный звук адского сверлильного механизма прервал речь девушки; она стояла лицом к Петрову и пыталась закончить начатое предложение в стиле «рыба старается заговорить».

Спустя минуту звук опять стих.

– Привет, детка, что это за мудак там за стенкой?! – сказал Андрей, воспользовавшись паузой и скорчившись от боли в ушах.

– Это сосед, видимо, решил стенку сломать, ненормальный какой-то!

– Ты к нему ходила, да?

– Да! Толку – ноль, дверь никто не открывает!

– Я сейчас, – сказал Андрей, прошел в спальню, надел рубашку и быстро вышел навстречу шуму из преисподней.

За железной дверью не утихали звуки апокалипсиса, только по сравнению с шумом в квартире это были мелочи жизни. Стук в дверь ничего не дал. Андрей прошел к щитовой и отключил все автоматы злополучной квартиры. Тут же все стихло, будто на концерте «Рамштайн» отключили электричество. Примерно через минуту в коридоре показался здоровенный мужик в порванной майке и с сигаретой, зажатой в больших желтых зубах. Он уставился на Андрея, затем перевел взгляд на открытый ящик,

– Это как понимать?! – спросил мужчина, делая большущую затяжку, как это обычно делают военные и таксисты.

– Что вы имеете в виду, дорогой сосед?

– Ты, клоун, мне стенку до обеда сломать надо, включи автоматы и иди на…й отсюда!

Андрей сделал вид, что возвращает выключатели в исходное положение.

– Вы мне не поможете, похоже, заело, – сказал он.

Мужик выплюнул сигарету, в два шага подошел к щиту, попробовал потянуть за пластиковую ручку выключателя. Андрей ударил четко в челюсть. Здоровенное тело рухнуло, мужик вдруг тяжело задышал, начал сопеть, глаза его налились кровью, хотя скорее это была водка с томатным соком.

– А теперь слушай внимательно, придурок, – сказал Андрей, присев на корточки. – Стену свою будешь ломать чуть позже, когда мы уйдем по делам, и в следующий раз будь добр сообщить о начале работ, все понял?

Не дождавшись ответа вовремя, Андрей дал под дых верзиле и повторил вопрос взглядом.

– Да понял…ть, понял! Ай, сука, спортсмен, что ли?

Андрей переступил через огромное тело в грязной полосатой майке, прошел обратно в квартиру Инны и закрыл за собой дверь.

– Андрей, ты где был?

– Знакомился с соседями.

– Ну что, достучался?

– Да, милые люди. Пара. Ремонт делают своими силами, вроде неплохо получается. Сказали, что в следующий раз обязательно предупредят о начале работ.

– Отлично, спасибо тебе! Я-то думала, что наркоманы заехали или алкаши какие-нибудь, ну, знаешь строителей этих. Ты чай будешь?

– С удовольствием! – ответил он. – Ты не видела телефон?

– На зарядке, сел он у тебя похоже. Там тебе твой друг Штейн звонил, я не поднимала трубку и будить не стала, ты так сладко спал. Или надо было, да? Вдруг что-то срочное, ты же теперь большой человек?!

Инна улыбнулась, поправила волосы и закинула ногу на ногу, обнажив красивые бедра.

– Поверь, моя девочка, если бы я понадобился Штейну срочно, телефон бы звонил столько, что стоял бы на подзарядке вечно.

Петров потянулся за кружкой ароматного горячего чая, и тут же завибрировал телефон. «Саша Штейн» – светилось на экране.

– Алло, привет! Как чувствует себя Том Круз?

– Привет и тебе, Том Круз в полном порядке, кстати, а почему именно он, а не Аль Пачино или кто там вам, старикам, больше нравится?!

Штейн хмыкнул. Он ненавидел шутки по поводу возраста, это было единственное, чем можно было обидеть сорокапяти летнего тунеядца, которому, правда, отчаянно везло.

– Как прошла ночь?

– Ладно, ты ведь не за этим звонил, Саш?

– Угу, – ответил Штейн и чиркнул зажигалкой. – Я тут придумал название всей этой нашей новой махины.

– Не понял?

– А что тут понимать? Медиахолдинг «Мой город»! Просто, ясно, узнаваемо и коррелирует со всеми названиями.

– Чего? – спросил Андрей

– Ну, короче, вяжется с радио с этим долбанным и телеканалом НОСОВСКИМ.

Андрей закинул в рот ломтик банана, кусок яблока, быстро прожевал, запил чаем.

– Слушай, Сань, а идея хорошая. Я тебе позвоню, еще подумаю сегодня, потом обсудим, ладно?

– И еще, – сказал Штейн, – задание на логотип я уже дал, помнишь мою знакомую художницу?

– Это та, которая рисовала для журнала?

– Ну да, сказала, подумает, чего-нибудь накидает за пару дней. Ладно, Андрюша, целуй ее там за меня, Инну свою. – Штейн заржал и отключился.