Чтение онлайн

Такие двуручные чаши часто попадаются в этом шестом городе, и они оставались в употреблении в Этрурии многие века. Похожие чаши можно увидеть во всех этрусских коллекциях. Форму сделанных от руки двуручных чаш (рис. 1382 и 1383) также можно видеть в почти всех коллекциях этрусской керамики.

Двуручные чаши этой особой формы в Греции не встречаются, но, судя по всему, именно они дали грекам идею их кантара и скифа, которые, конечно, выглядят гораздо более утонченными и по форме и по материалу, но все-таки несколько похожи на эти сосуды. Эти две чаши также очень часто находят в этрусских погребениях более позднего времени. Г-н Джордж Деннис, который воспроизводит два образца их, пишет [234] : «Самыми обычными чашами в Этрурии были кантар и скиф. Кантар был двуручной чашей, посвященной Дионису (Плиний. XXXIII. 53; Макробий. Сатурналии. V. 21); обычно на расписных вазах эту чашу изображают в руках бога. Саму эту чашу редко находят украшенной росписью, по крайней мере в Этрурии, где она обычно бывает из простой черной керамики. Предполагается, что ваза получила свое имя из-за какого-то сходства с формой жука , но более вероятно, что оно произошло от одноименной лодки или судна» [235] .

На рис. 1384 – большая, тяжелая одноручная чаша или сосуд. На рис. 1385 – сосуд, возможно кубок, грубо сделанный в форме лошади или, что более вероятно, собаки (как полагает профессор Вирхов); носик, который находится на месте хвоста, соединен с горлышком ручкой. Его можно сравнить с изображенным на рис. 1391 фрагментом сосуда – возможно, чаши в форме головы животного с двумя рогами. Я полагал, что это может быть голова лошади; однако, поскольку рогатая лошадь прецедента не имеет, профессор Вирхов полагает, что она может изображать молодого самца косули или даже жирафа. Профессор Сэйс заметил, что эта голова животного имеет поразительное сходство с вазами с головами животных, которые финикийские данники привозили египетским царям XVIII династии и изображали на памятниках. Кубки, кончавшиеся головой лошади, очень часто встречались у этрусков, и г-н Деннис [236] отождествляет их с греческим кубком, именовавшимся «ритон», который, согласно Теофрасту [237] , подавали только героям. Однако особенность данной головы в том, что она имеет отверстие по длине и носик во рту. Таким образом, она могла служить только носиком кубка; такой вид сосуда неизвестен; возможно, у него было другое, более крупное отверстие, через которое его можно было легко заполнить, поскольку было бы трудно заполнить сосуд через узкий носик в голове. В берлинском Меркишес-музеуме находится два несколько похожих кубка в виде рогов, один из которых заканчивается головой животного. Несколько ваз с лошадиными головами находятся в коллекции древностей из Кьюзи в Британском музее.

Рис. 1391. Фрагмент терракотового сосуда в виде лошадиной головы. (Примерно половина натуральной величины. Найден на глубине от 6 до 8 футов)

На рис. 1386 – небольшая сделанная вручную ваза с тремя выступами; на рис. 1387 – пряслице с прочерченным орнаментом. На рис. 1388 – донышко вазы с прочерченным орнаментом. На рис. 1389 – сделанная вручную ойнохоя с горлышком-трилистником. Сосуды такой формы, лишь с незначительными изменениями, были найдены также в Этрурии – это лекиф [238] с горлышком-трилистником. На рис. 1390 – сделанная вручную ваза с выступом, снабженным по вертикали отверстием для подвешивания с каждой стороны. Вся эта керамика – из той же самой темной глины, что и предшествующие сосуды. Из той же глины и замечательный сосуд с рис. 1392, который имеет форму баранки с тремя ножками. У него одна ручка, и, возможно, он служил кубком. Сосуд похожей формы, обнаруженный в гробнице в Камире на Родосе, находится в Британском музее. Из двух похожих сосудов, найденных на Кипре, один находится в Британском музее, другой – в Лувре в Париже. По форме этих чаш-бубликов, которые встречаются множество раз среди керамики лидийского поселения в Гиссарлыке, возможно, произошел греческий и этрусский сосуд-арибалл [239] : он имел ту же форму с той лишь разницей, что ножек у него не было и носик находился сбоку от круговой трубы.

Рис. 1392. Замечательный терракотовый сосуд в виде баранки с тремя ножками. (Примерно 1:3 натуральной величины. Найден на глубине 6 футов)

Кубок с рис. 1393, который изображен вверх ногами, принадлежит к шестому, лидийскому городу, что доказывает его глина, его цвет и материал. Хотя только несколько сосудов такой формы были найдены в этом городе, они по меньшей мере доказывают, что она была в употреблении и здесь. Таким образом, очень возможно, что эта форма кубка существовала еще и во времена Гомера и что именно этот тип двуручной чаши он и называет . Но если мы сравним эту грубую, массивную чашу с изящными кубками той же формы из третьего, сожженного города, то увидим, что это – чудовищная деградация.

Рис. 1393. Двуручная чаша ; изображена здесь вверх ногами. (2:5 натуральной величины. Найдена на глубине около 6 футов)

На рис. 1394 – грушевидная одноручная ойнохоя с коническими выступами по обеим сторонам тулова. Если мы сравним этот кувшин или ойнохою с кипрскими ойнохоями или кувшинами из доисторических городов на острове Фера (Санторин), на большинстве из которых по обеим сторонам горлышка изображен человеческий глаз, то мы убедимся, что этот конический выступ на данном кувшине (рис. 1394) не может значить ничего иного, кроме грубого изображения человеческого глаза. На рис. 1395 – кувшин с носиком на тулове, возможно бутылочка для кормления ребенка.

Рис. 1394. Ойнохоя с одной ручкой. (1:4 натуральной величины. Найдена на глубине 9 футов)

Рис. 1395. Кувшин с носиком на тулове. (1:4 натуральной величины. Найден на глубине 9 футов)

На рис. 1396 – чаша с орнаментом из вертикальных выпуклых насечек вокруг тулова и лентой косых насечек, заполненных белым мелом, вокруг шейки; дно выпуклое. Слева у этого сосуда большой сломанный выступ; это доказывает, что, как и у многих чаш и сосудов в предшествующих доисторических городах, он был соединен с другой чашей в точности той же формы. Похожий сосуд, состоящий из двух соединенных чаш и украшенный геометрическими насечками, находится среди древней керамики, которая, как говорят, была найдена под слоем серого вулканического туфа близ Марино [240] .

Рис. 1396. Чаша с вдавленным орнаментом, заполненным белым мелом. Она относится к сосуду, другая часть которого отбита. (1:4 натуральной величины. Найдена на глубине 6 футов)

В этом лидийском городе все еще использовались вазы с вертикальными отверстиями для подвешивания на шнурках, поскольку, помимо вазы с рис. 1390, я могу указать на образцы с рис. 1397 и 1398, которые снабжены подобными отверстиями; оба украшены грубо прочерченными зигзагообразными линиями.

Рис. 1397. Ваза с прочерченным орнаментом и двумя трубчатыми отверстиями для подвешивания. (1:4 натуральной величины. Найдена на глубине 13 футов)

Рис. 1398. Ваза с прочерченным орнаментом. (1:4 натуральной величины. Найдена на глубине 29 футов)

На рис. 1399–1404 – грубые двурогие головы змей из слегка обожженной тусклой темной глины, которая свойственна этому городу. Эти рогатые головы змей, по-видимому, были древним и значимым, очень важным лидийским символом, поскольку даже сегодня в Троаде сохранилось суеверие, согласно которому рога змей, просто прикоснувшись к человеческому телу, излечивают множество болезней и в особенности эпилепсию; а также что, если их макнуть в молоко, оно немедленно превратится в сыр; есть и другие поверья того же рода. Из-за того, что змеиным рогам приписывается столько целебных и полезных свойств, им придается огромная ценность, и одного из моих рабочих завистливый товарищ как-то обвинил в том, что тот нашел два рога змеи и сбежал с ними. Все мои уверения в том, что змеиных рогов в природе не бывает, не могли убедить этих людей, и они все еще думают, что их приятель украл у меня величайшее сокровище.

Рис. 1399. Фрагмент двурогой змеи из терракоты. (Примерно половина натуральной величины. Найден на глубине от 8 до 10 футов)

Рис. 1400, 1401. Головы рогатых змей. (Возможно, рис. 1400 изображает хобот слона.) (Примерно половина натуральной величины. Найдены на глубине 12 футов)

Рис. 1402. Голова змеи с рогами по обеим сторонам и с очень большими глазами. (Примерно 1:3 натуральной величины. Найдена на глубине 18 футов)

Рис. 1403, 1404. Голова гадюки из терракоты (с двух стороны). (Примерно 1:3 натуральной величины. Найдена на глубине 12 футов)

Голова змеи, изображенная на рис. 1403 и 1404, судя по всему, изображает ядовитую гадюку. Я обращаю особое внимание на выступы справа и слева от головы, похожие на рога. У этой головы надо ртом несколько точек, и голова и спина разделены проходящими через нее линиями на секции, которые заполнены точками. На противоположной стороне – линии, идущие по длине, наподобие женских волос. Заслуживает особого внимания то, что никогда не было найдено ни одной такой рогатой змеиной головы, которую по материалу и исполнению можно было бы отнести к любому из предшествующих доисторических городов. Форма этих змеиных голов заставляет меня думать, что они служили ручками для ваз. Это, судя по всему, доказывает форма образца на рис. 1400, который, в отличие от всех ваз, найденных в Гиссарлыке, имеет отверстие по горизонтали; ни одного другого предмета с горизонтальным отверстием найдено не было. Однако ваза с горизонтальным отверстием встречается среди керамики из Марино [241] . Профессор Вирхов обращает мое внимание на своеобразную форму образца на рис. 1400, который, по его мнению, больше напоминает слоновий хобот, чем змеиную голову.

Вазы или ручки чаш с довольно хорошо вылепленными головами коров или быков с длинными рогами часто встречаются среди керамики лидийского города. Одну из них я воспроизвожу на рис. 1405. Я не буду пытаться решить вопрос, была ли здесь, как и в Микенах, коровья голова символом или изображением Геры; но поскольку коровья голова встречается здесь так часто и всегда на ручках ваз, то я предполагаю, что это объясняет «двурогие» ручки ваз, которые в таком огромном количестве находят в Италии от области по ту сторону реки По до Абруццо. Далее, их находят в озерных жилищах в областях Мантуи и Виченцы, в террамаре Эмилии, в погребениях и на полях области Болонья, в погребениях Вольтерры и в полях в долине Вибраты. Большая чаша с тремя выступами и ручкой с двумя такими рогами также была найдена под фундаментом дома на Эсквилине близ церкви Святого Евсевия в Риме; однако это пока первый образец такой «рогатой» вазы, найденный в Лации. Таким образом, хронологически в террамаре Эмилии он относится к бронзовому веку, а в озерных жилищах по ту сторону По – возможно, к каменному; однако в могилах и на полях в области Болоньи и в погребениях Вольтерры он принадлежит к первому железному веку; в полях Абруццо – к бронзовому веку и также к бронзовому веку – на Эсквилине [242] .