Чтение онлайн

– Чего ты хочешь? – Спросила я, удивляясь собственному спокойному тону.

Одиночество с Исайей придало мне даже больше уверенности, чем когда я огрызнулась на Кейда. И это завораживало. Нервы всё ещё сжимали живот, но часть меня жаждала того электрического разряда предвкушения, что он во мне вызывал. Стоя здесь, в темноте, я вдруг осознала: с той самой секунды, как он появился в Святой Марии, он разбудил что–то глубоко внутри. И я гналась за этим ощущением, даже не понимая, пока не понимая. Нравилось ли мне, как ёкало в животе от его взгляда? Нравилось ли спорить с ним? Думаю, да. Нравилось видеть его реакцию.

Исайя тихо рассмеялся – мои губы сами растянулись в ответ. Затем он запрыгнул на край стола, длинные ноги в чёрных джинсах болтались в сантиметре от пола.

– Ладно, Хорошая Девочка. У меня к тебе предложение.

Я фыркнула – удивление мелькнуло на наших лицах.

– Предложение? – Закатила глаза, но тут же сжалась, будто тени прошлого хлестнули меня. Прочистила горло, опускаясь на табурет у своего стола. Неужели я закатила глаза? В прошлый раз за это меня жестоко наказали.

– Хмм, – протянул он, пряча улыбку. – Мне нравится, что ты не терпишь моё дерьмо. Ты, пожалуй, единственная девушка, на которую не действует моё обаяние.

Ну и самоуверенность! Я обдумала его слова, положив руки на художественный стол. Натянула рукава ещё ниже, сжав пальцы на ткани, чтобы они не дрожали. Дело не в том, что его обаяние на меня не действовало – действовало. Просто я не знала, что с этим делать. Я не умела флиртовать. Хотя… Мне и не стоило флиртовать с ним. Я не поддамся его чарам.

– Кто сказал, что ты обаятельный?

Лицо Исайи расплылось в улыбке, на щеке появилась крошечная ямочка, и я застыла, рассматривая её. Ладно, допустим. Может, он и обаятельный – по крайней мере, ямочка точно.

– Ты… – он ещё раз окинул меня взглядом, ямочка всё ещё была на месте, – очень интересная, Джемма.

Я проигнорировала комплимент, потому что даже не знала, как реагировать.

– Ты разобрался с блогом? Удалил все, как я просила?

Ноги Исайи перестали болтаться, улыбка исчезла.

– Ты боишься, что дядя узнает?

Я резко подняла голову – прядь волос прилипла к губе. Смахнула её, заметив, как Исайя уставился на мой рот, прежде чем произнёс: – О, да. Я тоже могу подслушивать, Хорошая Девочка.

Я дёрнулась назад. – Перестань так меня называть.

Он театрально поднял ладони, и на резком лице вновь появилась усмешка. Даже через всю комнату я видела озорной блеск в его глазах.

– Ладно, ладно. Перестану… – он сделал паузу, – если…

Я хрипло фыркнула, опустив голову.

– Надо же, условие. – Так всегда.

Его голос прорезал тишину.

– Перестану, если сделаешь мне одолжение.

Я осторожно спросила: – Какое?

Он пожал плечами: – Для начала… займись со мной. Репетиторством.

Я сморщила нос.

– Репетиторством?

Он кивнул, отводя взгляд.

– И иногда… прикрывай меня. Невинная ложь, ничего серьёзного.

Я отпрянула, вцепившись в рукава.

– Хочешь, чтобы я врала для тебя? Это что за одолжение?

Я не понимала. На секунду мне показалось, он снова издевается. Может, хочет проверить, куплюсь ли на его красоту и наглость, как другие. Может, ждёт, что я стану его послушной куклой. Но взгляд, полный почти безумной надежды, выдавал: он серьёзен.

Он хотел, чтобы я врала за него?

Зачем?

Исайя

– Ты серьёзно? – Спросила она, совершенно ошарашенная. Джемма оглядела комнату, её волосы раскачивались из стороны в сторону, прежде чем взгляд снова упал на меня. – Зачем мне врать за тебя? И кому?

Она закатила свои прекрасные зелёные глаза – те самые, что сверкали даже без света, словно сами были его источником.

– Это шутка. Да? Ты проверяешь, есть ли у тебя власть надо мной, потому что ты горячий и обаятельный. – Последние слова сорвались с её губ с явным отвращением, затем она вскочила и бросила на меня грозный взгляд. Пробормотав что–то про «испытание», добавила: – Отстань, Исайя. У меня нет времени на это.

Я спрыгнул, сапоги гулко стукнули об пол, пока я бежал за ней. Джемма была миниатюрной, поэтому её шаги не могли опередить мои.

– Подожди! – Крикнул я, обхватив её за талию сзади. Она ахнула, когда я захлопнул тяжёлую дверь другой рукой. – Я абсолютно серьёзен, – прошептал я на ухо, приблизившись так, что её тепло окутало меня, словно одеяло.

Она вырвалась из объятий и проскользнула под моей рукой, паника застыла в её чертах. Я прищурился. Чёртовски сложно было её раскусить. То она вела себя робко и невинно, то закатывала глаза и сыпала оскорблениями.

– Я не могу тебя понять, – сорвалось у меня шёпотом. Честно, я даже не планировал говорить это вслух.

Джемма отодвинулась так далеко, что между нами могла бы поместиться целая команда по лакроссу. Она обхватила себя за тонкую талию.

– Зачем мне врать за тебя? И кому? – Её левая бровь взметнулась, губы сжались. – И по каким предметам?

Я не сдвинулся с места, давая ей пространство, которого она так жаждала после моего вторжения в её личную зону комфорта.

– По всем. После тренировок по лакроссу тебе нужно будет заниматься со мной в библиотеке после отбоя. – Она открыла рот, чтобы возразить, но я поднял руку. – Директор уже согласился написать нам разрешение на случай вопросов.

Джемма задумалась, её пальцы вцепились в рукава ещё сильнее. – У нас даже нет общих предметов.

Я наклонил голову, шагнув ближе. – У нас есть искусство.

Она фыркнула.

– Как я могла забыть? Ты затолкал меня в подсобку в первый же день.

Вот она. Та самая огненная девчонка, которая волновала меня больше, чем хотелось признать, вернулась так же внезапно, как исчезла. Я шагнул к ней, пока она громко вздыхала.

– Я не могу заниматься с тобой и уж точно не буду врать. – Она отступила на шаг.

Надежда рухнула и сгорела вокруг меня.

– Почему?

Она заёрзала, переминаясь с ноги на ногу.