Чтение онлайн

В воздухе повисла тишина, звенящая, как натянутая струна. Андреас смотрел на меня, и я видела, как в его глазах умирает надежда. Он понимал, что мы сейчас по разные стороны баррикад, и эта пропасть непреодолима. Он медленно опустил руку с лампой. Тень скрыла его лицо, оставив лишь силуэт.

— Уходите, — глухо произнес он, отступая в сторону от двери. — Но знайте: на рассвете я подниму тревогу. Я обязан. Я капитан стражи, пусть и будущий. У вас есть время до восхода солнца. Потом... потом я буду охотиться за вами.

— Справедливо, — кивнул Лютобор. Он не стал благодарить. В мире воинов такие уступки не требуют слов.

Я задержала взгляд на Андреасе еще на секунду. Мне хотелось что-то сказать, попрощаться, может быть, даже пожалеть его. Но слова казались лишними. Он сделал свой выбор. Я — свой.

— Прощай, Андреас, — бросила я и шагнула в темный зев потайного хода, ведущего в канализацию. Я не оглядывалась.

Спуск вниз напоминал погружение в брюхо гниющего чудовища. Воздух здесь ощущался тяжелым, влажным, пропитанным зловонием нечистот и разложения. Каменные стены сочились слизью, а под ногами хлюпала отвратительная жижа. Свет магического кристалла, который я активировала, выхватывал из темноты ржавые решетки, кучи мусора и блестящие глаза крыс, разбегающихся при нашем приближении.

Лютобор шел первым, держа меч наготове. Я видела, как он морщится, переступая через завалы, как его рука иногда дрожит, но он упрямо двигался вперед, сверяясь с какими-то своими ориентирами.

Мы шли долго, петляя по лабиринту стоков, которые, казалось, тянулись под всем городом. Это была изнанка блистательного Казакограда — грязная, вонючая правда, скрытая под мрамором площадей.

— Тихо, — вдруг бросил Лютобор, останавливаясь и поднимая кулак. — Впереди движение.

Я прислушалась. Сквозь шум капающей воды пробивался странный звук — скрежет, чавканье и низкое, вибрирующее рычание. Дар тут же отозвался вспышкой тревоги. Впереди, в темноте коллектора, пульсировали сгустки искаженной энергии. Холодные, голодные, чуждые.

— Гневы, — прошептала я. — Низшие, скорее всего анчуги. Падальщики. Они пришли на запах отходов.

— Значит, прорываемся, — Лютобор перехватил меч удобнее. — У нас нет времени искать обход. Держись за моей спиной, Гаяна. Не лезь на рожон.

Они вынырнули из темноты внезапно — серые, склизкие твари, похожие на освежеванных собак с непропорционально длинными конечностями. Пятеро тварей, глаза которых светились мутным зеленым светом, а из пасти торчали острые, как иглы, зубы. Первый прыгнул молча, целясь Лютобору в горло.

Удар.

Меч наставника свистнул в воздухе, и тварь, разрубленная пополам, шлепнулась в жижу. Черная кровь брызнула на стены. Но остальные не испугались. Они набросились скопом, пытаясь задавить числом. Лютобор двигался экономно, скупо. Он был ранен, истощен, но его мастерство никуда не делось. Каждый выпад — смерть. Каждый блок — спасенная жизнь.

Одна из тварей проскользнула под его защитой и кинулась ко мне. Я не стала хвататься за кинжалы. Вместо этого я выставила руку вперед и выпустила импульс. Не атакующий, не огненный. Я ударила чистой эмоцией — спокойствием. Ледяным, абсолютным спокойствием, которое для существа, сотканного из ярости и голода, было подобно яду.

Анчуг завизжал, его движения стали вялыми, словно он попал в кисель. Ауру твари начало рвать на куски. Она замерла в полуметре от меня, и в этот момент Лютобор, развернувшись, снес ей голову одним точным ударом.

— Неплохо, — выдохнул он, стряхивая черную слизь с клинка. — Но их здесь может быть больше. Бегом!

Мы бежали. Скользили по грязи, задыхались от смрада, отбивались от одиночных тварей, которые пытались нас преследовать. Казалось, этому кошмару не будет конца. Но постепенно воздух начал меняться. Сквозь зловоние пробился запах сырой листвы, хвои и тревоги.

Решетка на выходе была сорвана с петель — видимо, кто-то или что-то уже воспользовалось этим путем. Мы выбрались наружу, в овраг, заросший кустарником, далеко за пределами городских стен. Ночное небо над нами пульсировало болезненным, фиолетово-багровым светом. Звезды казались тусклыми и далекими, словно мир накрыли мутным стеклом.

Я упала на траву, жадно глотая свежий воздух. Лютобор опустился рядом, опираясь на меч как на трость. Он тяжело дышал, его лицо посерело от усталости, но глаза цепко сканировали лес.

— Мы выбрались, — прохрипел он. — Теперь двинемся на север. К Донскому тракту, потом свернем в леса. Если поторопимся, к утру будем далеко.

Я хотела ответить, согласиться, подняться и бежать. Но в этот момент гигантский колокол ударил где-то глубоко под землей, и вибрация прошла сквозь кости. У меня перехватило дыхание. Мир на мгновение потерял краски. В голове взорвалась ослепительная вспышка боли, а затем пришло ощущение Зова. Тягучего, мощного, непреодолимого.

Меня накрыло острым ощущением опасности. Я чувствовала, как где-то там, в глубине Диких земель, ткань реальности истончается, рвется под напором колоссальной силы. Изнанка не просто стучалась в двери — она вышибала их ногой.

— Гаяна? — голос Лютобора доносился сквозь вату. — Что с тобой? Ты ранена?

Я медленно подняла голову. Головная боль отступала, сменяясь ледяной ясностью. Я посмотрела на небо, где фиолетовые сполохи становились все ярче, закручиваясь в спираль.

— Мы не пойдем на север, — произнесла чужим, отрешенным голосом. — Мы не можем бежать, Лют.

— О чем ты? — он нахмурился, пытаясь поднять меня. — Погоня будет здесь через пару часов. Нам потребуется укрытие.

— Ты не чувствуешь? — я повернулась к нему, и он отшатнулся. Я знала, что сейчас мои глаза светятся тем же жутким светом, что и небо над нами. — Он идет. Великий Всплеск. Он начнется не через месяц, не через неделю. Он начнется сейчас. Сегодня.

Лютобор замер. Он посмотрел на горизонт, где над лесом начинало разгораться зарево, похожее на пожар, только холодный и мертвый.

— Изнанка, — выругался он грязно, витиевато. — Проклятье... Если это Всплеск, то бежать бесполезно. Он накроет все земли до самого Дона.

— Нет, — я поднялась, чувствуя, как сила внутри меня резонирует с происходящим. Я была частью этого хаоса, и только я могла его остановить. — Есть один шанс. Эпицентр. Разлом еще не открылся полностью. Он только формируется. Если мы доберемся туда... Если я доберусь...

— Ты хочешь идти туда? — Лютобор указал мечом в сторону разгорающегося фиолетового ада. — В самое пекло? Мы едва живы, Гаяна! Это самоубийство.

— Если мы сбежим, погибнут все, — я посмотрела на далекие стены Казакограда. Там спали люди. Там находился Андреас. Там же оставались те, кто меня предал, и те, кто даже не знал о моем существовании. — Городища не выдержат. Купола рухнут. Я чувствую силу Владыки. Он голоден, Лют. И он идет сюда.

Лютобор молчал. Он смотрел на меня, на зарево, на свой окровавленный меч. Я видела, как в нем происходит борьба. Здравый смысл кричал «беги». Инстинкт выживания вопил «спрячься». Но честь... Та самая честь, которую он считал потерянной, шептала другое.