Чтение онлайн

— Над чем ты смеёшься, красавчик? Тюки сена вон там. Приступай к работе. — Эмметт указывает на сарай, фактически отмахиваясь от Триппа, и идёт за ним.

И я смотрю, как они уходят.

Часть меня удивлена тем, что Трипп появился здесь сегодня. Это заставляет меня задуматься о том, что я знаю его не так хорошо, как мне казалось.

Может быть, Гвен была права.

И, может быть, у меня никогда не будет возможности сказать ей об этом.

•••

С высоты птичьего полёта мне хорошо видны разрушения. И хотя обычно я летаю относительно спокойно и собранно, сегодня у меня сердце в пятки ушло. Я так нервничаю, что, даже пристегнувшись, едва могу усидеть на месте.

Когда я взлетел с взлётно-посадочной полосы, Гвен всё ещё не было видно. Я ещё раз связался с общественным центром, попросил других пилотов следить за её грузовиком, а затем направился к самолёту пожарной службы и приступил к работе.

Я ничего не могу сделать, не зная, где она, и ощущение того, что ситуация вышла из-под контроля, — один из моих худших кошмаров.

По крайней мере, если я помогаю, значит, я что-то делаю. Потому что, боже, мне действительно нужно что-то делать, чтобы не сломаться.

С этой высоты я вижу, какой ущерб нанес пожар. Он распространился по склону горы, через долину и перекинулся на соседнюю гору. Он огибает склон, подбираясь к главной дороге, ведущей в Роуз-Хилл и из него.

Я не знаю точно, на скольких гектарах мы сейчас находимся, но, уединившись в своей кабине, я тихо ругаюсь, признавая про себя, что это больше, чем я думал. Всё намного хуже, чем я себе представлял.

Мне следовало бы поработать над непрямой атакой, чтобы создать нам преграду от огня. У нас есть четкие приказы — план. Создадим буферную зону, чтобы замедлить распространение.

Но впервые в жизни мне наплевать на ответственность. Я сосредоточен только на одном — и это не работа. Это Гвен.

Я не могу работать, пока не найду её. Чёрт, я едва могу дышать, и это никак не связано со зловещим покровом дыма. Я могу думать только о том, чтобы хорошенько рассмотреть дом Клайда и понять, там ли она.

Это не входит в стратегию, которую мы с Дейлом обсуждали перед тем, как напасть на гору.

Но, по правде говоря, я готов всё сжечь, если это поможет её найти.

Если Гвен пропала, всё остальное не имеет значения.

Проверив дорогу вдоль шоссе, я поддаюсь интуиции и поворачиваю самолёт к вершине горы, зная, что мне не придётся лететь далеко, чтобы хорошо рассмотреть владения Клайда.

Двигатель гудит, а сиденье трясётся, пока я лечу низко над горящими кустами и тлеющими углями. Я вижу синюю жестяную крышу, которая венчает небольшой бревенчатый дом Клайда, и наклоняюсь вперёд, чтобы как можно быстрее увидеть его.

Похоже, что многое из того, что окружает дом Клайда, сгорело дотла. Земля почернела. Деревья превратились в пепел... но не его дом. Двор, окружающий его, чудом удержал огонь.

Мои конечности словно налились свинцом, и я ловлю себя на том, что молюсь о ещё одном чуде. Глаза лихорадочно бегают, пальцы крепко сжаты.

Я подхожу ближе и вижу это.

Её грузовик.

К горлу подкатывает тошнота, и мне приходится бороться с желанием выпрыгнуть из самолета, чтобы добраться до неё. О чем она только думала?

Я опускаюсь ниже, надеясь увидеть её, желая в равной степени и встряхнуть, и крепко обнять.

Я делаю один заход над домом, понимая, что противоположная сторона обгорела не так сильно. Похоже, что территория вокруг ручья в задней части его владения пострадала меньше.

Затем я замечаю её — серебристо-светлые волосы, собранные в высокий хвост. Я резко разворачиваюсь и возвращаюсь, чтобы обойти участок, и по тому, как она прикладывает руку ко лбу, понимаю, что она меня видит.

Меня одновременно охватывают облегчение и страх. Я нашёл её. Но она в ловушке. Участок со всех сторон окружён пламенем.

Я лихорадочно осматриваю местность в поисках места, где можно приземлиться. Я хочу спуститься туда и вытащить её сам, но это бесполезно, и я это знаю. Там слишком густой лес. Здесь негде посадить самолёт.

Взяв рацию, я вызываю подкрепление. Я сообщаю свои координаты и рассказываю ребятам, что на эвакуированной территории оказалась заперта мирная жительница.

Через несколько секунд я получаю подтверждение, что поддержка с воздуха уже в пути.

Я начинаю продумывать план, как вывести её с территории. По рации подтверждают, что они готовы отправить спасательный автомобиль в обход блокады в том направлении. Как только путь будет свободен, они войдут в зону и сопроводят её вниз.

Наблюдая за приближающимися на радаре метками других самолётов, я отгоняю страх, который сковывает мои вены, и все наихудшие сценарии, которые проносятся в моей голове.

Если им нужен свободный путь, чтобы вывести её, я сам его проложу.

ГВЕН

После долгой и тревожной ночи, проведённой без сети, с неудаляющимся из-за непоколебимого пожара, препятствующим моему бегу, я перестаю ругать себя за импульсивность и эмоциональность и смотрю на самолёт надо мной.

Меня охватывает надежда. Как будто прыгаешь в прохладную воду в жаркий день. Это успокаивает, освежает, на глаза наворачиваются слёзы.

— Баш, — бормочу я, прижимая руку ко лбу и глядя на низко летящий над головой самолёт с логотипом провинции.

Облегчение, которое я испытываю при виде того, что, как я знаю, принадлежит ему, огромно и не похоже ни на что из того, что я чувствовала раньше.

Загрузив в свой грузовик все вещи, которые хоть немного напоминали мне о Клайде, я провела всю ночь, настраивая разбрызгиватели и шланги на участке Клайда в отчаянной попытке спасти его дом.

Я думала, что после засушливой весны деревья превратились в труху, но трава была такой же сухой. Пока я не начала её замачивать.

В какой-то момент я поняла, что, если мне придётся спасаться бегством, я смогу спуститься вниз по ручью пешком, и это приведёт меня в противоположную от пожара сторону. Но это было бы рискованно. Телефонная связь не работает, и я понятия не имею, куда иду, а ведь всё, что мне нужно, — это изменить направление ветра... и тогда за мной погнался бы чудовищный лесной пожар.

Когда я попыталась вернуться по дороге, которая вела сюда, я обнаружила, что огонь распространяется с обеих сторон. Я поняла, что если я заеду в тупик или наеду на поваленное дерево, то окажусь в ещё более затруднительном положении, чем сейчас.