Дикая карта
Шрифт:
Он заканчивает разговор, когда я заворачиваю за угол. Я киваю ему, и он сразу переходит к плохим новостям.
— По всем признакам, ситуация дерьмовая. И ночь была тяжелой. Им пришлось несколько раз отступать. Эти деревья вспыхивают, как спички — на сорок футов в высоту.
Я кривлюсь. Нет ничего хуже, чем свист и треск иссохшего дерева, поглощаемого пламенем, чтобы почувствовать себя совершенно беспомощным.
— Я подготовлюсь и проверю, готовы ли остальные парни. У нас теперь ещё и большой танкер, да? — спрашиваю я.
Он сверяется с часами и кивает.
— Приземлится минут через тридцать.
Я с облегчением вздыхаю. Мы оба знаем, что это изменит всё кардинально. Самолет такого размера может зачерпнуть чертовски много воды из озера. Это действительно идеальный вариант.
— Хорошо. Я соберу своё снаряжение, — говорю я, хлопаю его по плечу и разворачиваюсь, чтобы уйти.
Имея в запасе немного времени перед вылетом, я решаю заехать на ферму Уэста и проведать их. Всё, что я знаю, это то, что Эммет прибыл ранним утром, и они уже успели перевезти по одной партии лошадей на ранчо в сорока пяти минутах езды отсюда.
Когда я подъезжаю, первое, что я вижу, — это Форд Грант с изможденным видом, садящийся в свой Mercedes G-Wagon. В руке у него маленькая пластиковая коробка. Я выпрыгиваю из машины, с кофе в руке, щурюсь, чтобы разглядеть получше. В коробке вижу маленькую серую мышь.
Когда он замечает мой недоуменный взгляд, он невозмутимо бросает:
— Даже не думай, блять, спрашивать.
Я невинно поднимаю руки.
— Я и не собирался, — лгу я и меняю тему. — Ты только что приехал?
— Нет, — ворчит он. — Я провел здесь всю, блять, ночь, пытаясь... — он поднимает свободную руку, изображая воздушные кавычки, —... «эвакуировать» дурацкую мышь Рози.
— Дурацкую мышь Рози?
Форд бросает на меня сердитый взгляд.
— Знаешь что? Ты прав. Я обещал не спрашивать.
— Пусть все знают, что я люблю Рози достаточно, чтобы провести всю ночь, тихо сидя в дерьмовом маленьком бунгало, просто чтобы поймать её любимого грызуна.
У меня на языке вертится рассказать ему о Слайве, но я решаю, что сейчас не момент.
— Уэст здесь?
— Ага, и твой друг Эммет тоже. Они внизу, в конюшне. Спасибо, что позвал его. Это очень помогло Уэсту. Кажется, он хороший парень.
Я киваю.
— Просто делаю, что могу.
Мы с Фордом прощаемся, и я смотрю, как он уезжает с мышью в своем «Мерседесе», прежде чем направляюсь к конюшне. Сам факт того, что Форд упомянул Рози, заставляет мой мозг снова вернуться к Гвен и тому, в каком состоянии мы остались.
Это неприятно и далеко от идеала, но я знаю, что сейчас мне нужно сосредоточиться на пожаре. Как только с ним будет покончено, я смогу переключиться на Гвен и исправить всё, что вчера испортил.
Возле конюшни я нахожу Уэста и Эммета, которые планируют, каких лошадей в какую телегу погрузить, сколько корма взять с собой и ещё дюжину вещей, о которых я никогда не задумывался.
Эммет стоит, выпятив бедро и скрестив руки, с его фирменным бесстрастным выражением лица. Счастлив, грустит, возбужден — у этого парня всегда одно и то же выражение. Если, конечно, поблизости не появится красивая женщина. Тогда на его лице вспыхивает ослепительная, достойная телеэкрана улыбка. Если у меня проблемы с общением с женщинами, то у Эммета — нет. Это стало совершенно ясно в те разы, когда мы бывали вместе.
— Я говорю, забираем всё, — продолжает он. — Нет смысла оставлять сено гореть, если дойдет до худшего.
Уэст выглядит смертельно бледным, словно перспектива того, что всё сгорит, выедает его изнутри. Эммет столкнулся с этим много лет назад, когда мы только познакомились. Вообще, пожары — обычное дело в Изумрудном озере. Так что я не удивлен той долей отстраненности, с которой он говорит об этом. Однако для Уэста это не является нормой.
— Ладно, да, — говорит Уэст, и в его голосе слышится нервозность. — Давайте грузиться.
Эммет кивает ему и тут же переходит к действиям, и в этот момент оба замечают меня.
— Ребята, справляетесь? — спрашиваю я.
— Ага, один рейс уже отправили, — отвечает Уэст, и в его голосе слышится легкая дрожь.
Эммет подхватывает с ободряющим:
— А сейчас заберем остальных. Это даже не обсуждается. Каждая последняя лошадь будет в безопасности.
Уэст сглатывает. Затем переводит внимание на меня.
— Как там пожар?
Я пожимаю плечами, не желая ему лгать, но и не желая добавлять ещё больше давления к тому, под которым он явно и так находится.
— Ну, знаешь, всё непросто. Но я ещё не поднимался в воздух, так что не могу сказать точно. Как только узнаю — свяжусь с тобой. Я могу чем-то помочь? Мне скоро нужно на взлетную полосу.
Оба парня качают головами, как раз когда звонит мой телефон.
Увидев имя Клайда, я сразу же отвечаю.
Его обычно скрипучий голос звучит с оттенком паники, когда он говорит «Баш?» ещё до того, как я успеваю поздороваться.
— Клайд, что случилось? — Я не знаю, зачем спрашиваю. Я просто чувствую, что что-то не так.
— Я не могу найти Гвен.
Мои брови хмурятся.
— Что значит, не можешь найти Гвен?
— Ну, понимаешь, я не мог уснуть, вот и проснулся, решил прогуляться по подъездной дороге, посмотреть, не увижу ли пожар за холмом. Тут-то я и заметил, что её грузовика нет, что показалось мне подозрительным, потому что мы легли спать одновременно прошлой ночью. Тогда я вернулся в дом, звал её и поднялся наверх. Прости, я заглянул в твою комнату.
Паника нарастает в его голосе, пока он перечисляет все места, где искал, и это точное отражение моих чувств.
— Проверил её комнату. Проверил переднюю террасу. Проверил у озера, где она любит мочить ноги в песке. Я проверил везде. Она не отвечает на мои звонки, они идут прямо на голосовую почту, и я не думаю, что она здесь.
Моё сердце опускается все ниже и ниже с каждым предложением, пока не начинает казаться, что оно вот-вот остановится совсем от одной мысли, что Гвен пропала.
— Но я всё возвращаюсь к тому, что её грузовика нет. Значит, она должна быть где-то снаружи, да?
Я фыркаю, поднимаю руку к затылку, пока комок тревоги сжимается в груди. Я дергаю за короткие пряди волос, лихорадочно перебирая в уме, куда она могла отправиться.