Чтение онлайн

Так, а сейчас главное уверенно и решительно развернуться. Затем также уверенно и решительно юркнуть за наш стол, пока собеседник все еще пытается понять «кто это нахрен такой». Вот даже не знаю, получилось ли в итоге что-то хорошее. Справедливости ради, по морде ни я, ни кто-либо другой не получил. Хотя я-то как раз мог, бывали уже случаи и агрессивные собеседники. Только вот вспоминать об этом во время таких разговоров — верный путь начать волноваться и терять самообладание. А чем увереннее ты держишься перед такими вот готовыми сорваться ребятами, тем больше шансов на успех. Уж не знаю, природа тут виновата, инстинкты или банальная психология, но волнение и страх для таких вот молодчиков работают не хуже, чем команда «фас» или красная тряпка. Что ж, пусть мне так ничего и не ответили, но будем считать, что этот раунд за мной. Ух… Что-то тяжело мне начинают даваться эти ваши социальные взаимодействия, надо бы и перерыв устроить.

— Что есть из спиртного? — спросил я у невзрачной девушке в сером платьице, что судя по всему была тут в роли официантки.

— Добрый вееечер, — ответила девчушка, немного растягивая гласные. Вряд ли у меня сейчас какой-то особенно смущающий или пугающий видок, так что предположу, что она банально заикается. Блин, даже немного обидно, что не из-за меня! Никогда не замечал в себе жажду быть в центре внимания, как минимум на этой неделе, — Ост…ался только с…амогон.

— Тогда любезнейше прошу, принесите три стопки вооон за тот столик, — указываю жестом на угол, где расположились Консерва с Колесом.

— П…остойте, но ведь они уже з…аказали три, — даже не возразила, а скорее уточнила официантка.

— Ну, так это они на всех, а я — чисто для себя, — я немного по-детски хихикнул и прошмыгнул в направлении нашего столика, оставив официантку в легком недоумении.

Вот же негодяи! Мои напарники уже чуть не подняли тост без меня! Пришлось оперативно дать подзатыльник сидевшему ко мне спиной Егору, когда подходил к столику. Колесо, памятуя о проблемах, которые я вынужден был за него разруливать, слегка потупил взгляд в стол. Видимо, собравшись с духом, он вновь поднял взгляд и одним движением глаз и кивком головы поблагодарил меня за помощь. Вот и как ему это удается, не пойму. Вроде и не говорил ничего, а я его прям понял.

— Что ж, граждане алкоголики, хулиганы и немертвые, — наш столик был достаточно далеко от лишних ушей, чтобы я мог шутить без лишних рисков, — Поздравляю нас с прибытием в цивилизованное общество!

— Ага, цивилизованное, — добавил Колесо, брызжа слюнями и сарказмом.

— Эй, ну вы чего, в самом деле? Тут, это, нормальный народ живет, — включился было в Егор, но я жестом прервал его правозащитную речь.

— Стоп-стоп, мы не с того начали. За приключения! — две пары глаз уставились прямо на меня, пока я уже заносил «стопку в топку». Не став отставать, ребята повторили мой жест. Правда мы чокнуться забыли, ну да ладно. Чокнутых среди нас и так слишком много, хе-хе.

Вечер проходил достаточно спокойно. Мы сидели и квасили, наслаждаясь праздничной атмосферой и обрывками доносившейся с улицы музыки. Потеребив немного Консерву, мне удалось выудить у него несколько смущающих университетских историй. Ну, знаете, таких, где всегда присутствует шумная компания, первокурсницы и какие-нибудь хитрые взаимоотношения между всеми действующими лицами. Слушать со стороны такое весело и интересно, а вот участвовать — далеко не всегда. К счастью, на учебы мы сейчас можем сходить разве что для того, чтобы в развалинах найти немного бумаги на костер.

Через часок даже Колесо немного потеплел, благодаря чему из нашего немногословного и вечно хмурого товарища удалось выудить несколько пусть и куцых, но весьма любопытных историй на тему медицины и всего прочего. Впрочем, без первокурсниц не обошлось даже там.

Эх, хорошо тут все-таки. Давно я вот так не сидел, не болтал в приятной компании обо всякой ерунде. Нет, конечно же такое было и раньше, еще в прошлой жизни. Да только разве это сейчас считается? Честно говоря, в последнее время я как-то удивительно часто начал задумываться о таких забавных вещах, как общество и собственная смерть. Как же чертовски важно находиться рядом с другими людьми, как оказалось. Вроде бы и недолго путешествовали, а к тому же Егорке я, честно признаться, успел привязаться. Наивный, чересчур впечатлительный мальчишка, буквально вчера выпустившийся из школы. И почему так? Вроде мне всегда казалось, что я за интеллект, чтоб собеседник был интересным и многогранным. С глубоким, чтоб его, внутренним миром. И вот-те раз, меня подкупили банальной искренностью. Вот и гадай теперь, или я чего-то о своем характере не знал, или это так отшельничество на меня подействовало, что я был готов на любого разумного кинуться с распростертыми объятиями.

— Умник, у нас проблемы, — из раздумий меня выбросил голос Колеса, сидящего прямо передо мной. Егор смотрел на него с непониманием. Мне же пришлось немного напрячь ослабленные алкоголем мозги и взглянуть медику в глаза, чтобы все понять.

Твою мать! И почему именно сейчас?

— Положительный? — спросил я.

— Да, вроде, — ответил Колесо. Егор все еще вращал головой, не сильно понимая, что происходит.

— Умойся, пока есть время, а я пока попрошу воды или еще чего, — колесо кивнул и как мог стремительно пошел в направлении туалета.

— Эм … А что случилось-то? — Егор задал вопрос, мучивший его настолько, что он даже немного ерзал на стуле. Видать, на слово «проблемы» он так среагировал.

— Ух… — я выдохнул и осушил еще одну стопку. Не то чтобы это было необходимо, но нужно было как-то уравновесить слегка отрезвившую меня порцию адреналина, — Помнишь, я рассказывал тебе, что у прозвища нашего дорогого друга есть две причины?

— Да, было такое.

— Ну так вот она, вторая. Получите и распишитесь! — видя все больше непонимания в глазах Консервы, я постарался взять себя в руки и стать серьезнее, — Ладно, потом шутки дошучу. Кхм…Дело такое, наш с тобой медик не только медик, но еще и химик. Ну и, как любой порядочный исследователь, совмещающий эти два направления, эксперименты он ставил на себе. Понимаешь?

— Пока не очень, — честно ответил Егор.

— Да что ж … Короче, запрещенкой он баловался. Вроде как исследование какое-то проводил по учебе, а после уже и без учебы начал исследовать. Не пропадать там, а для души, вроде как. Кровь на груди видел? — Консерва кивнул, — Ну так вот у него так дырка сквозная. Арматурой вроде как пробили, когда фура со строительным мусором неподалеку от дома его перевернулась. Потом еще вроде как покусал в руку кто-то, не суть. Пробило нашего медика, он за свою жизнь и испугался. Больницы далеко, скорой хрен дождешься даже в мирное время, не то что тогда. Знал он, что не жилец, а как шок болевой отойдет — последние минуты проведет в жутких муках. Вот и принял, так сказать, на грудь, все свои запасы вперемешку, уже особо не разбираясь. Да и понять его можно, мало кто у нас любит корчиться от боли. Только не учел наш Колесо, что он воскреснуть может. Просто взял и встал через денек, примерно как я. Удивился, ясное дело, арматурину вынул и дальше жить начал.

— Погоди, а проблемы-то тут при чем? — спросил Егор.

— А в том, что я не разбираюсь в биологии, — я развел руками.

— То есть?

— А то и есть, — я глянул в направлении зала, пытаясь найти там слегка задерживающегося медика, — Воскрес наш Колесо вместе с тем, что в себя запихал при смерти. Не уходит, сколько бы не очищал организм, который после воскрешения и так хрен пойми как работает. Вот и происходит раз в несколько дней такая пляска. Накрывает его.

— Так, кажется, я понял… — протянул Егор, взглянув на ситуацию под новым углом, — А к чему было про «положительный»?

— Так ему ж по-разному мозги полощет. Такая-вот русская рулетка в рамках одного единственного организма. Нам еще с тобой повезло, не самый худший вариант выпал. Будет наш медик сегодня очень разговорчивым и добрым, а через пол дня превратится в тыкву.

— В тыкву? — переспросил Егор.

— Не бери в голову. Это проблемы будущих нас, — оборвал я на веселой ноте, чувствуя какое-то движение. К нашему столику, видать.

Егор, думаю, простит мне мой разумный интерес. Обернувшись, я в первую очередь увидел очень яркое голубое пятнышко, движущееся в направлении нашего угла. Так, вырубаем фантазию, врубаем зрение…