Чтение онлайн

— Так вы ж до этого другое…

— Молчать!

Ладно, возможно я не слишком хорошо понимаю правила этой игры. Слишком редко приходилось иметь дело с военным, тем более в высоких чинах. Нас сейчас допрашивают? Вроде бы похоже, а вроде и слова вставить не дают. Я мало что смыслю в психологии, но вроде как нас делают кругом виноватыми и пытаются морально отпинать. Причем очень грубо отпинать. Может, он просто злость на нас срывает? Понятно конечно, праздник с проблемами плохо сочетается, возможно. Возможно эта начальственная персона вообще всегда так разговаривает. «Так точно!» головного мозга, в известном смысле

— Через КПП зашли, — аккуратно начал я.

— Мямлить будешь с мамкой на утреннике! Конкретней отвечай! — слюни пролетали в опасной близости от наших лиц.

— То, которое на главной улице, — ответил я. Очень надеюсь, что этой информации хватит.

— То есть… — лицо Иванова изобразило работу мысли, — Два дебила… опять из-за них проблемы. Гребаные бездельники! Будут до конца месяца плац подметать! Весь шабат из-за них псу под хвост, опять пол ночи разбирать дерьмо!

Сначала был ступор. Потом пришла мысль. За мыслью пришло осознание. Я еще раз пригляделся к Иванову, пытаясь найти ответ в его угловатом лице. И… вообще не похож. Кто бы мог подумать! Зато теперь становится понятна причина его необоснованной агрессии. Я действительно угадал, мы обломали ему праздник. Правда, немного не тот, о котором я подумал сначала.

— Послушайте, нам угрожает опасность… — я попробовал перевести разговор в нужное русло.

— Это я тебе угрожаю, дебил ты говорливый! Из-за таких сосунков как вы мы и не смогли эпидемию остановить! Такие, как вы, развалили Союз! Будете у меня в карцере сидеть до потери сознательности! Спать на уставе, пока в голове кроме него…

Выстрел.

Брызги крови и ошметки мозгов залили стол. Оглушительная тишина врезалась в голову почти также быстро, как пуля, разворотившая голову Иванова Ивана Ивановича. Исходящее паром тело плавно сползало с кресла на пол, заливая уставом деревянный паркет. В воздухе витал запах крови и пороха.

Я посмотрел на товарищей. Пересекся взглядом с таким же удивленным Консервой, а затем мы вместе уставились на Леху. В его вытянутых руках дымился пистолет.

— Достал, — резюмировал он, опуская руки.

Я пытался побороть бурю эмоций, готовую разорвать меня в этот момент. Главное слово — пытался.

— Ты… — я попытался подобрать слова, но получалось плохо, — Тело ты сгнившее, ты вообще думал, что делаешь? И как мы теперь с этим, — я указал на труп, — будем разговаривать? Кто нам вообще теперь поверит, когда мы про нападение рассказывать будем?

— Не твоей дырявой голове это говорить. Да к черту это все, — ответил Колесо, — Ненавижу все эти зазнавшиеся начальственные морды.

— Ты вообще откуда пистолет взял? — задал я интересующий меня больше всего вопрос.

— У тебя позаимствовал.

— А… Так, погоди, у меня все это время был с собой пистолет? — я посмотрел на Егора. Тот кивнул. Да, кажется я позаимствовал что-то такое, пока обыскивал один из трупов. Правда, не помню, с которого. Их в последние дни было как-то уж слишком много. Точно, я ж его за поясом держал!

— И вообще, они сами виноваты. Надо было нас обыскать, — добил Колесо.

Егор молчал, бледнел и сползал на пол вместе с телом. На его лице можно было без труда прочесть ужас, шок и все прочие эмоции человека, которого в который раз за пару дней заливают чьими-то внутренностями. Он еще держится. Видно, что хочет излить остатки нашей трапезы на пол.

— Ух… — я попытался успокоиться, — Так… Во всем надо искать что-то хорошее, так ведь? Да, нас скорее всего сейчас пристрелят. С другой стороны… как бы… у нас наверное есть право на последнюю трапезу! — я указал на увешанное орденами тело.

— Что-то мне подсказывает, что у него отвратный вкус, — парировал Леха.

— Вы, это… — послышалось от Консервы, — Вы что сделали?

— Ты тусуешься с трупаками. Привыкай уже, детка, — ответил я и слегка рассмеялся. Консерва моего веселья не разделял, — Кстати о птичках. Вам не кажется, что дежурные уже должны были сюда ворваться?

Ответить мне никто из ребят не успел. Снаружи послышались крики, прерываемые на автоматную очередь. Следом — несколько взрывов, с разных сторон от здания. От взрывной волны часть окон вылетела. Криков и автоматных очередей становилось все больше, но все они вскоре потонули в оглушительном вое сигнала тревоги, доносящегося с фонрных столбов по всему городу.

— Ну что ж, — я первым решил нарушить тишину, перекрикивая вой с улицы, — Я вас поздравляю, планы меняются. Мы опоздали.

Этот день Влад считал самым обычным. После первой суеты, вызванной эпидемией, его вместе с другими военными из соседних частей приписали к медицинскому институту. Или к другому медицинскому чему-то, полным названием он так и поинтересовался. Да и зачем? Доля солдата скромна и вполне четко обрисована уставом и приказами начальства. Приезжай, заступай на службу.

Тем не менее, Влад был далеко не самым обычным солдатом. Он был образцовым. Как ни старалось вышестоящее начальство сделать военных одинаково сильными и смелыми, но человеческая природа все же давала о себе знать. Кто-то халтурил, другие — устраивали попойки или использовали служебное положение. Типичная в общем-то ситуация, где банальная ответственность сделала из обычного на первый взгляд старшины ценного сотрудника, особенно в условиях очевидного кадрового голода.

Буквально через месяц службы в военном городке, который за это время успел пережить несколько массовых нападений мертвецов и основательно укрепиться, его перевели в ряды военной полиции. Даже простой полицейский в таких условиях имел множество привилегий. Усиленное питание, отсутствие необходимости вести утомительные многочасовые вахты. Уважение, в конце концов. Влад не раздумывал ни секунды.

Только вот мало кто знал, что кроется под личиной мужественного солдата. Неразделенная школьная любовь. Побег в армию, после которого он решил остаться на службе. Армейский быт весьма умело выбивал из головы лишние мысли. Идеальное решение для тех, кто не хочет заливать свое горе спиртным.

Так было до тех пор, пока на одном из недавно проводимых в городе праздников он не заметил ее. Милейшая девушка, больше похожая на фею, что умело руководила музыкальной частью представления. Что-то далекое, почти забытое зашевелилось в окаменевшей душе. Что-то светлое и очень теплое.

Больше месяца он украдкой наблюдал за Дашей. Его должность без труда позволила узнать имя, адрес и много чего еще. «Ангел во плоти», — думал Влад, раз от раза бросая на девушку смущенный взгляд. Никто не слышал от нее ни одного дурного слова, ни разу она не была замешана ни в одной подозрительной истории. Музыкальная школа, учеба на звукорежиссера. Интеллигентные, но, к сожалению, уже уже отошедшие на тот свет родители. Ни одного изъяна. Эх, а как было бы красиво попросить руки у ее родителей…