Чтение онлайн

— Так уж и все человечество, — с недоверием сказал Консерва.

— Ну а ты можешь точно сказать, какие планы у этих злоумышленников? — Колесо покачал головой, Консерва присоединился за компанию, — Значит, не знаешь. Значит, вполне возможно они задумали что-то не только против одного города, но и против вообще всех!

Ребята задумались. Егор задумчиво катал по кружке остатки кофейной гущи. Колесо неспешно качал головой из стороны в сторону, расфокусировав взгляд. Я уже через десять секунд откровенно заскучал. Как же не хватает моего вчерашнего прототипа… Опомнившись, я проверил, зашел ли с нами Брут. Таракашка, как вскоре выяснилось, сейчас активно осваивал новые территории. Метил все, что только можно всеми доступными способами. Лучше бы Колесо этих посягательств на его собственность не заметил…

— Я поведу, — неожиданно начал немертвый, поправив капюшон на голове.

— Как-то ты подозрительно быстро согласился… — я с прищуром взглянул на Колесо.

— Клятву давал, — невозмутимо бросил он.

— Которую? — удивился я. Егор тоже с интересом смотрел на нового знакомого, даже от кофейной гущи отвлекся.

— Гиппократа.

— Ну точно, — я очень звучно хлопнул себя по лбу, — Я и забыл, что ты у нас медик!

— Как всегда, ветер в голове… — протянул «хранитель клятвы».

— Да ладно тебе, просто признайся, что тебе надоело в четырех стенах сидеть. Хочется развеяться, на людей посмотреть, поесть в приятной компании неприятных собеседников…, - я старался не упускать возможности подначить своего собеседника.

— Чья бы корова мычала, — возразил мне медик.

— Опять баянами многозначительными общаешься? — возмутился я. Даже привстал для пущей выразительности. Где-то на участке что-то разбилось и послышался испуганный писклявый лай.

— Не баян, а классика русских фразеологизмов, — возразил Колесо.

— Архаизм, — подал голос Консерва.

Мы с Колесом молча переглянулись, а затем от души засмеялись. Егор, до этого все еще напряженный, не выдержал и тоже присоединился к нашему веселью, зеленея от приступа хохота. Кажется, в нашей команде появился новый участник…

Сборы не заняли много времени, как я и ожидал. Пока мы с Консервой методично поглощали кофе и с интересом разглядывали жилище нашего водителя, он убежал готовить «свою ласточку». Раньше я в нем особой любви к колесной технике не замечал, так что списал эту фразу на старую привычку. В гараже он копался недолго, так что отправились в путь мы буквально за полчаса. Егор даже не успел обойти всю электрику в доме, которую он с профессиональным интересом осматривал и ощупывал. Даже кривился, если замечал не особо аккуратную скрутку из проводов, замотанную традиционной в нашем деле синей изолентой. Я, как автор самовоспламеняющейся пентаграммы, от нелестных комментарием в адрес проводки отказался, предпочтя незаметно убрать парочку разбитых Брутом уличных горшков.

— Готово, — сказал Колесо, заваливаясь в дом. Перемазанные машинным маслом джинсы лишь добавляли веса его словам, — Поехали.

Задерживаться, понятное дело, не стали. Ворота открывал Егор, мне же было поручено закрыть их, благо систему замков я изучил за прошлые визиты. Пока же мне выдалось время полюбоваться «ласточкой». Обычный белый Фольксваген Поло, на которых когда-то рассекала половина таксистов города, если не страны. К чести нашего медика, машина выглядела практически новой. Ослепляющий блеск капота даже наводил на мысль, что хозяин ее не только мыл, но и полировал. Не самое разумное решение, с учетом того что за дорогами сейчас следить некому. Из интереса даже глянул пробег: чуть больше 30 тысяч. В самом расцвете сил, можно сказать!

— Умник, ты чего застыл? Давай, это, закрывайся. Нас же ждут! — возмутился Консерва.

— Да иду я, иду!

Я сначала было хотел посадить Брута на колени, или хотя бы к Егору на заднее сиденье. Однако остальная часть коллектива единогласно решила отправить «тварь дрожащую» в багажник. Пришлось соглашаться, а заодно незаметно пообещать Бруту месть в лучших традициях бразильских сериалов. Мой частично мохнатый друг смерил меня недовольным взглядом и беззвучно скользнул на свое место.

Так и отправились в дорогу, предварительно совершив круг почета вокруг дома. Колесо хотел проверить состояние забора, который еще недавно активно штурмовали молчуны. Судя по серьезным глазам и отсутствию недовольных вздохов, состояние было признано удовлетворительным.

Вновь дорога, вновь весенняя зелень за окном и пряный запах отходящего от зимней спячки леса. Цветы у обочины сливались в причудливый разноцветный ковер, в который так и хотелось уткнуться носом. На этом участке дороги почти не было ям и останков машин, которые в основном доживали свой век вблизи населенных пунктов. Темный салон машины, сделанный из кожзама, создавал какое-то почти позабытое мной чувство дорожного уюта, невозможного в пешей прогулке. Это не та атмосфера похода с палатками, когда неудобства воспринимаются с улыбкой, как часть приключения. Больше похоже на романтику долгой дороги, как когда переезжаешь в новый дом или к друзьям в другой город. Тихо, спокойно, расслабляет. Добавить к этому тихую медленную музыку с глубокими басами, которую наш водитель включил сразу по выезду из города… Медитативная поездка.

Резкий поворот машины. Бьюсь головой о сиденье, которое выпроваживает остатки сна и медитативности из организма.

— Гребаная тухлятина, я ж так подвеску поломаю! Земля вам стекловатой! — чувственно выругался Колесо, вновь выруливая на дорогу. Давненько я не слышал от него так много слов. Обернувшись, я проводил взглядом причину его злости: парочку молчунов, очень сосредоточенно поглощающих мясо какого-то животного. Дикой собаки, кажется.

— Так веди ровнее! Их же заранее видно было! — ответил я, вглядываясь в дорогу перед нами. Задремавший на заднем сиденье Егор вздрогнул и уставил на нас сонный взгляд.

— Холм был, не видно. И вообще, мог бы открыть окно и шугануть их, — раздраженный медик все не унимался, чуть активнее выжимая педаль газа. Мотор ответил ему тихим рычанием.

— Не мог, — спокойно ответил я.

— Это еще почему?

— Надо окно открыть, — невозмутимо ответил я, но несколько тише.

— Так и в чем проблема? — также чуть тише ответил Колесо.

— Холодно мне, дует.

Консерва окончательно проснулся и полез в рюкзак за чем-то съестным. Мой немертвой друг же оторвал взгляд от дороги и уставился на меня. Знаете выражение «этим взглядом можно убить»? Так вот, взгляд Колеса был способен покусать, расчленить, сжечь и методично надругаться над пеплом. Может даже на могилке станцевать.

— Слушай, — донесся с заднего сиденья осторожный голос Консервы, — А ты сам почему, того, не разогнал?

— Тухляки только Умника слушаются, — с нескрываемой досадой пояснил медик.

Довольная улыбка сама растянулась на моем лице. На несколько минут воцарилось неловкое молчание, нарушаемое лишь стуком колес и тихим шелестом из колонок. Видимо, включился плейлист «Звуки природы».

— Колесо… — Егор вновь аккуратно подал голос. Вопрошаемый бросил на него взгляд через зеркало, мол, спрашивай, — а почему Колесо?

— Туда вопросы, — кивнул в он в мою сторону, — Там ответы.

— Я знал, что ты спросишь! — озарив салон очередной лучезарной улыбкой, я повернулся к Егору, — Значит так, на то есть две причины. Первая — это наше с данным индивидом знакомство.

Колесо чувственно цокнул языком, показывая свое раздражение, и переключил музыку. Теперь в салоне играло что-то совсем медитативное, Егор даже зевнул.

— Дело было так, — начал я, — Шерстил я отдаленные заправки в пешей доступности от своего дома. Припасы хотел пополнить: бензин для генератора, продукты и все такое прочее. Подхожу к намеченной цели и вижу прелюбопытнейшая картину. Какой-то мертвяк ссыт на колесо припаркованной там развалюхи!