Современная проза

— И тогда все вам достанется, ну когда… — Само собой. Поэтому я и остаюсь здесь. Вы меня понимаете, верно? — Как же, как же, — ответил я, — это нетрудно понять. Хермина принесла кофе, налила его в чашечку и сказала, что она готова и, как только я допью кофе, можно отправляться. — Я тоже поеду, —…

По понедельникам Музей естественной истории закрывался на уборку, и он шел в Музей искусств. Однако висевшие там на стенах полногрудые и широкобедрые женщины мало его интересовали. Все это было ему известно по собственному опыту и не производило на него впечатления. Месяцы ежедневных скитаний изрядно…

Мы встаем и слегка разминаем затекшие руки-ноги, затем усаживаемся на стулья, кружком расставленные позади нас. Все это практически молча. Кроме меня, тут четверо мужчин и одна женщина, и никто, кажется, не расположен поболтать о том о сем. Возможно, навыки общения развиты у них недостаточно хорошо,…

В один из дней, когда снег начал бурно таять, Марина пошла с работы пешком – подышать воздухом, размяться, а то от компьютера шея уже не поворачивается, и в глазах песок. Остановившись перед светофором, увидела объявление на стене цветочного павильона. Прочитала мельком: «Дорогие женщины! Дому ребенка…

Знакомые по школе нехитрые слова песен, исторгаемые шершавыми, простуженными глотками, еще более стискивали и без того сжавшееся сердце. Безвестность, недобрые предчувствия и этот вот хриплый ор под грохот мерзлой солдатской обуви. Но под сенью соснового леса звук грозных шагов гасило размичканным песком,…

- Вижу нехорошее ты затеяла, дочка. - Что вы имеете в виду? - растерялась  Аня, но быстро пришла в себя. – А Вам вообще какое дело? - Да ты не серчай, дочка. Всё в этой жизни случается. Я и сам пару лет  назад стоял на этом месту и думал, что единственный мой выход - это вниз головой, –…

Вызывающее сочувствие Недалеко от дверей бара «69», на котором написано «Только для взрослых» (бар для меньшинств — для братьев наших меньших), сидит на корточках оно. То ли юноша, то ли девушка. Молодое. Худенькое. Хорошо одетое. Вот ведь — приоделся. Может быть, просто все деньги потратил на то,…

Она в этом почти уверена. Потом поймет – живут! Живут и после такого – и никуда не деться. Потому что надо жить. Потому что выбора нет. По крайней мере – у нее. * * * Дверь распахнулась, и она вздрогнула. На пороге стояла сонная Ольга – байковая пижама с утятами, вязаные носки. Мерзлячка. …

За черную сортирную ручку, внутренний крюк, фарфоровую грушу бачка и выключатель я всегда брался только через клочок газетной бумажки. Бактерии, микробы, вибрионы, палочки, спирохеты, бациллы и вирусы... Мне известны эти имена глухих угроз и неожиданного возмездия. Мне известны страшные слова – чума,…

— Заводите велосипед сюда. Место есть. Незнакомец, казалось, не слышал. Он вытирал платком лицо и шею. — Кто-нибудь знает дорогу на Вали да Эгуа? — спросил он. — Куда? — спросили из угла. — Вали да Эгуа. — Это не здесь, — произнес кто-то из-за стола. — Как вы сказали? — Вали да Эгуа. …

Он очнулся в реанимационной палате, все еще с резиновой трубкой в носу и марлевыми жгутами на руках. В окне поверх ширмы была видна цветущая ветка каштана с сидящей на ней птицей. — Неизвестная доставлена утром, — донесся женский голос из-за ширмы. — Отравление. Промыли, прокололи, но до сих пор не…

— На войне страшно, — не обернулся Трофимыч. …Однако в Варшаве в четырнадцатом году проходили походным порядком, и ослабла подпруга. Он отделился от строя и в стороне у ворот ее подтягивал. А старичок ему сказал: «На войне ведь не все гибнут». Он подумал: «Правда не все! Вот остался жив».…

Людочка откинулась на спинку стула и самодовольно улыбнулась. Строчки рождались уже сами собой и почти не требовали усилий. Они приходили ниоткуда. Какой будет следующая, Людочка искренне не знала… Такого рева не слыхали ни ад, ни рай, ни небеса: «Молись, проклятая душа!!.. Молись и знай,…

— Мам, да ладно тебе. Ну какой маньяк? — снисходительно махнул рукой мальчик. — Бабки болтают, что в голову взбредет, а ты и слушаешь. Он совсем не похож на этих, что в телевизоре. Но в душу уже закралось сомнение. А мама подбавила, поджав губы: — Я сплетни не собираю. А раз люди говорят, так оно…

«Это единственное, что у меня есть… Письма от нее приходят слишком редко, а к ее дому я могу прийти в любой момент». Раньше он ездил в школу на автобусе, а теперь стал ходить пешком, чтобы, сделав крюк, пройти мимо ее дома. Иногда, к удивлению своих родителей, он отправлялся в школу натощак, а завтракал…

– Да, – с готовностью ответила она, но потом осеклась и добавила: – Скоро буду. – Вот когда будете, тогда и поговорим! – отрезал он и подошел к черному «ягуару». Водитель открыл перед ним заднюю дверь. Но будущая журналистка не сдавалась: – Вам когда-нибудь говорили, что вы похожи на Мадса Миккельсена? –…

Капитан сухо откашлялся. — Ладно, почитаю вашу статейку! Надеюсь, фотографии будут? — Само собой, капитан! После Силанпа позвонил в редакцию «Обсервадора». — Эскивель? Говорит Силанпа! У меня срочный материал! Оставьте мне рамку под фото на первой полосе и полностью страницу полицейской хроники!…

Поразительно все-таки прочна природа уважения к печатному слову – ничем его не подорвать. Стоит столкнуться с чужим языком – и благоговение перед таинством грамоты, как у подписывающегося крестом. Трудно тогда поверить, что написать можно что угодно, так же как и сказать. Трудно поверить в безразличие…

С мелочей все и началось. В понедельник она оставила в раковине нож со следами орехового масла и пустой стакан из-под апельсинового сока. Во вторник положила его неизданную рукопись на кофейный столик. В среду поставила букетик душистого горошка на подоконник за роялем и рассыпала немного мелочи на столике…

Почти каждый день я вспоминаю ее правила жизни, которые помогают мне принимать даже самые сложные решения. Когда-нибудь составлю из них книгу. Сегодня в памяти всплыл день, когда я, брошенный любимой девушкой, пришел к бабушке Лале и заявил, что больше никогда не полюблю. Помню, она улыбнулась, налила…