Современная проза

– Да… – сказал я. – Дела… – Правило такое, – сказала она. – Я тебя не очень напугала? Ты извини, если напугала. – Нет, что ты! – Я ласково прикоснулся к ее голой ноге. – Лида, скажи, пожалуйста, а ты меня привела, чтобы насечку сделать, или я тебе понравился? – А я тебе понравилась? – Да, – честно…

— Ну как? — робко спрашивает Данилов. — Прекрасно! — говорит Муравлев. — Как всегда! Потом Данилов с хозяевами сидит в полумраке, вытянув худые длинные ноги в стоптанных домашних тапочках Муравлева, и в блаженной полудреме слушает пластинку Окуджавы, купленную им в Париже на бульваре Сен-Мишель за…

Зачем же я прихожу? Не знаю… Странная она какая-то…, никого вокруг… только небо и Луна на которую она всё время смотрит. И тогда я сажусь рядом с ней и мы вместе смотрим. Она не видит меня, но я вижу её. Должен признаться что она стала моим дружком. Молчаливым и верным. Иногда я вижу что…

Карен выходит из задумчивости. Ее сосед смотрит канал «Дискавери», какую-то документалку о больших существах, которые ловят, убивают и поедают мелких существ. Аэробус-320 летит по небу все с тем же натужным шипящим гулом. Интересно, каким будет Уоррен? Карен познакомилась с Уорреном в Интернете и сейчас…

Сквозь пыльное окно едва пробивался рассвет, и утро обещало быть как скисшее молоко. Ничего не хотелось, все казалось пустым и никчемным. В такие дни стреляются, или напиваются до бесчувствия. Полину Траговец от подобного спасала мать. «Ты не имеешь права думать о себе, — говорила она хорошо поставленным…

Кормились морем, ловили судаков. Стремительные моторные лодки прорезали морскую гладь. Три летних месяца солнце палило, как в Африке. Фрукты зрели. Коровы размножались. Вода – безо всяких вредных примесей, живая и вкусная. При этом прозрачная и холодная. Рай. Эдем. Но когда нет дела, жить становится…

Через десять минут она развязала мешок, достала оттуда почту, убеждая себя, что должна проверить, правильно ли мистер Смолли указал обратный адрес. Ощущая сухость в горле, мисс Лэнд стала рассматривать его письма. Мистер Смолли отправлял три конверта и одну открытку. Обратный адрес везде был указан…

МІКОЛА: Вось тут, як кажуць, цэлы сабака закапаны, што каб было каму. Праекты - адно, а практычная шэрая штодзённая грамадзкая праца - гэта іншае. Зрэшты, слабыя адыйдуць, а моцныя застануцца. ЯНКА: Між іншага, гаворачы аб мясцовых абставінах і нашых людзях, чуў я пра адно вельмі сьмешнае здарэньне.…

Каждый день, когда смеркалось, он обходил площадь ровно двадцать раз. Каждый день проделывал он снова и снова двести пятьдесят шесть шагов, обходя пыльный прямоугольник. В четыре часа тут кишит народ, и в пять народу немало, а в шесть нет никого. Никто не запрещает гулять в шесть, но гуляющие то ли устали,…

— Надеюсь, в старших классах? — прищурился Матвей. — А для тебя это так важно? — ухмыльнулась я. — Конечно! Встречаться с малолеткой как-то стремно. — Фига себе! А с чего ты решил, что я буду с тобой встречаться? — Ну как с чего? Мы же уже познакомились, я пригласил тебя в кафе на свидание, стало…

8 Что за ностальгическая грусть реет в воздухе над этими землями, которые некогда, в туманные доисторические времена, покрывали океанские волны? Грусть по жару человеческих тел, как же иначе. В 1889-м это был обычный субтропический район страны, где процветали болезни и всяческие злоупотребления.…

2 На следующий день, около двенадцати, с Маем на поводке, я вышел встречать гостя к метро. Мой огромный, словно белый медведь, королевский пудель, как всегда, привлекал внимание прохожих. Как всегда, они заглядывались на пса, когда я выводил его на прогулку. Мной любовались тоже. Особенно женщины.…

Я глянул на часы. Через сорок минут нужно было оказаться на площади Революции. Весь декабрь в Москве стояла совсем не зимняя, слякотная погода, а тут к концу месяца, как назло, ударил мороз. И всё-таки я решил не надевать пальто. Быстро уложил в сумку две рубахи, запас чистых носков. Потом завернул…

Когда мы только сюда попали, они все были восхищены окружавшей нас новизной. Я уже тогда все понял, но решил промолчать. Жизнь меня многому научила, даже если сейчас — слишком поздно. Все равно я ничего не мог поделать. Раньше я думал, что знание само по себе влияет на что-то, но сейчас в этом не уверен.…

— Папа! Уже пора выходить разносить Листки! — Сын мой! На улице очень холодно и идет дождь. — Но, папа, людям необходимо знать о Боге, даже когда идет дождь. — Сынок, я не выйду на улицу по такой погоде. В отчаянье подросток спросил: — А я могу пойти один? Пожалуйста! Его отец засомневался…

Так что искусство полно обмана. Разумеется, обманчивой может быть и природа, и даже человек, и все же в искусстве обмана больше. Помните историю о Зевксисе? Нет? Тогда расскажу. (Потерпите, ладно? Надеюсь, со временем я стану хорошим рассказчиком, но пока что это не так.) Так вот, этот Зевксис жил…

С лицемерием хорошо покушавшего гостя я уселся в дубовой библиотеке, откинулся на сафьяновые — в тон переплетам — подушки, пригрелся у готического камина, где потрескивали ароматные поленья из старой груши, и, попыхивая нелегальной «Ромео и Джульеттой» (размер «Черчилль», чтоб надолго хватило), предался…

Першы наш супынак быў у Баярах — роднай вёсцы Мірачыцкага, якая якраз ляжала па дарозе ў . Малюшычы. Загналі машыну ў двор, патупалі да бацькоўскай хаты Льва Паўлавіча. Папраўдзе, гэта была не хата, а добры дамок, мураваны, вельмі акуратны. Пабудаваны ён быў, як расказаў мне Леў Паўлавіч, яшчэ «за польскім…

Внезапно он отметил про себя, как удачно маскирует Зигу небольшая бородка — она нисколько не отличалась от его роскошной шевелюры.  — Здорово получится, если вытряхнут прямо из постели. Кто в таком случае передаст утром пароль? — проговорил Кику. — Какие могут быть тогда «Три минуты против третьего…

-Спорим? - задиристо проговорил Киляр. Я только пожал плечами. Легко запрыгнул на подоконник. Вдохнув свежий утренний воздух полной грудью, сделал шаг вперед. Мгновение я камнем падал вниз.... Земля стремительно приближалась. Секунда... еще одна.... Взмах широких крыльев, и теперь все иначе..... Небо…