Рассказ

— Но… — не дослушал жену Усольцев, — это же бред сивой кобылы в знойный полдень! Нет, это хуже бреда, это убогость мысли! И ты говоришь, что с такой кашей в голове вы выпустите его из университета?.. Ну, допустим, он мог перепутать Грибоедова с Пушкиным, они тезки… — Петр Прохорович схватился руками…

– Хорошо, – прервалъ я его: – но почему же прозвали эту лодку Закаленный? – Ея наетоящее названіе – Смѣльчакъ, но за быстроходность и бѣшеное упорство въ борьбѣ съ морскими волнами, ее стали звать Закаленный, какъ человѣка, привыкшаго ко всему… А теперь послушайте, что произошло…

Тут-то забот отцу и матери! С раннего утра и до позднего вечера снуют они около дома, по огороду, в саду, в ближайших полях и лугах, на дворе, на улице – ищут корму, но только не зёрен; птенчики их слабы, малы, они не в силах проглотить жёсткого зерна: им нужны те мягкие, сочные червячки, которые ползают…

– Нашелся один дурак. Да и тот крестьянин, – хмыкнул он, но «комиссар» уловил в его голосе нотку сожаления. Этот единственный сдающийся человек рушил стройную систему балакинских обвинений в адрес агитаторов. На крыше дома все насторожились: перспективный командир Балакин, взвинтившийся Постников, хитрец…

Они так и написали. И когда корабль вошел в доки Гландира, по форту покатились зловещие слухи. Мол, оборотни объявили людям войну, и нападение на барк – только первая ласточка. Не сегодня-завтра следует ждать, что пригонят из черных Пространств таких чудищ, каких никто и не видывал. И тогда не только…

– Ты знаешь, Шейла, на самом деле это очень сложно – вести пантеон. В руке у Макса бутылка с газировкой. Он размахивает ею, как тамбурмажор. – Просто так завести несколько акков – каждый сможет. Например, спец акк для троллинга и эльфинга или тематически разбить блог на несколько разделов. Это все…

Но и это еще не все: там, где раньше были сорняки, теперь сплошь росла капуста, зеленый лук, салат, теснились диковинные подсолнухи, поворачивающие свои головки вслед за солнцем с такой точностью, что по ним можно было сверять часы. Под бесчисленными деревьями цвели анютины глазки, прохладные и влажные,…

Кстати, можно сказать, что у невыполнимой была такая черта, которую можно было бы назвать «невыходимостью». Еще одну деталь скрывала невыполнимая. Ну не скрывала, не скрывала, скорее, знала, что она существует, и опасалась, что из-за нее может навлечь на себя всякие обременительные суждения и ненужное…

Гость разошелся, увлекся хотя бы заочным спором с женой, а ведь думал, закурив, сразу предложить Игорьку сообразить насчет выпивки. – Я ей говорю: «Целлофан этот покупай, но на свою пенсю. – Она ж у меня на инвалидности, больная вся. – Он бешены деньги стоит, а рвется легче бумаги. Накупить его, а потом…

Так проходило время, и жена его уже была на пятом месяце беременности, когда вдруг над его головой разразилась гроза – в один прекрасный дождливый грустный день, когда тянет на воспоминания старых людей, а молодых – просто бесцельно пройтись под накрапывающим дождиком, к нему в будку-мастерскую вошли…

Единственный пустяк осложнял её жизнь. Не реже, чем дважды в неделю, мужчина звонил утром и ласково сообщал, что у него появилось окно, и не встретиться ли им, когда такое дело? Она, даже если была занята, сразу отвечала «да» — потому что у них сложились эксклюзивные отношения, которые не с каждым…

Но, видно, ни Иван, ни бабины заклятья не помогли деду, потому что, как только приходит весна, идет он искать криницы уже тайком от дурного глаза. Тихонько уходит со двора, когда пихты, что остановились на самой верхушке горы, начинают не спеша подсаживать зелеными руками на небо солнце. В долине,…

«Лопоухий, надо же. И как это я в детстве не заметил, когда дядя Повилас брил под нуль солдатской машинкой. А что Вайшнорас?» Краем глаза он косится на подростка, который с унылой миной наблюдает в зеркале безжалостное надругательство над собственной личностью. Уши у него упругие и изогнутые, как морские…

Но не вдруг сошла ночь на окрестность: прозрачный туман медленно развивал свою креповую завесу – медленно увивал чалмою главы гор; тени и пары густели постепенно, – и вот, золотокрылый месяц вспорхнул на небо обычной стезей своей, – и мои думы опять покинули землю против воли и без ведома сердца. Скажите:…

— Степан Тимофеевич! 1670 год. Неспокойно в государстве Российском. В огромной тревоге бояре и царские слуги. Восстал, встрепенулся подневольный, угнетаемый люд. Крестьяне, казаки, башкирцы, татары, мордва. Сотни их, великие тысячи. Ведет крестьянское войско лихой атаман донской казак Степан…

Потекла жизнь. Родилась дочь, бесконечно любимая. Она просыпалась каждую ночь и орала до утра. Потом выяснилось, что ребенок элементарно хотел есть. Но врачи внушали строго: ночью не кормить. Только днем, только по часам. Режим. Режим они свято соблюдали, но жизнь превратилась в пытку. Ребенка пытали…

Я кіўнуў і глядзеў у акно яму ўслед, пакуль ён не знік. Потым запаліў святло — ну і няхай медсёстры лаюцца на абходзе, маўляў, трэба эканоміць і да таго ж вельмі рана. Я накульгваў, ідучы ў палату да лёгка параненых, але не хацеў пакідаць Брокмана аднаго. Не хацеў я і заставацца з ім у цемры, бо і без…

В тот момент, когда Николай Алексеевич в двадцать первый раз взобрался в кресло с самым серьезным намерением объяснить мне наконец, в чем дело, в передней раздался звонок. Погонкин нервно подскочил на месте и затем откинулся на спинку кресла. – Всегда так, всегда! Чуть займешься серьезно, какая-нибудь…

Хотел как всегда взять пива – расслабиться да выкинуть всю ерунду из головы. Захожу в любимый гастроном, а там посреди прилавка кверху брюхом развалился кот, толстый, как диванная подушка. Достаю деньги, только открыл рот сказать: «Темного», как кот повернулся ко мне, гнусно мявкнул, и тут же у меня…

Спрятав весла и замкнув в кладовке мотор, Колька присел на высоком крыльце и закурил. Он был приятно уставшим, спокойным, добрым в эти минуты. В дом идти не хотелось, и он слушал магнитофонную музыку, что гремела над всем селом с летней танцевальной площадки. Когда в динамике что-то щелкало и оглашенная…