Проза

Где были люди в это время? Поместье наше называлось хутором, — хутор Каменка, — главным имением нашим считалось задонское, куда отец уезжал часто и надолго, а на хуторе хозяйство было небольшое, дворня малочисленная. Но все же люди были, какая-то жизнь все же шла. Были собаки, лошади, овцы,…

Я выглянул в окно. С мостовой, задрав к луне голову, невозмутимо пел арбатский прихвостень: – Ах, Арбат, мой Арбат, ты – моя религия… Увидев меня, он спросил: – Чё надо, урод? И услышав: «А те чё, козел?», удовлетворенно кивнул и побрел в свое арбатское логово. А я окунулся (нырнул,…

— Так, по-вашему, интересно — жить? — Конечно, — ответил он. — Очень. — Ну, так выпьем, коли интересно. И Клавдия налила всем мадеры. Разговор стал живей. Клавдия увела Степана к себе, и по их голосам чувствовалось, что они не скучают. — Степан человек энергичный — сказал Петя Полине. — Я его…

Он пожаловался Зине. Она промолчала. Конечно, он сам виноват, расплачивайся за свою доброту, но посочувствовать она могла? Ну ничего, ничего, он выдаст этой парочке, угрожающе повторил Дробышев, настраивая себя на беспощадность. — Напрасно ты так, — заметила Зина. — Если уж пошел людям…

— Ну, милейший господин Бузни, что принесли нам истекшие сутки? — Есть кое-что интересное, Ваше Сиятельство… Интересное! — повторил шеф тайного кабинета с улыбкой. Странная улыбка. Насмешливые, с твердым блеском глаза принадлежали как бы одному человеку, а улыбающееся румяное лицо — другому.…

Через несколько дней после нашей выходки по лицею с ураганной скоростью разнеслась весть. У маленькой девочки украли из кармана пальто пятьдесят франков, которые она копила целый год. В тот день она взяла с собой все свои сбережения, чтобы после занятий купить рождественские подарки родным и близким.…

— Что же вы так чертыхаетесь? Побойтесь Бога. — Какого бога? А, ты в этом смысле. В общем, ладно. Как, говоришь, тебя зовут? Меня — Старобахин. Николай Петрович. Николай. А ты? — Саларьев. Павел Саларьев. — Павел, послушай сюда. Если уж так. Сейчас у вас там сколько? Двенадцать уже? У меня десять…

Наш медовый месяц подходит к концу, это его последний эпизод. Мы нежимся под послеполуденным солнцем на пляже отеля с весьма подходящим названием «Бич Плаза Монте-Карло» — в Монако, хотя, вообще-то, остановились не в нем. Я открываю глаза и смотрю на стоящую на якоре в бухте «Прекрасную леди». Живем…

«Неудивительно, что при таком основательном аппетите и неутомимом потреблении качество женщин не всегда на высоте. Когда чувственность обладает таким верблюжьим желудком, приходится быть не изысканным гастрономом, а обыкновенным обжорой». «Женщины, его соратницы, часто как бы волею случая связаны…

— Сбежим! — задыхаясь, проговорила Кэт. Она взглянула на него. — Как же назвать иначе? Так назвала бы это маленькая девочка, которую я знавал на десятом участке железной дороги. Кэт, дорогая, вспомните старые дни; вспомните себя, вспомните, чем мы были друг для друга, и посмотрите, не…

— В таком случае, Павел Алексеевич, можете располагать этой комнатой, я сегодня постараюсь перебраться в другое место, — предложил я. — Нет, нет. В этом нет никакой необходимости. Я снял для нее номер в гостинице. Дело в том, что она приедет в четырнадцать десять, а уедет сегодня же…

— Да. — С ума сошел? — Знаешь, мне пора идти. — Погоди минуту, Джаспер, нам надо поговорить; уж если со мной, с твоим агентом, ты не хочешь говорить начистоту… — Мне нечего добавить: я бросил писать, и баста. — Знаешь, что я скажу тебе, Джаспер, — ты слушаешь меня? Знаешь, что я тебе скажу?…

Но, дойдя до поворота у церкви, девочка испугалась того, что сделала, ей захотелось вернуться на почту и во что бы то ни стало упросить служащего отдать ей открытку. К тому же открытка могла пропасть где-нибудь на почте — ведь Дарка послала ее не заказным. Но стыд перед незнакомым начальником почты поборол…

– Рад, рад, рад… Прошу… тово… Просим… а?.. Я от души, тово… И Люба… Пока прошел, наконец, злополучный лог, протянулось три дня. Эти три дня Обозинские прожили на моем хуторе. Оказалось, ехали они из Воронежа, где в местном отделении одного поземельного банка «перезакладывали» Липяги. Поехали же мимо…

— Избалованного неженку! ты совсем несправедлива к нему, — поспешила возразить ее подруга. — Только потому, что он не отправился на войну с турками, чем не добьешься славы, но послушался совета твоего отца и остался дома, чтобы привести в порядок свое запущенное имение, и сумел сделать…

В комнату на свет лампы внезапно косо влетела летучая мышь и упала на кровать, на вторую подушку, кожаной кучкой, где можно было разглядеть гадкую влажную мордочку с сифилитически задранным носом. Филипп разбудил Веру жестким толчком. Увидев бестию, девушка вскрикнула. Ее вопль слился с его смехом. Гад…

— Хватит, не поднимайте меня на ходули, я могу упасть… — Говорите что угодно, уважаемый Ю-шангун, но если вы меня как следует не порадуете, бог вас накажет! — Успокойтесь, Чжан, уйгуры умеют платить за услуги. — Я ваш преданный слуга, господин, верьте мне. — Китаец прижал к груди руки и склонил…

Я углядел ее сразу. — Вот она. Они написали Ю. Юг слишком мелко, разобрать ничего нельзя… — Благодарю вас, вы очень любезны! Вы предпочли обвинить авторов плана, а не мои постаревшие глаза! Он говорил мягко и медленно, словно ему приходилось отряхивать пыль с каждого слова, прежде чем…

Сярод ночы вецер пакінуў гэты край, наступіла цішыня. Змешанае з пылам паветра прыглушала гукі нават больш, чым туман. Лежачы ў ложках, людзі пачулі, што вецер сціх, — яны прачнуліся, калі шум яго замёр удалечыні. Яны ляжалі, напружана ўслухоўваючыся ў цішыню. Неўзабаве заспявалі пеўні, але галасы іх…

И еще, — редактор повернулся к столу, взял в руки маленькую коробочку и вытянулся по стойке смирно, — постановлением Верховного Совета СССР ваш муж Илья Григорьевич Шелепинский награжден медалью «За отвагу». Посмертно. Калягин тоже вскочил и скорчил торжественную гримасу. Мама молчала. Уже вечером,…