Классическая проза

В 1646—1647 годах Мазарини испытывал большие финансовые затруднения из-за войны, больших расходов двора и плохого общего экономического положения страны и, для того чтобы пополнить государственную кассу, прибёг к взиманию налогов без санкции властей и подкупу парламентских депутатов. Он ввел должности…

- Вот именно, властелин миров даёт Вам шанс побывать в стране алхимиков, он иногда читает рассказы из других миров. - Как он мог прочитать мой рассказ, когда я ему, его не давал. - Он читает третьим глазом, - ответил, смеясь пилот. От того, что пилот был весёлый, это немного взбодрило Пауло, ещё…

Девушка развернулась и подошла к борту. Она смотрела на океан через колючую проволоку, что сильно ее раздражало. Вид был испорчен, но это все еще было лучше турбулентности. Маккензи посмотрела на небо. Звезды казались ярче, чем с террасы ее дома. Она водила пальцем по небу, пытаясь вывести контур созвездия.…

# Ты моя слабость. Ты никогда не пытался заглянуть вглубь моих чувств к тебе, будто это что-то чужое, необъяснимое, – а я, может, и правда словно дикий зверь, вечно жаждущий твоей крови, твоей близости. Я тихо подстерегаю тебя, словно тень, иду за тобой, следую даже в самые опасные уголки, будто…

Возможно, что в древнюю Японию проникли и неясные отголоски европейских сказаний (древнегреческих и скандинавских). Некоторые сказочные мотивы пришли и из страны трёх тысяч островов – Индонезии. Но, восприняв в процессе своего формирования прекрасные художественные образы, созданные в Индии и других…

В январе она вдруг проснулась. Лес наполнился шумом, собачьим лаем, звуками рогов. «Что-то случилось, – подумала мать. – Это не то, что я слышала всегда». Неуклюже растолкала она младших, ударила лапой заспавшегося пестуна и сама первая высунула навстречу врагу голову и туловище из берлоги. Да. Собачий…

Впрочем, что ж я? – все это делают; болезнями-то и тщеславятся, а я, пожалуй, и больше всех. Не будем спорить; мое возражение нелепо. Но все-таки я крепко убежден, что не только очень много сознания, но даже и всякое сознание болезнь. Я стою на том. Оставим и это на минуту. Скажите мне вот что: отчего…

… Помимо этого и так же то, что имело куда больше «веса» в глазах общественности и влекло за собой целую цепочку далеко идущих последствий, так это взятие мною третьего места в «Мировом Рейтинге» по всей Арии! И это только за 20 уровень! Но, для меня лично. Куда более интересно иное, а именно: Награда…

Отдохнувши, он написал на лоскутке бумажки, по просьбе трактирного слуги, чин, имя и фамилию для сообщения куда следует, в полицию. На бумажке половой, спускаясь с лестницы, прочитал по складам следующее: "Коллежский советник Павел Иванович Чичиков, помещик, по своим надобностям". Когда половой все еще…

Если бы кум не сказал этого, то Чуб верно бы решился остаться, но теперь его как будто что-то дергало итти наперекор. «Нет, кум, пойдем! нельзя, нужно итти!» Сказавши это, он уже и досадовал на себя, что сказал. Ему было очень неприятно тащиться в такую ночь; но его утешало то, что он сам нарочно этого…

Вскоре прах Кусинада-химэ вместе с драгоценностями, зеркалами и одеждой, которыми она пользовалась при жизни, захоронили под холмом недалеко от дворца Суга. Не забыл также Сусаноо положить в могилу одиннадцать ее служанок, которые должны были утешать Кусинада-химэ на пути в страну духов. Служанки умирали…

— Ну? Чего тебе надо? — сквозь зубы, сердито спросил министр. Орали граммофоны: — В час дня, ваше превосходительство! — И чёрный столб ухмылялся и кланялся. Скрипнув зубами, министр приподнялся на постели и сел, опершись лицом на ладони, — положительно он не мог заснуть в эту отвратительную ночь.…

Монументальные лестницы, громоздкие деревянные балконы нависли над темными мрачными хоромами; пол каменный, холодный – устилавшие его ковры исчезли. Как все здесь кипело и бурлило когда-то!.. И как однажды внезапно замерло! Остались только складки на потертых обоях, только блики на потускневших оконных…

– А что, если переставить его сюда? – На верху тульи цветок выглядел огромным – фара фарой. – Я пока приколю, а вы посмотрите, как вы будете себя чувствовать. Поразительный человек Джо – и все-то он смеялся. Перед сном мисс Трувейл любила побаловать себя свежеиспеченным хлебом с какао. Иногда, отправляясь…

– То есть вы… но как же… это ведь дико трудно? – Ничуть. Я уже сто лет так читаю. – Но это ведь напряженье какое? А не проще обычным способом? – Так увлекательней. И я к тому же привык. Он бегло, робко усмехнулся и почему-то напомнил ей белочку. – Это у меня с детства. Я страшно увлекался разными…

– Это для Роландо. – Ну что же, ему и отдадим, – ответил я. Площадь освещалась фонарями в виде белых матовых шаров, при свете которых мы стали осматривать деревья. К каждому стволу был прикреплен овальный лист бумаги с какой-нибудь надписью. Оливия, смеясь, прочитала несколько таких надписей. Я запомнил…

В тот вечер Уильям сам затащил к себе Джима и терпеливо сносил его дурацкую болтовню не потому, что она стала ему вдруг интересна. Он со страхом чувствовал, что уже не принадлежит себе, что кто-то, спокойный и уверенный, притаился в темноте и насмешливо ждет, когда Уильям останется в одиночестве. Через…

О конфетах она вообще могла бы не говорить. Ведь этот яд самый страшный. До конфет я не дотронусь больше никогда в жизни! Я перевязал ремнями книги и пошел к двери. — Дуглас, ты не поцеловал меня, — сказала мама. — Ой, — отозвался я и, волоча ноги, подошел и поцеловал. — Что с тобой творится? — спросила…

Дом ее родителей был некогда солидной виллой в георгианском стиле, из окон открывался широкий вид. Джон Верни приехал туда рано утром, проведя ночь в переполненном вагоне поезда Ливерпуль – Лондон. Кованая железная ограда и ворота были грубо выломаны сборщиками железного лома, а палисадник, прежде такой…

– Да, а что? Разве это не забавно? – М-м. Человек, которого назвали Брустером, наморщил лоб. Он вообще туго соображал во всем, кроме цифр. – Я что-то не понял, Дж.Дж. Что должно произойти? Положим, мы сбросимся по тысяче долларов… – По тысяче? – фыркнул Мортимер Байлисс. – Пятьдесят тысяч, не…